Суд

Никогда не была в детском лагере. Но когда он произнёс эту смертельно смешную фразу, вдруг вспомнила, что в каком-нибудь детском лагере на дискотеке подростки пятнадцати лет непременно произносят эти слова. Только зачем? Чтобы казаться горько-умудрёнными или произвести обратный эффект? Или бывает так, что люди говорят, не задумываясь не над смыслом, не над результатом? Во всяком случае я была, мягко говоря, обескуражена. Почувствовав себя в дешевом фильме. В самой своей дешевой мелодраме. — Только не влюбляйся в меня… Самое грустное, что хотелось написать осенне-дымчатый рассказ о несбывшейся, неосуществленной любви, а начал получаться моралистический разбор глупой девки, обманутой своими же собственными выдумками. Причем разбирать по косточкам она собралась мужальчика, который просто устал и не желал спасать её, и не желал быть ею спасенным.

***

— Зачем же ты зовёшь его на суд как обвиняемого? — Он причинил мне боль… — Предъяви доказательства! — Он запомнил, как меня зовут… — Этого мало для обвинения! — Он дотронулся до меня… — Сколько раз? — Сначала один раз. Просто без слов, подошёл и потрогал мой лоб… — Ты запомнила, как он выглядел? — Тогда нет. Но я заметила его и больше не теряла среди остальных… — Что же было дальше? — Дальше он положил меня спать рядом… — Этого мало для обвинения! — Он дотронулся до меня во второй раз… — А потом? — Потом он уснул… — А ты? — А я лежала и молилась… — О чём? — Чтобы он дотронулся третий раз… — А он? — Он проснулся… — И…? — … и он виновен, виновен!!! В том, что руки его были нежнее материнских, что приказы его были ласковы, но настойчивы, что смотрел мне в лицо, в то время как я глаз не открывала, что целовал как невесту первыми поцелуями, что на груди своей согревал меня, что просыпался и не отпускал, что дыхание его пила как последний кислород — сладкий, упоительный, что сердце дрожало, что сон не шёл… Что потом убежала от него — да вернулась. Но не к тому вернулась! И запомнила я глаза его и улыбку, но руки не те уже были, и не было тепла, и поцелуи жесткими стали… И вспомнила я, что не невеста я ему… — А кто? — Одна из многих… Он, наверное, хотел… Не знаю я, что он хотел. Мне сложно-сложно всё это понять — зачем так губы целовать очередной и проходящей? — Он сам скорее, как и все… — Да-да, я знаю. Он и сам — не сильно это и скрывал… — А ты? — А я? Я обманула с легкостью себя… Я думала, что хватит сил… Но не хватило! С легкостью свои доспехи обратила я в пыль. И дым вокзала. Судьба мне трижды отказала. Я в ложь одета — ложью стала. Он ждал, он больше не старался, ведь не невесту он встречал. Всё говорило мне о том — меня исторгнет этот дом. Но я рвалась из всей печали. Моя надежда умирала, но смерть её я до сих пор откладываю на потом… И жду… — Так в чём виновен он, скажи? — Что он — обман моей души!