Внезапные каникулы.

      — Годжо-сан, вводить детский лагерь? — Мегуми щурится, мол, вы понимаете, что придумываете. — Вы серьезно?       — У вас итак нет радости в свободное время!! — Сатору трепает голову Фушигуро, бросая взгляд на остальных учеников.       — Мы шаманы. — Придумывает отмазку Мегуми, скрестив руки на груди и бросая недовольный взгляд на взрослого, если его так можно назвать. — Разве свободное время это плохо? Нобара, которая, как казалось раньше, была за, сразу поменялась в лице. — Вот именно! У нас почти нет времени на себя! Вы видели мой шкаф? — Она бросает злобный взгляд на Итадори, который хотел ответить и затыкает его тем самым. — В нем чище… чем в голове у Годжо.       Сенсей лишь усмехается, пока Кугисаки принимает позу победителя. Высказалась за всех женщин и радуется.       Итадори молчит. Сейчас его очередь говорить всякие претензии, чтобы доказать, что лагерь это отстой. Сначала розоволосый подносит руку к подбородку, явно о чем-то задумываясь. Годжо был уверен, он примет сторону сенсея, но два друга все еще надеялись на лучшее.       — Но это же прикольно…?       Послышались два разочарованных выдоха, черт, он принял сторону зла. Нобара слегка толкнула сосуд Сукуны в бок.       — Я знал, что ты меня не предашь, Итадори! — Годжо улыбается, обнимая парня. — Два на два, выигрываю я, потому что верхушка будет за.       — Засранец. — Шепит Фушигуро, смотря на полностью согласную с этим выражением Нобару.

***

      Объявление сделано, Итадори рад, в какой-то степени Мегуми радует его радость. Годжо придумал что-то странное. Всего три отряда из двух человек. Итадори             Нобара             Мегуми Инумаки            Маки                  Панда             Годжо ответил, что это укрепит их связь, и в дальнейшем они смогут лучше понимать друг друга. На вопросы Инумаки, мол, где Юта, Годжо ответил, что его не будет на момент главных мероприятий, а затем про лагерь забудут.

***

      Фушигуро смотрит в зеркало, выдохнув. Неужели он правда будет участвовать в лагере, разве шаманы не должны… быть серьезными? Мегуми потирает переносицу, бросая взгляд на окно. Уже давно ночь, все спят, только Фушигуро обдумывает и переживает за всех. Как обычно.       Шаман тянется за галстуком, он желтый, но Мегуми кажется, на нем он смотрится отвратительно. Парень старается аккуратно обвязвать на шее, потренироваться, так сказать.       Как вдруг, кто-то стучится в дверь, Фушигуро вздрагивает, кинув повязку на кровать. Было бы утро, он бы не открыл, точно там был бы Годжо, а сейчас даже интересно, кто может быть?       — Фушигуро, — шепчет знакомый голос слишком тихо. Мегуми показалось даже, что это его воображение. Дверь открывается и там появляется Итадори. Он не спит, неужели сосуд не из тех, кто ложится в восемь вечера и встает в пять? — А… а ты не спишь?…       Юджи удивляет так, словно его заставляли стучаться. Он проверяет соседей? Планировал пошуметь?       — Как видишь, — Взгляд Мегуми падает на галстук Итадори. Он красный, но завязан так, словно снимут только с головой. Шаман обязательно бы потянулся, чтобы развязать, но вряд-ли он поможет. Фушигуро отводит взгляд, сталкиваясь с чужим.       — Ты можешь… помочь…?       Только не это, помогать с тем, что не умеешь – ужасно. Фушигуро кривится, глянув на Юджи еще раз, ему точно нужна помощь?       — Если не сделаю хуже, — Мегуми тянет друга на себя, закрыв дверь и садив Итадори на кровать. Звучит странно и на действие не лучше. Шаман не видит чужих щек, но он уверен, что Юджи краснеет, чууствует. — Кто так сделал?       — Я что-то говорил Инумаки, а он может… не так понял и завязал…       Фушигуро усмехнулся и Юджи расслабился, обстановка начинает улучшаться. Узел почти на шее, поэтому Мегуми ее касается.       — Извини.       Итадори отводит взгляд на потолок, открывая больше доступа к шее. Когда подушечки холодных пальцев касаются кожи Юджи, он невольно бросает взгляд на Мегуми. Но шаман никак не реагирует, видимо, он за это и извинялся в заранее.       — У тебя желтая повязка?       Мегуми качает головой, наклоняясь к чужой шее, глаза Итадори расширяются от шока, для чего такая близость? Фушигуро держит себя в руках, чтобы не вцепиться в нее, возможно поцеловать, но кусает Мегуми галстук, чтобы его потянуть. Так и получилось, он развязал.       — Мегуми… — Итадори выдыхает, словно сейчас они занимались чем-то другим. Он даже забывает, что зовет его по имени. — Спасибо…       Фушигуро смотрит в чужие глаза, слышать из уст Итадори имя очень… нравится. — Пожал-… — Губы шамана кто-то закрывает, он не успевает даже договорить. Юджи целует аккуратно, нежно, ничего не делая большего. Мегуми отпускает галстук, уронив на кровать, они перемешались с собственным. Руки Фушигуро обнимают чужую шею, а сам кусает чужие губы. Инициативу Юджи не теряет, не смотря на то, что целуется он в первый раз, как и собеседник. Оба держутся хорошо.       — Мне поспать с тобой?       — Да… — Неуверенно разрешает шаман, потянув на этот раз уже ложиться спать. Все произошло слишком быстро, Мегуми резко нашел в себе смелость, а затем так же мимолетно ее и потерял. Чужие руки обнимали талию Фушигуро всю ночь, но это помогало уснуть, что удивило шамана.

***

      На завтраке было весело, Мегуми и Итадори оба опаздали и даже спутали галстуки. Этому никто не предал значения кроме Годжо. Весь день этот «взрослый» подкалывал, остальные только соболезновали.