Такого точно нигде нет

      –  Я пожарил яичницу, ты будешь? – Олег заглядывает в комнату к Разумовскому, у которого волосы не расчесаны, а нос красный от насморка. Сезонная это простуда или нет сказать сложно, потому что даже если у кого-то это так, то у Серёжи температура поднимается уже третий раз за полтора месяца. Так главное не проходит это за два – три дня.       Сережа не отвечает, на что Олег лишь вздыхает и заходит к нему, садясь рядом. Ему грустно смотреть на вновь больного парня. Он ведь и таблетки все пьет, и, если ветер на улице, то мотается в большой и теплый шарф, обязательно надевает шапку, на все пуговицы застегивая пальто. Сережа также пьет и все витамины и в контакте с больными почти не бывает, а оно все равно его находит. К врачу по поводу слабого иммунитета он не хочет, Олег же сильно и не настаивает.       Они сидят и молчат. О чем думает Разумовский не понятно, а вот Олег почему – то вместо больного Серёжи видит еще вчера здорового и бодрого. Он собирался на день рождения дальнего друга, так долго выбирал одежду, гладил ее и старательно укладывал волосы, даже придумал поздравительную речь, с которой ходил по квартире весь день, репетируя и репетируя.       Возможно, его дела с уверенностью в себе стали немного лучше, однако доставка продуктов с бесконтактным получением, обращение по мессенджеру или электронной почте или «Олег, будешь где-то, купи?» остаются в приоритете. И если в начале он не понимал, почему должен купить или принести что-то, сам зайти в магазин или обменять его нерабочую флешку на рабочую, то потом, однажды увидев его, еле склеивающего два слова перед консультантом, который потом ответил недовольно и направил к кому-то другому, все стало понятнее. Тогда Серёжа дальше убежал, закрыв лицо руками в туалет, опираясь спиной на подоконник, а Олег зашел за ним. Он даже пожалел, что отправил его самого, пока говорил по телефону.  «хочешь я подойду и спрошу все что надо?»  Тогда ответ был очевидным, однако, приобняв Разумовского, Олег решил все же спросить. Сережа тогда просто немного кивнул и уложил голову ему на плечо, успокаиваясь.       –  Эй, игнорируешь меня? – Напомнил о себе Олег. Еда на кухне все же уже была готова и спешно остывала из-за прохлады в квартире. Отопление хоть уже и включили, но оно было очень слабым.       – Если я скажу, что не хочу, ты все равно настоишь на своем?       – Конечно, - Олег улыбнулся, касаясь его руки в подбадривающем жесте. – Ты недавно болел, все силы ушли тогда, а их все-таки надо восстанавливать. Я сейчас тебе сюда всё принесу, ещё могу чай сделать? И таблетки выпить надо       Сережа смотрит на него и выглядит грустно, как и всегда так-то, а потом неожиданно его обнимает, крепко-крепко, помещая подбородок на его плечо. Наверное, это такое проявление любви и благодарности? Наверняка, а то словами он-то совсем не силен.       –  и я тебя, – Олег улыбается и тоже его обнимает, поглаживая по спине, – но все же я побежал за едой, жди       Олег его отпускает и уходит на кухню, негромко гремит посудой. Сережа в это время находит силы встать и подойти к зеркалу, чтобы хотя бы связать свои волосы в небольшой хвостик и закапать капли в нос. Он подмечает, что глаза у него болят не зря – они красные. В его голове снова появляется мысль о том, какой же он никчемный. Слабый и вечно болеющий, не умеет нормально разговаривать и практически безуспешно борется с тревожностью. Это на его таблетки уходит не малая часть из бюджета, который состоит из стипендии Разумовского, его редких рабочих выплат и постоянной зарплаты Волкова. Сереже часто за это неловко, поэтому иногда он набирает себе дополнительной работы и сидит за ней до двух часов ночи ежедневно, неотрывно смотря в монитор. В такие периоды он почти не ест, пьет только газировку, после чего снова успешно заболевает. И ведь так по кругу!       Олег, конечно, очень против таких резких скачков загруженности, но запрещать – не запрещает, лишь предостерегая. А еще Олег ужасно гордо улыбается, когда Серёжа показывает очередное выполненное задание и оплату, а Серёжа чувствует себя удовлетворенно. Он закрывает все коммунальные счета, оплачивает мобильную связь обоим, покупает продукты и прочие бытовые вещи, а остаток закидывает на счет. На что они копят так и не решили, однако оставшиеся деньги каждый месяц собирают. Вообще, Сережа на выплаты за свою работу без проблем бы мог купить таблетки, однако Олег оставляет их на себя. Он знает, что если Сережа потратит все свои деньги только на таблетки, то у него будет ощущение, что они потрачены в никуда, а так результат заметен       Сергей даже поправляет постель и сам на нее забирается, захватив с полки леденцы от боли в горле. Он немного косится на свой рабочий стол и тяжело вздыхает, тревожность снова возвращается.       – я уже тут, о чем думаешь сидишь? – спрашивает Олег и ставит перед ним поднос, на котором тарелка с яичницей, тарелочка с овощами, пара конфет, чай и таблетки. – если ты думаешь о том, что приносишь много хлопот или же уже собрался сразу набрать себе рабочих заданий, то, милый мой, в этот раз я запрещаю       –  но…я же еще даже ничего не сказал, - все также немного расстроено говорит он и пробует еду. Аппетита почти нет, поэтому он выглядит не очень довольным, но улыбается, когда Олег говорит «да я просто твои мысли наизусть знаю». Сережа доедает не быстро, но все же справляется с едой, скормив Олегу только один кусочек огурца из всей порции. Он также выпивает таблетки, ему становится получше. Получше от таблеток или недолгого сна в объятиях вопрос другой, да и ответ пятьдесят на пятьдесят.       – у меня там проект, мне нужно-       Сережа не успевает даже договорить, а только протянуть руку в сторону компьютера, как Олег недовольно смотрит и трогает его лоб       – У тебя температура только спала, да и то не полностью, - он вздыхает, даже не зная, что еще может сказать, - Я понимаю, что тебе хочется заняться делом, тем более своим проектом, но тебе нужен отдых. Давай в этот раз хотя бы долечимся нормально? Так, чтобы через неделю снова не было температуры под сорок и кошмаров с птицами, ладно? Я хочу, чтобы сейчас ты еще немного полежал, ничем не занимался, а вечером потратил на работу даже при хорошем самочувствии не больше…часа       Серёжа вздыхает и снова забирается под одеяло, сил спорить нет, и поворачивается на бок к Олегу. Волкову сложно смотреть на такого больного и грустного Серёжу, но от этого никуда не деться       –  Я понимаю, что разработка своей соц сети очень сложно и важно для тебя, ты не подумай, но здоровье важнее, - напоминает он и приобнимает его. – как ты там ее назвал?       – Вместе…мне показалось символичным и даже милым, - негромко отвечает он и чуть-чуть улыбается       – вместе? – Олегу определенно нравится такое название, да и любое понравилось бы наверное, – это потому что мы с тобой вместе, да?       – ну, вообще-то…вместе типа…все люди вместе и близки, но, знаешь, твоя трактовка мне тоже очень по душе, - снова улыбается Серёжа. – А представь…Вдруг существует другая вселенная, где всё по-другому, – Серёжа немного задумывается, а Олег внимательно его слушает, – Например мы живем все таки в Питере, а не только собираемся… Моя идея с приложением получилась, у меня есть бесконечный лимонад и я болею простудой не так часто, – он немного посмеялся.       –  Ага, с таким хорошем раскладом в той вселенной я после школы пошел служить, тебе одиноко без меня, и ты б все также сильно, как и раньше, гнался за тем, чтоб тебя все любили, а твоя незаболеваемость простудой заменилась усложнением нынешних проблем с психикой       – Эй, – Серёжа лишь закатывает глаза и пихает того локтем в бок, будучи недовольным. – Какой же ты реалист, черт побери. Никогда у тебя все хорошо не бывает. Как это ты еще не придумал, что я… даже не знаю, может быть, страшный убийца, а птица из моих кошмаров стала вторым мной, м?       Спросив, Серёжа не выдерживает и все же немного смеется, также как и Олег       – Да чушь всё это, милый. Такого точно нигде нет