Путь в никуда

      Разумовский прижался к боковому стеклу автомобиля и безучастно смотрел на проносящиеся снаружи пейзажи. Он не думал, не размышлял, как это обычно бывает, он просто наблюдал. Наблюдал за скоростью и слушал друга, сидящего за рулём и воодушевленно рассуждающего вслух:       —Нет, ну реально... Всё, что ни делается - всё к лучшему. Помнишь, как мы в Доме случайно с шайкой того белобрысого закусились? − Олег перевёл взгляд на лицо Разумовского, оно не отозвалось ни каплей внимания, но Волков знал, что его внимательно слушают. —Как нас побили тогда, а мы убегали, как сучки, − Олег усмехнулся и прищурил глаза от солнца, всё ещё сверля взглядом друга. Тот наконец растаял и не сдержал смешка.       —Мы не "случайно закусились", а ты его в лужу толкнул! − поправил Разумовский, всё также опираясь лбом о стекло и сверля взглядом проносящиеся мимо просторы.       —Одна фигня... Он всё равно это заслужил, говнюк мелкий! − Волков всё ещё говорил с ухмылкой и то и дело отрывал взгляд от дороги, чтобы посмотреть, действуют ли на собеседника его слова. Разумовский тоже рассмеялся. Черт, этот немногословный (на первый взгляд!) вояка точно знал, как его развеселить! Они оба помнили, как закончилась эта история. Как на их пути чудом встретился директор Дома и наказал всех преследователей неделей обязательных работ. Тогда они и правда поверили, что чудеса существуют. Это было так давно...       —Так что сейчас тоже всё к лучшему, иначе как бы я вернул тебя оттуда... − смех Олега сменился лёгкой улыбкой на губах. Такой же лёгкой, как летний тёплый ветер. —Ты же не хотел всю жизнь просрать в этой больничке?       —Может, это было бы правильно... Я - чудовище...       —Ты - нет, − Волков усмехнулся так, будто разговаривал с самым чистым и невинным существом на этом свете.       —Но часть меня, − всё-таки настоял Серёжа, легко ткнув в стекло лбом.       —Я тоже чудовище. Глядишь, минус на минус... − начал Олег, но был прерван смешком друга.       —Это не так работает. Скорее: мы вместе - вселенское зло. А я не хочу быть злом. Никогда не хотел.       —Я возьму это на себя, − Олег похлопал Разумовского по колену. —Будь добром. Эта ублюдошная птица больше не вернётся, − Сергей наконец перевёл на собеседника взгляд и оторвал голову от окна. Он долго вглядывался в эти черты... В настолько знакомые черты: в эти щенячьи глаза, густые брови и идеальный прямой нос, в эту нежную успокаивающую улыбку, в эту иррациональную готовность стать абсолютным злом, только чтобы он мог казаться на фоне этого добром.       А птица... Он действительно не появлялся больше с тех пор, как они с Олегом вдвоем уехали из Питера. Может, всё и правда к лучшему...       Разумовский хитро сощурился и дёрнул клык, висящий у друга на шее. Он хотел просто порезвиться, но кулон удивительно легко поддался и полностью оказался в его власти. Впрочем, он сделал вид, что так было задумано, и спрятал висючку себе подмышку.       Олег показательно вздохнул и закатил глаза, смерив приятеля таким взглядом, словно смотрел на разыгравшегося ребенка: строго, но с умилением.       —Тоже мне, сидит тут вселенское зло с кулончиком на шее, − продолжал резвиться Серый.       —Тебе этот зуб покоя не даёт? Можешь забрать себе, − с той же насмешливой улыбкой проговорил Волков, якобы не отрывая взгляда от дороги. На самом же деле боковым зрением он следил, как друг рассматривает его лицо и пытается уловить каждую эмоцию. И это доставляло Олегу особое удовольствие.       —Заберу, − отозвался Серёжа, но так как ему некуда было "забирать" даже такую маленькую вещицу, он просто положил её в бардачок. Волков покачал головой и снова повернулся к Сергею, на это раз встретившись с ним взглядом. Его мечта смотрела на него голубыми глазами со спокойной улыбкой на устах. И тогда Олег не выдержал и всё-таки выдал такое неуместное:       —Ты когда-нибудь бывал у моря?..