Шкатулка историй

      Он нашёл её на пороге своего дома, Тед не мог не заметить её красоты даже в темноте ночи. Андромеда бросилась к нему через секунду после того, как он заметил мокрые дорожки на её щеках, и он крепко держал её, позволяя её дрожи проходить через них обоих, стоя твёрдо и крепко, чтобы они не рухнули на землю здесь, на его крыльце. Их крыльце, точнее.       — Пойдём. Устроим тебя поудобнее.       Слабый взмах его палочки заставил её вещи следовать за ними в дом, пока он нёс Андромеду, подхватив, как невесту. Она никогда не позволяла ему делать это раньше. Она, вероятно, не позволила бы даже сейчас, если бы у неё остались хоть какие-то силы бороться. Видите ли, не позволено Блэкам вести себя так. Слишком много достоинства, слишком много гордости.       Тед осторожно опустил её на диван в гостиной и сел рядом, поставив чайник на огонь ещё одним взмахом палочки. Всё это время Андромеда не отпускала его руку, и он не пытался отцепить её, вместо этого успокаивающе поглаживая большим пальцем по кругу, надеясь, что тепла его близости будет достаточно, чтобы облегчить её страдания.       Они сидели на диване, и тишина окутывала их, как одеяло, пока он нежно гладил её конечности и позволял ей медленно прижаться к нему. Вскоре Андромеда небрежно устроилась у него на груди, уткнувшись лицом в изгиб шеи. Ещё одним взмахом руки он отлеветировал к ним чайник и заставил его наполнить две чашки, давая чаю остыть.       — Всё готово, — пробормотала Андромеда ему, её глаза всё ещё были закрыты, она щекотала его ухо своим горячим дыханием. — От меня отреклись. Выжгли моё имя.       Тед поцеловал её в лоб, прежде чем поймал взгляд и улыбнулся ей, озорно поблёскивая своими глазами.       — Понятно. Значит, тебе нужна фамилия. Думаю, у меня где-то завалялась одна.       Андромеда оттолкнулась от него и села, нахмурившись.       — Я говорю серьёзно, Тедди.       — Я тоже, — ответил он, пропустив мимо ушей укол. — Тебе они не нужны. Никогда не были нужны. Тебе никто на самом деле не нужен. Но я здесь, если ты меня примешь.       Он видел, как она тает под его взглядом, её глаза смягчаются, когда напряжение уходит из её тела, и она более неторопливо откидывается на диване. Тед также мог чувствовать это, когда их руки снова встретились, потянулись куда-то к коленям и сомкнулись, крепко сцепив пальцы. Она двигалась почти как змея, когда он притянул её к себе, ровно настолько, чтобы они были близко друг к другу, пока их глаза не встретились, а их губы не соприкоснулись, мягко и томно, всё напряжение забылось и осталось в прошлом.       Андромеда была невозможно мягкой. Он целовал её уже бесчисленное количество раз, но каждый из их поцелуев оставлял его в том же самом тумане, что и в их первый. Каждый раз то же невозможное блаженство. Каждый раз решительная уверенность, что ему больше ничего не нужно.       — Тед, ты мне нужен. Ты нужен мне.       Он пробормотал ей в губы так же, как и она, не желая отстраняться, растворяясь в интимности их общего тепла:       — Я никуда и никуда не уйду, Анди.       Буквально. Пока они коротали свою ночь, изредка потягивая чай, он так и не отпустил её. Они оставались тесно прижатыми друг к другу на своём диване, всё больше и больше чувствуя себя как дома.