Спокойствие Детройта

Очередное напряжённое, раннее утро в отделении полиции Детройта. Вот уже неделю перед всеми сотрудниками стояла тяжёлая задача, которая требовала много сил и времени, а конкретных сроков у неё не было вовсе и это беспокоило каждого в участке. Не смотря на то, что девиантам позволили жить среди людей, не всем людям это пришлось по душе. Многие негодовали, чьë-то недовольство перерастало в агрессию и послереволюционные настроения в обществе оставались враждебными и негативными. Кто-то продолжал держать андроидов дома насильно, кто-то наоборот выгонял, кто-то продолжал издеваться над ними. Тяжелее всего в этом всём было урегулировать проблемы в кратчайшие сроки, с минимальными потерями. Именно данную задачу выполняла вся Детройтская полиция. Пока новые законы разрабатывались, а в силу не вступали, андроиды находились на грани жизни и смерти. Первую помощь оказывали Иерихонцы, с поддержкой Киберлайф, которые поставляли необходимые биокомпоненты. Находились милосердные люди, которые добродушно пристраивали андроидов к себе, чтобы тех не разобрали на запчасти уличные охотники за пластиковыми головами. Взаимодействие людей и андроидов складывалось тяжело и натянуто, доверия не было с обеих сторон — только страх и желание искоренить общение и свести встречи к минимуму. Самым ярким примером крепких взаимоотношений между человеком и андроидом несомненно были Коннор, модели RK800 и лейтенант Хэнк Андерсон. За время революции эти двое неплохо сблизились и кажется Хэнк начал меньше ненавидеть андроидов, а может и увидел в них плюсы. После всех трудностей их общения они так и остались командой, которая теперь сутками разъезжала по Детройту, в поиске тех, кто нуждался в помощи. Очередной приказ на выезд и Андерсон с напарником уже тряслись в старенькой машине, на пути к нужному месту. —Когда уже вся эта херня с андроидами закончится, власти только в уши нам ссут, а мы уже неделю этой херотой занимаемся. — Хэнк возмущённо ворчал, ему явно не нравился подобный расклад событий. Ещё бы, разъезжать по всему городу в течение недели, помогать андроидам, переодически натыкаясь на их нефункционирующие тела, отнимало достаточное количество сил, чтобы начинать жаловаться на работу. —От властей всё меньше и меньше новостей, но я думаю, что это связано с разработкой новых законов о правах и обязанностях андроидов. Всё таки на подобные вопросы требуется большое количество времени, лейтенант. — Коннор был спокоен, он в отличие от людей не уставал и мог сутками заниматься работой. —Я знаю, Коннор, но люди в полиции не бесконечные блять, я скоро с ума сойду от этих идиотских поездок и общения с одними андроидами. — напряжение лейтенанта чувствовалось в каждой произнесённой букве. Брови его были сильно нахмурены, пальцы непривычно сильно сжимали руль, вся его фигура выдавала его внутреннее состояние, которое Коннор не совсем понимал, но всё-таки решил поддержать напарника. —Вам необходимо развеяться, лейтенант. Только не за бутылкой спиртного, а например побывать в месте, где давно не бывали или вообще никогда не были. Либо расслабиться дома за любимым хобби, но у вас я таковых не наблюдал, поэтому может подойти просмотр фильмов или спокойные посиделки в приятной компании. Обычно люди ставят эти варианты на первые места, когда им необходимо расслабиться и отдохнуть от тяжёлых будней. — Коннор внимательно смотрел на Андерсона, считывая его эмоции и пытаясь понять, принял ли напарник его советы. —Может составишь мне компанию тогда? — Хэнку не нравилось предлагать такое самому, но у него никого не было, кроме андроида Коннора. —Я не против, лейтенант. — паренёк тепло улыбнулся, ему нравилось проводить время с Хэнком, потому что так он чувствовал себя более живым и настоящим. Даже не смотря на свою неприязнь к пластиковым копиям людей, Андерсону тоже нравилось проводить время с Коннором, который хоть и душнил время от времени, но всё равно вызывал у старого лейтенанта лёгкую улыбку, когда не понимал чего-то, что для людей было элементарно и просто. Когда RK800 спокоен, кажется что в нём нет и капли человечности, лицо расслабленно и выражает полное безразличие ко всему, а голос холоден и ровен, но не натянут от напряжения. Идеально выгляженный костюм, белоснежная рубашка, галстук, уверенная походка, ровная осанка, иногда он казался пугающе идеальным. Но в моменты, когда девиация брала верх над его программой, сравнить его можно было только с щенком. Активная жестикуляция, ярко выраженная мимика, скачущая интонация и тембр, напоминающий игру неумелого пианиста — он был уязвим, но в этих жестах было столько человечного, что если бы не диод в виске, то и андроидом бы его нельзя было назвать. В такие моменты Коннора беспокоили системные сбои, но познавать мир чувств и эмоций было интереснее, а ещё интереснее было выяснить свои истинные желания, чего бы ему хотелось после того, как у андроидов появятся свои права и свободы? Этот вопрос пугал и завораживал, особенно когда его переодически задавал Хэнк, которому очень хотелось видеть напарника менее загруженным и потерянным в моменты раздумий над подобного рода вопросами.