Привязанность

Я иду. Он идёт. Мы идём. Кто мы на самом деле такие? Куда мы на самом деле идём? На эти вопросы ответов не будет, потому что я сам их не знаю. Подходя ко входу на территорию здания, мы встретили милого, тихого, покашливающего парня нашего возраста. У него белокурые волосы, и прическа похожа на мою. Кажется, мы завели беседу, интересно о чём мы разговаривали. Было видно, что всем нам приятно общаться. Мой товарищ был чуть выше меня, он брюнет с причёской каре, он самый общительный среди нас троих. Закончив наш замечательный разговор, мы направились внутрь здания. Кажется, это была школа. Похоже, что занятия уже начались, поэтому нужно торопиться на верхний этаж в свой класс. Я остался один, но на лестнице столкнулся с какой-то хрупкой и маленькой для своего возраста девушкой. Обменявшись парой фраз с извинениями, мы разошлись, но я запомнил, что голос у этой блондинки громкий и звонкий. Английский язык. Понятно, почему я пришел сюда один: остальные одноклассники уже сидели здесь, преподаватель что-то рассказывал. Оказалось, что он добрейший души человек, с которым приятно даже не разговаривать, а просто находиться в одном помещении. После урока снова встретились с моим товарищем, для удобства будем называть его другом, белокурого парнишку - тихоней, а девчонку - блондинкой. У нас был совместный урок, кажется, это физика. Мы общались и узнавали друг друга лучше. Наша компания стала тем местом, куда захотел бы попасть каждый человек, но вход в неё уже закрыт. Если пропадёт хоть один участник нашей группы, значит, пропадёт идиллия нашего общества; то же самое произойдёт, если кто-нибудь присоединится к нам. У каждого участника нашей группы была своя изюминка: друг был слишком спокойным, но при этом ему удавалось быть самым общительным, всегда темы для разговора задавал он; затем тихоня, он был очень скромный, его было сложно разговорить, но если это получалось, то обстановка сразу менялась, видимо, это из-за него у нас была та самая идиллия; и, наконец, блондинка - она самая хрупкая, но сильная девушка, которую я знаю, она была самым весёлым человеком в нашей компании, поддерживала абсолютно любые темы, и кажется, только ей удавалось разговорить нашего тихоню. После школы мы шли домой всегда по одному маршруту, проходили по набережной, выложенной из красивых серых камней. Рядом стояла скамейка, а за ней росло дерево. Вечером в тёплую погоду гулять здесь - одно удовольствие: смотреть на бушующие волны, великолепный закат и необыкновенные облака. В этом месте стоит только ходить, потому что, остановившись, ты потеряешь счёт времени и не поймёшь, как уже наступила поздняя ночь - это зрелище завораживает. Это был наш обычный день, порядок не менялся, мы жили одним расписанием. Я не знаю, сколько времени мы так жили - возможно, неделю, может, месяц, а может, и год, но с каждым днём мы были всё ближе и ближе друг к другу, нам ничего не надоедало: мы также ходили на один и тот же урок, потом встречались на ещё одном, а затем шли домой. Но в какой-то момент всё нарушилось: неизвестно почему, к нам не подошла наша подруга, хотя она видела нас. Я шёл один с тихоней и разговаривал, атмосфера поменялась, и теперь понятно, из-за чего: стало грустно, тоскливо, словно сейчас мы все медленно умираем и больше никогда не увидимся. В нашем разговоре выяснилось, что, чёрт возьми, у него и нашей девчонки смертельные болезни. Я не знаю, одинаковая ли у них болезнь, или просто так совпало. Тихоня был спокоен, ему не было грустно, кажется, он даже был счастлив. Я даже не заметил, как привязался к этим двоим, но совсем скоро нам, видимо, придётся расстаться - это невыносимое чувство. Я не мог сдержать слёз, парнишка меня успокаивал, но я продолжал реветь. За этот день я только и делал, что плакал, встретившись с другом, который, кажется, уже всё знал, всё так же был спокоен, но я уверен, что ему также тяжело, как и мне. Пару раз за этот день я перекинулся взглядами с блондинкой, она была всё такой же весёлой, а я нагонял тоску. Я не мог с ней заговорить, я понимал, что могу сделать только хуже, я даже не знал, о чём с ней говорить - слёзы опять подступили к глазам. Я правда не мог в это поверить, во всё происходящее, хотелось умереть мне, но только не им. В конце дня, после уроков, когда мы обычно встречаемся вместе, мы шли вчетвером в этот прекраснейший вечер, смотря на этот последний закат. Мы не разговаривали, молча понимали, что это наше прощание, что больше мы никогда не увидимся. Проходя мимо той самой скамьи, эта счастливейшая, но несчастная парочка остановилась, сердце разрывало. Я не смог заставить себя остановиться и пошёл дальше, мой друг всё же сумел остановиться и, видимо, попрощаться с ними, затем, догнав меня, мы удалились с этого места. Зайдя за угол этого места, я не смог не осесть на землю, сил не было. Сейчас просто хотелось полностью отдаться эмоциям и ждать, непонятно чего, но ждать. В мыслях промелькнуло, что, скорее всего, сейчас они мирно разговаривают. В наушниках играла "Дождь, пар и скорость", слёзы в очередной раз скатывались по моему лицу. Я давно не плакал, думаю, это были последние слёзы в моей жизни. Скорее всего, уже прошло несколько часов, а мы просто молча сидели. Я должен был проверить их, я, не зная, что с ними, был уверен, что они просто пропали, их частицы разлетелись по этому прекрасному морю или океану. Умиротворение наступило в мой разум. Вернувшись к дереву, как я и ожидал, мы никого не увидели, осталось лишь спокойствие их душ и шум волн.