кислород

Утро последнего рабочего дня перед двумя выходными встретило Диму перешептываниями коллег по всему участку. Ничего не понимая, он не спеша прошел к рабочему месту и замер, непонимающе хмурясь — на столе поверх документов лежал большой букет розовых гербер, украшенный веточками эвкалипта. — Утром курьер передал, мы проверили, следов каких-то ядов или веществ нет, — возникшая рядом Зайцева дружелюбно улыбнулась, погладив приятеля по плечу. — Гром у Прокопенко, получает выговор за то, что вы вчера очередной бар разворотили, ловя преступников. Дубин едва сдержал смех, посмотрев в сторону кабинета Федора Ивановича, и пошел на поиски вазы, сделав себе заметку купить Игорю в качестве успокоительного шаверму. Букет на протяжении всего рабочего дня невольно радовал. Каждый раз возвращаясь в отделение с очередного вызова или встречи с информаторами по поводу нового дела, Дима осторожно касался больших соцветий и смущенно улыбался, зная отправителя. Приятный подарок был своеобразным знаком о возвращении — мистер Хольт вернулся из двухнедельной поездки в родные Нидерланды, куда летал по делам компании, чтобы уладить последние детали об открытии первого российского офиса корпорации в Санкт-Петербурге. После презентации дронов и успешно заключенного соглашения с полицией, Хольт решил задержаться в России на некоторое время, что в итоге вылилось почти в четырехмесячный визит и покупку одного из новых зданий в самом центре города, где на полных правах уже второй месяц располагался HOLT International. Появление нового филиала стало лишь приятным следствием. Хольт, встретивший Дубина на выходе из полицейского участка через пару дней после презентации дронов, замер, встретившись взглядом с зелёными омутами глаз. Личность совершенно незнакомого человека зацепила мужчину каким-то загадочным образом. Похожий на щенка золотистого ретривера, Дмитрий на первый взгляд казался открытым и добрым юношей, но эта обманчивая невинность исчезала тут же, стоило вспомнить как, он показал себя во время соревнования. Четкие, выверенные движения, быстрота действий и считывания информации. Необычайно интересное создание, от которого Август невольно заставлял искрить все ближайшие к нему проводники электричества. Рядом с Димой, на удивление, было спокойно. Боли во всем теле будто отходили куда-то на периферию сознания, а бушующие внутри злость и раздражение становились тише. Именно после этого странного открытия Хольт назначил лейтенанту встречу, где четко объяснил свое предложение: — В обмен на хорошее денежное вознаграждение в ваше свободное время вы будете приходить ко мне. От вас ничего не требуется, разве что, разговоры на отвлеченные темы и приятная компания. От вас исходит rust en comfort, Dmitri. Je bent als een kleine puppy die je op schoot wilt nemen. Дима тогда едва не вскрикнул от возмущения, объясняя Хольту, что никакие вознаграждения денежные ему не нужны, и уже более смущенно добавил, что рад провести время с интересным человеком. Каждый день приходить бы не получилось из-за ненормированного рабочего графика, но обещание по возможности заглядывать в офис было дано. Постепенно редкие недолгие встречи в неловком молчании перешли в частые вечера, во время которых Дубин сидел на диване возле панорамного окна в кабинете главы компании и рисовал что-то в подаренном скетчбуке, рассказывая Августу о рабочем дне или просто наблюдая за тем, как мужчина разбирал документы или создавал новые разработки вооружения. Потому закончив рабочий день и отдав Федору Ивановичу рапорт о последнем деле, которое они успешно закрыли с Игорем, Дима вышел из управления и довольно зажмурил глаза, подставляясь уходящему сентябрьскому солнцу, радовавшему жителей северной столицы теплыми осенними днями. Рядом раздался сигнал машины, из-за чего пришлось открыть глаза — в нескольких метрах от него остановился черный тонированный автомобиль, из которого вышла девушка в приталенной униформе. — Дмитрий Евгеньевич Дубин? — Да, это я, — непонимающе нахмурившись, Дима осмотрел машину и вновь перевел взгляд на девушку. — Меня зовут София, я помощница мистера ван дер Хольта. Вас попросили сопроводить в офис, — девушка легко улыбнулась и пригласила лейтенанта сесть в автомобиль. Как только водитель развернулся и направился в нужном направлении, София повернулась к Дубину, протянув ему стаканчик горячего кофе. — Мистер Шрайбер не смог встретить вас лично из-за некоторых обстоятельств. — С Отто все в порядке? — получив уверенный кивок от подчиненной Хольта, Дима перевел взгляд в окно и принялся рассматривать вечерний Петербург. С правой рукой Августа поначалу общение не ладилось, потому что Дима элементарно побаивался мужчину. Тот был выше на две головы и шире в два раза, одним своим видом внушая страх и желание побыстрее куда-то спрятаться, а лучше сбежать подальше. Первое время телохранитель молча забирал Дубина с работы и отвозил его к Хольту, иногда сидя с ним в приемной в ожидании, когда начальство освободится после переговоров, или просто находясь возле кабинета непроходимой скалой. Но со временем между ними стали завязываться короткие разговоры, а после возвращения забытого скетчбука, в котором были зарисованы забавные собаки с петербургских улиц, Отто оттаял и рассказал о том, что тоже любит собак и что у него в Амстердаме остались два далматинца, которые сейчас живут у его племянницы. Дима весь светился, когда видел новые фото очаровательных питомцев, и почти при каждом визите к Августу стал приносить Отто рисунки и скетчи его собак. За приятными воспоминаниями прошла дорога, и вскоре машина остановилась у высотного здания, отражавшего в множестве окон закатные лучи. В холле Дубина встретили работники HOLT International, для которых он был негласным спасителем — когда рядом с Хольтом находился молодой лейтенант полиции, тот превращался в добрейшего в мире начальника, а проводка в офисе оставалась целой еще на несколько часов. Единственное, что напрягло, это витавшее в воздухе беспокойство и несвойственная офису тишина. У лифта уже ожидал Отто, привычно поздоровавшийся кивком головы. — Мистер Хольт на совещании? Как-то пугающе тихо у вас, — Дима обратил внимание, что телохранитель, минуя кнопку этажа офиса, приложил к панели индивидуальный пропуск, который давал допуск к двум жилым этажам, которые предназначались для личного пользования. — Отто, что-то случилось? — Август все расскажет, не беспокойтесь, — чужой спокойный голос внушал доверие, если бы не задумчивая складка меж бровей и едва уловимое волнение в тяжелом взгляде. Как только лифт остановился на нужном этаже, Дубин едва ли не бегом направился за телохранителем, чувствуя, как тревожно билось сердце. Просторная спальня встретила полумраком и плотно закрытыми шторами на панорамных окнах. Широкую кровать освещали напольные торшеры из черного металла строгой вытянутой формы. На тумбе возле постели стоял баллон, подающий кислород в маску. — Август… Отто молчаливо закрыл за собой дверь, оставив их вдвоем. Хольт, как только услышал знакомый голос, поднялся с кровати и мягко улыбнулся, отложив маску и завязав пояс длинного шелкового халата. Под его глазами залегли темные тени, а скулы будто стали еще острее за те две недели, что они не виделись. — Дима! Ik zeer heb je stem gemist. Дела безумно изматывают, мне не хватало твоей компании и твоего спокойствия, — Хольт пожал его руку, и по ладони привычно пробежал легкий заряд тока, от которого на коже мгновенно появились мурашки. Не успев ответить, Дима обеспокоено посмотрел на качнувшегося Августа и успел поймать его за талию за мгновение до падения. Карие глаза смотрели растеряно несколько секунд, а потом виновато опустились в пол. Осторожно доведя мужчину до кровати и усадив на неё, Дубин присел перед ним на колени и взял чужую теплую ладонь в свои руки, ласково погладив по вязи темно-синих вен под кожей, усыпанной шрамами от ожогов. — Август, что случилось? — Небольшие неприятности, mijn lieve. Не стоит твоего беспокойства, — обворожительно улыбнувшись, Хольт прикоснулся кончиками пальцев к чужому виску и аккуратно прикоснулся к небольшой царапине. — Mijn schat, откуда это? — Ерунда, при задержании зацепило немного, — Дима нахмурился и недовольно посмотрел в чужие глаза, не давая перевести тему и засмущать милыми прозвищами на голландском. — Отто сказал, что ты мне расскажешь о том, что произошло. — Verrader, — пробурчав, мужчина вздохнул и прикрыл глаза, приводя чувства в порядок, чтобы случайно не ударить своего спасителя разрядом электричества, после чего спокойно начал. — Мне сделали новую операцию и заменили части экзоскелета на более усовершенствованные. De littekens zijn bijna genezen, maar lichaam accepteert langzaam veranderingen. Поэтому есть незначительный дискомфорт, но мне не привыкать. — Я… я могу посмотреть? Хольт согласно кивнул и встал следом за парнем, снимая халат и проворачиваясь спиной — беспрекословно доверяя и показывая самое уязвимое место. Осторожно, в страхе навредить, Дима прикоснулся ладонью к чужим лопаткам возле светившегося ярко-синим экзоскелетом, ощутив на пальцах голубые искорки чужих чувств. Идеальная кожа, покрытая шрамами вдоль черного титана позвоночника, завораживала. Постепенно движения становились увереннее и медленно спустились до пояса свободных белых шорт. Хольт расслаблено прикрыл глаза и откровенно получал удовольствие, позволяя прикасаться к себе и совершенно не боясь предательского удара. Свободная рука легла на талию, придерживая и получая новые легкие разряды тока — Дима почувствовал, как от смущения начали гореть щеки при взгляде на искрящийся механизм, понимая, что его прикосновения заставляли главу крупнейшей оружейной корпорации испытывать такие яркие ощущения. Наконец осмелившись, Дима подался вперед и прижался губами к чужому плечу, получив в ответ удивленный вздох и крепкую хватку на собственном запястье. — Дима, je speelt met vuur, — Август прикусил нижнюю губу и завел свободную руку назад, найдя чужую ладонь и уложив ее на собственную грудь в районе быстро стучащего сердца. — Ты причина моего сердцебиения, mijn engel. Услышав знакомое созвучие букв, Дима смущенно уткнулся в чужую шею под бархатный смех Августа и ощутил, как собственное сердце билось в такт чужому. Это мгновение хотелось остановить и остаться в нем навсегда, просто чувствуя, как воздух в комнате наполнился озоном, а горячее тело развернулось в кольце рук, и притянуло близко к себе, забираясь под одежду и покрывая кожу десятками мягких искр разрядов. — Хочешь узнать, откуда у меня эти шрамы? — после сказанного уже смеялся Дубин, обнимая Хольта за шею и притягивая его ближе к себе, чтобы наконец-то поцеловать желанные губы. Поцелуй долгожданный, наполненный нежностью и трепетом, переходящим в желание забрать себе и сделать только своим. Чужие губы опустились на шею, оставляя следы поцелуев, которые точно придется скрывать высоким воротом водолазки. Разбросанные возле кровати вещи были забыты почти сразу, как только шелк постельного белья коснулся спины. Дима выгнулся навстречу объятиям, зарываясь пальцами в темные мягкие волосы на затылке. Статическое электричество охватило кожу тонкими нитями, придавая чувствам яркости. Покрывая собственническими поцелуями тонкие ключицы, Август весь искрился и ближе прижимался к теперь уже родному телу. — Ik heb je nodig zoals zuurstof, — оставив мягкий поцелуй на чужих припухших губах, Хольт тепло улыбнулся и приподнялся на локтях, любуясь своим сокровищем. — Август, это запрещенный прием. Я ведь не знаю голландского, — смущенно фыркнув, Дубин перевернулся на бок и тут же оказался в кольце объятий, получив очередной короткий поцелуй в одну из отметин на плече. — Ты нечестно играешь. — А разве ты играл честно, когда украл мое сердце, mijn ziel? — Август тихо рассмеялся во взъерошенную светлую макушку на возмущенное выражение лица парня, после чего навис над Димой и прошептал в самые губы. — Ты мне нужен, как кислород, mijn schat. Дима в ответ влюбленно улыбнулся и вновь крепко обнял Августа, ощущая себя счастливейшим человеком.