Ступени рыцарства

       Майк сидит на берегу мелкой реки, на большом сером булыжнике, и смотрит на журчащую, быстро бегущую по каменистым уклонам, воду. Солнце, прорываясь сквозь ветви высоких хвойных деревьев, греет его смуглую кожу. Пение птиц помогает ему быть спокойным. Осталось всего чуть-чуть, думает подросток, как закончится лето, его примут в оруженосцы, ведь весной ему исполнилось уже четырнадцать. Парень ощущает себя намного более взрослым, и ему совсем неинтересно то, чем занимаются дети или другие его сверстники. Он предпочитает находится в одиночестве, у него нет никаких общих интересов с остальными. Он уже держал меч и тренировался с ним, но он не из дворянской семьи, и потому не прислуживал пажом. Для такого он выучился в школе и прошёл детские лагеря.        Сейчас отдых после обеда, а вечером у Майка игра в футбол, он достаточно хорошо сложён и физически развит, и если бы тут не пресекались драки, все хулиганы бы уже давно лежали лицом в эту самую реку, на которую будущий оруженосец смотрит.        На парне белая футболка, широкие закатанные до колен джинсы оранжевого цвета и чёрные кеды. На локтях есть шрамы, а запястья перевязаны, он часто очень усердно занимается на турниках до изнеможения, но всегда выполняет поставленные цели.        Он помнит свою встречу с настоящим рыцарем, огромным вербером по имени Джек, одним из самых сильных и лучших бойцов королевства. Вербер согласился поговорить с юношей и удовлетворить его любопытство. Майк помнит слова о том, что важно воспитывать в себе не только сильного телом мужчину, но и не забывать о духе. Нельзя бездумно применять свою силу, только для защиты других, но тренировать себя каждый обязан, если он хочет стать рыцарем. В сердце вся сила. Защищать самые красивые и хрупкие вещи… Быть на стороне добра…        А как его найти, размышляет Майк, как понять, что добро, а что нет? Это ведь выдуманное понятие. Наверное, легко говорить, когда в тебе три метра огромной мышечной массы и силы, как у титана. Но всё же, есть что-то, чего Майк делать не станет, например провоцировать драки, обижать младших, и вообще никого не задирать.        Проходят минуты, вода играет на солнце, подул тёплый ветер, такой нежный и мягкий, если бы у Майка не было короткой стрижки, его волосы бы такому обрадовались.        Он услышал чарующие его душу звуки струн, едва уловимые, ускользающие. Они норовили убежать от его сознания, и Майк без раздумий поднялся, чтобы последовать за ними, не желая упускать такую красоту. Он не задался вопросом, откуда они исходят. Уходить далеко от лагеря нельзя, но раз уж он выбрался через ограждения, то какая разница, ему всё равно ничего не сделают. С дисциплиной в этом месте и так проблемы, по мнению парня.        Звучание становится более чётким, пение птиц и журчание воды стихают на фоне музыки, тени деревьев скрывают солнечный свет, Майк заходит всё дальше в лес, аккуратно и тихо перелезая через камни и большие корни. Он видит каменные руины, части каких-то древних зданий, покрытых зеленью, вьюнов и даже мхом, звук доносится из-за них. Что это за место, о нём кто-то знает, думает про себя парень, и подходит ближе, выглядывая из-за достаточно высокой стены, или точнее из-за того. что от неё осталось.        Перед почти незаметной лестницей из белого камня, ведущей к такой же каменной двери в земле, стоит парень, которого Майк много раз видел в этом лагере. Это Белензий, странный и замкнутый юноша, такой же отстранённый от всех остальных, как и Майк, и он играет на большой деревянной арфе, ростом с парня, с множеством струн, его тонкие пальцы изящно плывут по инструменту, и с нежных ладоней сходит прекрасная музыка. У него длинные ухоженные волосы белого цвета, пышные и уложенные в причёску, коса завязана полукругом так, что держит множество шелковистых локонов позади. Точёное лицо выражает умиротворение, он всегда такой, Майк нередко наблюдал за ним, одеяния полностью белые, из дорогой ткани, спадающие вниз до колен. Он очень красивый и необычный, но что он тут делает, как добрался до этого места, ведь дорогу знает только Майк. И почему он играет именно перед этой дверью?        От этого зрелища невозможно оторваться, Майк перепрыгивает через несколько каменных блоков и оказывается рядом с Белензием.        — Ах, это ты… Ты меня напугал… Майк… — говорит мягким и тихим голосом Белензий, прекращая играть.        — Что ты делаешь, почему ты играешь тут? — спросил Майк, слегка краснея от того, что ему пришлось прервать такую мелодию. — Прости, что прервал… это было… ну… нормально.        — Ох, я рад, что тебе понравилось… Но я играю мелодию, которая должна открыть эту дверь. Я почти закончил.        — А что за этой дверью?        — Я… не знаю, но если ты хочешь составить мне компанию, я буду рад. — улыбнулся учтиво Белензий. Такое красивое и совершенное лицо Майк не видел никогда. — Это мой последний год в детских лагерях… Мне исполнилось четырнадцать…        — А… кем ты станешь? Просто я стану оруженосцем, это тоже мой последний год. Наконец-то.        — Ты тоже рад тому, что все эти поездки по лагерям закончатся, да? — Майк неосознанно улыбнулся, кивнув одобрительно. — Оруженосец это очень хорошо, рыцари всегда нужны. А я… не знаю, что со мной будет.        Майк выдохнул, ему захотелось подойти поближе, и он подошёл, заглянув в зелёные светлые глаза парня. Белензий в ответ посмотрел на лицо с широкими носом и ртом, улыбнувшись и слегка отвернувшись. Его пальцы уложились на струны, и он вновь стал играть мелодию.        Через несколько минут струны замерцали, и дверь стала медленно расходиться в стороны.        — А если на нас сейчас что-то нападёт? — спросил Майк.        — Вместе с таким оруженосцем мне ничего не страшно. — улыбнулся Белензий.        — Эм, ну, тогда я пойду первый, хорошо?        Подростки спустились по ступеням и вошли в дверь, тут плохо освещено, но с ладони белензия сошёл тёплый свет, кончики его белых волос стали ярче гореть и переливаться солнечным светом.        — Я всегда знал, что ты владеешь магией. — посмотрел на ладонь Белензия Майк. — Ты слишком красивый и нежный для таких мест.        Он застыл, понимая, что только что назвал юного мага красивым, и после резко отвернулся, когда Белензий улыбнулся.        В помещении затхло, но застоявший воздух уходит. На стенах висят деревянные стойки со старинным оружием, части доспехов, щиты. Белензий подошёл к нескольким книжным полкам, истлевшие изъеденные страницы едва ли помогут ответить на вопросы. Мебель каменная, с причудливым металлическим орнаментом, видно место для камина, стол с глиняной посудой, затянутой паутиной. Послышался звук механизма со стороны узкого коридора, и к подросткам выехал большой шар, угрожающе скрипящий, бронзовые части этого шара раздвинулись, и из них показались две небольших булавы.        — Это охранный механизм без хозяина… — отошёл Белензий, направляя руку света на это шар. Майк быстро схватил со стойки стальной молот, но не успел замахнуться, как получил удар по ноге и поясу, отлетев к столу и сломав несколько глинянных горшков и тарелок. По телу прошла боль, но он не отступил, резко поднявшись и уклонившись от следующего замаха и нанеся удар по месту, откуда была видна металлическая рука, держащая булаву. Скрежет металла, и шар отскакивает. Парень подбегает к нему и наносит добивающие удары. Механизм рассыпается на части, и больше подаёт никаких «признаков» жизни.        — У тебя кровь, Майк! — подошёл к парню Белензий. — Ты ранен…        — Да так, царапина. Не парься. — выдыхая, Майк поставил молот обратно.        — Ты защитил нас… Спасибо тебе, ты настоящий рыцарь… Позволь мне… — ладонь Аллесандра коснулась раны на спине; именно спиной Майк ударился о стол с посудой. Внезапное ощущение прохлады и тепла одновременно. По телу расходятся приятные волны, рана слегка щипит, и через мгновение затягивается. глаза Майка расширяются, никакой боли от ударов булавами, пускай и незначительными, но всё же, и ни следа от раны или неприятных ощущений. — Пора возвращаться, слышишь колокола?        — Ты никому же не скажешь, что сегодня было, Белензий? — спросил Майк, качаясь в стороны от смущения. — Я хотел пообщаться с тобой раньше, но чего-то… не получалось…        — Это будет нашим секретом… — улыбнулся целитель. — Приходи сегодня ночью на то место, где ты обычно сидишь на отдыхе.        Ночное звёздное небо отражается в тихой реке. Пока весь лагерь спит, Майк и Белензий разговаривают, сидя на большом сером булыжнике, рядом лежат запеченные мясо и овощи со вкусным сметанным и сырным соусом. Белензий читает свои рассказы, Майк завороженно слушает его и берёт за руку. Он, кажется, нашёл что-то красивое и хрупкое, то, что он хочет защищать. Белензий всегда был на играх Майка, в том числе и сегодня. Либо он всегда болеет за Майка, либо ставит на победителя, что одно и тоже.        — Ты говорил, что не знаешь, что с тобой будет. Мы с тобой встретимся? — спрашивает Майк, смотря на Луну. — Могу я помочь? Тебя кто-то хочет обидеть?        — Возьми этот амулет. Если ты сохранишь его, мы с тобой ещё встретимся. Я не знаю, что со мной будет, потому что я обладаю сильным магическим даром. — Белензий протянул Майку небольшой кристалл на верёвочке, жёлтый, переливающийся на свету. Парень без вопросов и раздумий надел его на шею. — Спасибо тебе… С тобой мне ничего не страшно, даже неизвестность.        Тепло магии расходится приятными волнами по всему телу, дарит надежду, покой и любовь. Первую любовь, и Майк надеется, что последнюю.