Море

      Первое, что почуял в воде Тим, это аромат крови. Но он не слишком обратил на это внимание, направляясь за рыбой к обеду. Все же море опасное место. И оно крайне жестоко к слабым. Самое главное — он в безопасности.       Но на всякий случай Тим поплыл проверить свой небольшой огород, где он выращивал любимые ракушки. Темные, твердые снаружи и нежные внутри. Его любимая закуска, которую он мог есть постоянно, если бы не режим правильного питания…       Вторым тревожным знаком было то, что в его огороде явно кто-то был. Тим нахмурился, осматривая следы на решетках, где росли его ракушки. Может быть, какая нибудь рыба заплыла? Он тщательно запер своё сокровище и решил осмотреть остров на поверхности. Все же слишком много было тревожных знаков.       Он с силой ударил хвостом и направился к поверхности. В конце-концов, на острове росли его любимые фрукты. Он просто проверит и сразу же назад.       Тим обнаружил чужака прямо посреди пресного озера и сперва чуть не сбежал обратно в свой грот. Но только то, что тот не шевелился, немного успокоило его нервы.       — Эй! — Он позвал незнакомца, но ответа так и не получил.       Тот лежал на солнце, не двигаясь и медленно дыша. Его тело было все в шрамах, как после драки. Жабры были плотно сжаты и… он явно умирал.       Осознав это, Тим прикусил губу зубами. Все его инстинкты кричали о том, что опасно подходить к тому, кто явно больше него. Незнакомец был из глубоководных меров, в отличии от Тима. Стоило ли оказание помощи ему риска нарваться на неприятности?       — Ты мне должен будешь много много ракушек, — проворчал Тим и, подобравшись ближе, взвалил на себя тяжелое тело глубоководного. — Еще одну… нет, две поляны. И пару осьминогов. И стаю рыб. Жирных.       Он ворчал, перетаскивая раненого мера, стараясь не думать о том, что впервые с того времени, как ему исполнилось четырнадцать лет. он оказался не один. Тим не то чтобы тосковал по дому, но иногда ему хотелось услышать плеск хвостов рядом с ним.       Или поплавать наперегонки.       Когда он дотащил незнакомца до своего грота, Тим уже не жалел о том, что решился помочь. От незнакомца в воде исходила тонкая лента крови. Его хвост был разодран довольно глубоко. Будто ему пытались откусить хвост. Тим вздрогнул при мысли о том, что это нечто с большой пастью существует в холодных глубинах. Как же все-таки хорошо, что он поселился в этих теплых водах.       Его территория принадлежала только ему.       Ну и теперь полумертвому незнакомцу, которого он уложил в собственную постель из бархатного белоснежного песка и мягчайших водорослей. Тим снова покусал губу и вздохнул. Если этот здоровый мер подумает его обидеть, то пусть попробует его догнать! Дома не было никого быстрее него, а в этих краях он регулярно плавал наперегонки с разными морскими обитателями.       Так что перевязав хвост незнакомца пресноводной зеленью, Тим решил вознаградить себя ракушками. И поймать немного рыбы.       Именно под его чавканье незнакомец и пришел в себя. Ну, хорошо, не чавканье. Все же Тим хорошо воспитанный мелководный мерфолк. Но у него во рту был большой кусок рыбы, когда раненый открыл глаза.       На две секунды Тим колебался, принимая решение выплюнуть кусок рыбы, который раздул ему щеки. Или прожевать, а потом поздороваться. Он выбрал второе, внутренне ворча про себя о том, что если кому то не понравится его манеры, то он не держит грот запертым.       Незнакомец улыбнулся.       — Хочешь поесть со мной? — Первое, что спросил Тим, прожевав.       — Надеюсь, этот кусок мяса не из меня? — Незнакомец продолжал улыбаться, хотя его полоски на боках хвоста были откровенно бледными и едва светились.       — Это просто рыба, — Тим оторвал кусок мягкого мяса и протянул глубоководному. — Я не ем себе подобных.       В глазах незнакомца мелькнуло веселье, будто что-то в ответе Тима его позабавило. А затем он наклонился и неожиданно нежно и осторожно взял с рук угощение, проглотив его одним махом. Убедившись, что ему не причинят вреда, Тим разделил пойманную рыбу так, чтобы самые нежные и мягкие кусочки отдавать раненому, а остальное досталось ему.       — Спасибо. Меня зовут Вин.       Вин оказался весьма интересным соседом. Он не пытался напасть на Тима, вел себя деликатно и послушно терпел процедуры перевязки. А если и касался его хвоста кончиком своего, то всегда отплывал, стоило только Тиму показать зубы и распустить яркие хвостовые плавники. Которые очень даже добавляли ему внушительности, несмотря на небольшие размеры.       — Не играй со мной в свои глупые игры. — Тим предупредил Вина, когда тот украсил его грот яркими актиниями.       — Я подумал, что пухлые маленькие рыбки выглядят очень забавно, — Вин улыбался, и Тим шестым чувством понимал, что его дразнят.       — Я съем твою порцию ракушек, если не прекратишь, — Тим насупился. Но он, конечно, не стал бы этого делать. Несмотря на то, что Вин больше него, он ранен, ослаблен. И видимо ударился головой, раз по прежнему пытался коснуться его хвоста своим.       Тим просто уплыл за порцией любимых ракушек, игнорируя румянец на щеках. Глупый глубоководный.       Время шло. Постепенно Вин окреп, и Тим с тайным страхом стал ждать того момента, когда он уплывет. Кому нужен одинокий мелководный мерфолк, когда в их распоряжении огромные глубины моря. Со всеми его тайнами. И, возможно, симпатичными глубоководными мерфолками, которые не против сплестись хвостами с сильным светлокожим Вином.       Но Вин оставался день за днем в его гроте. Помогал отгонять опасных хищников, сплел ему и себе по паре одинаковых браслетов из ракушек раков-отшельников. Высаживал с ним новый сад вкусностей и однажды напугал его до потери голоса, когда притащил акулу ему под нос. И ждал с гордым видом, пока Тим не проснется, чтобы торжественно ее вручить.       Иногда Вин уплывал, но всегда возвращался с подарками. Слушал ворчание Тима на то, что только хвост зажил, а уже ныряет на глубину. И улыбался.       Тим знал, что ему не следовало привыкать к Вину. Но он привык.       Они плавали вместе. Просто так. И Вин рассказывал ему о поверхности, о том как темно на глубине и как воды моря окрашены в цвета флюоресцентного синего, чтобы хоть что-то было видно. И, разумеется, плавали наперегонки, распугивая косяки рыб. Вин был чертовски быстрым мерфолком. Но Тиму доставляло особенную радость догонять его, вырывать победу, срезая путь на поворотах среди хорошо известных мест. Выцарапывать победу на кончиках когтей и разделять триумф вместе с его…       Тим не был тугодумом. Он подозревал, что Вин ухаживает за ним. Но видеть то, как Вин галантно исполняет все положенные брачные ритуалы, было для Тима важно. Это означало, что Вин останется с ним. В его небольшом гроте на мелководье.       Именно поэтому Тим не оттолкнул хвост, потянувшийся к нему после очередных гонок. Он не смотрел, но спиной чувствовал мягкую улыбку. А затем его легонько толкнули в бок, и он перекатился на спину, обнажая все свои уязвимые места. И постепенно опускаясь на дно. Вин навис над ним, сжал его запястья, но так легко, что Тим мог бы убежать в любой момент, если бы захотел.       Но он не хотел.       Он разглядывал Вина, в очередной раз, думая о том, насколько он горячий и заботливый. Насколько красивый. Со всеми своими шрамами, улыбкой и темными глазами обитателя глубин.       — Тим? — Вин коснулся его щеки, и Тим покраснел. Он отвлекся в самый разгар брачного танца! Позор какой. Смущение пробежало по его щекам и шее, а на губах Вина расплылась ужасно самодовольная ухмылка.       — Потерялся в мыслях от моей красоты? — Вин поддразнил, и Тиму захотелось выплыть из-под него и сбежать куда угодно. И одновременно рассмеяться от осознания того, насколько же чутко понимает его Вин.       — Если ты не прекратишь дразнить, то сегодня будешь спать снаружи. — Тим прикрыл глаза. Потому что Вин смотрел на него так, словно он был для него целым морем. Тем, без чего он не выжил бы.       — Думаю, я очень постараюсь, чтобы заслужить прощение.       Они медленно наклонялись друг к другу, скользили руками по бокам, терлись друг о друга, сплетая хвосты. Море вокруг было странно светящимся, и они целовались, сгорая от удовольствия, словно под беспощадными лучами солнца. Снова и снова издавая в воде низкие вибрирующие стоны, похищая и делясь одновременно друг с другом своим кислородом. А когда стало слишком хорошо, когда Тим уже не мог контролировать своё удовольствие, а Вину пришлось по настоящему сильно вдавить его в песок… Тогда Тим изогнулся и укусил его плечо так сильно, как только мог, окрашивая воды вокруг в алый цвет. И чувствуя острую боль в собственной шее.       И на целое мгновение все перестало существовать, кроме удовольствия, соленых вод моря, металлического привкуса на языке и сильного тела в объятиях.       Такого родного и любимого.       Тим расслабился, пытаясь отдышаться. Чувствуя, как Вин, наоборот, сжимал руки, усиливая собственническую хватку. Укус в шею причинял боль, но одновременно служил напоминанием о том, что теперь они связаны. Тим больше никогда не будет один, а Вин не будет чужаком.       Море всегда было щедрым. К тем, кто уважал его силу.