Квисин

      - Джун-и, я боюсь, давай, пожалуйста, не будем далеко заходить. Ты же знаешь, что я плавать не умею! - Сонхва, как может, пытается отговорить своего парня идти в сторону моря. Ну серьёзно, он действительно боится, младший это прекрасно знает. Тем более сегодня достаточно сильные волны, а старший, за боязнью воды ещё имеет страх любых водоемов. Ему хватило, когда в детстве его друзья решили научить его "держаться на воде, иди сюда, смотри, это ведь просто". Просто, действительно. Просто в такой ситуации и с такими друзьями только утонуть.       - Да ладно тебе, Сонхва-я, ничего плохого не случится! - кричит в ответ своему парню Хонджун, немного подвыпивший и уже не сильно чётко оценивающий ситуацию.       - Джун, я говорю, я не смогу плавать! Ты утопить меня хочешь? - возмущается, даже умоляет Сонхва, надеясь вправить мозги своему парню. На эти слова Хонджун немного отходит назад, но только чтобы взять за руку старшего и потащить в сторону воды. - Хонджун, отпусти меня!       - Хва, сейчас ты убедишься... Что вода.... Не страшная.. - стараясь формулировать предложения, проговаривает младший, продолжая тащить за собой парня. * * *       Хонджун сидит в своей маленькой студии, стараясь абстрагироваться от реальности. Музыка никак не приходит ему в голову, а дедлайны горят и телефон временами разрывается от сообщений заказчика. Дико раздражает.       Не может Хонджун писать позитивные песни, тем более о лете и о море! Это слишком для него, правда! Парень все ещё, спустя больше года, не смог себя простить, да и вряд-ли сможет. Он буквально своим руками убил своего парня. Осознание от этого всего все ещё бьет по его сознанию. Точно также, как биты в его наушниках сейчас выбивают ритм, только ещё назойливее, и выключить невозможно. Невозможно снять наушники, выбросить это все из головы и жить как раньше. Потому что как раньше не будет. Никогда не будет. Не будет без Сонхва, без причины его счастья, без человека, вытащившего Хонджуна из того болота, в котором он, кажется, оказался снова.       Картинки до сих пор перманентно стоят перед его глазами, хотя он и был в очень нетрезвом состоянии. В тот момент пришлось резко протрезветь. Вот Сонхва просит его не тащить его, вот Сонхва пытается остаться на нормальном уровне, чтобы касаться дна, вот Сонхва пытается всплыть, но начинает захлебыватся, вот Сонхва.... Сонхва, Сонхва, Сонхва.... Невозможно!       Хонджун в гневе сбрасывает с себя наушники, не заботясь о их будущем. Будет что будет, если сейчас они разобьются - он оплатит. Он не тратит деньги практически ни на что, кроме базовых потребностей. Звук сообщения отвлекает его, отрезвляя. На удивление, даже не заказчик. Предупреждение об усилении ветра и о возможности усиления волн. Как же иронично. Очень вовремя уведомление, не находите?       С того самого дня Хонджун старался как можно реже сталкиваться с водоемами, так как буквально каждый раз что-то напоминало ему о смерти парня. По его вине.       Но в этот раз у него что-то щелкает внутри. Это страх прошёл, или почему от известия об опасности у него ноль эмоций? Только, почему-то, желание, спустя год избеганий, пойти к морю. * * *       Ветер разбушевался, и, честно, ни один адекватный человек в такую погоду даже из дома не выйдет. Все сидят дома, кто-то с любимым человеком, кто-то в полном одиночестве, зато окруженный котами. А кто-то наедине с собой и своими мыслями. Поглощающими. Заставляющими сомневаться в своём существовании. В таком же состоянии молодой композитор с осколком вместо сердца идёт в сторону пляжа. Обычно такие мысли обсуждаются на шумных тусовках где-то на балконе между двумя философами, которые устали от шума, но которым приходиться терпеть его, терпеть выходки людей вокруг себя только ради того, чтобы почувствовать себя живым, частью общества, которой, на самом деле, никто не является. Общество существует отдельно от каждого, лишь создавая иллюзию присутствия. На самом деле каждый на этой тусовке одинок, просто каждый по-своему с этим справляется.       Ветер нарастсет, а волны достают где-то до середины песка. И где только носит всяких спасателей, стражей порядка в такую погоду. Казалось бы, Корея, безопасная страна. Ага, только не когда каждый переживает за свою жизнь. Не тогда, когда твои инстинкты самосохранения кричат тебе спасаться, а ты, как порядочный человек, следуешь им. Кто-то назовёт это эгоизмом, но сам поступит также.       Хонджун подходит к тому месту, куда пока что не добралась вода. Ветер развивает, путает отросшие волосы, но парень не старается их отбросить с лица. Он сосредоточен на своих ощущениях и попытке сочинить хоть что-то. Получить ту крупицу вдохновения, которую он не мог выжать из себя. Ему нужна просто идея. Маленький толчок. Просто идиотская строчка хотя бы.       Ветер стирает с лица появляющиеся из-за него же слезы. На горизонте все серое, вода бушует. Хонджун даже не замечает, как волны начинают доходить до его ног, забрызгивая джинсы. Все это напоминает ему только о Сонхва.       В голову, как будто специально, приходят разные легенды о квисинах. Кажется, из этого бы вышла неплохая песня в стиле фолк, но это явно не то, что ему надо.       Разум начинает рисовать какие-то картины, или это происходит в действительности? Почему из воды к нему выходит Сонхва, останавливаясь в нескольких метрах от него?       Вода продолжает настигать, и джинсы уже безвозвратно испорчены - промокли до колена и полностью в морской грязи. Происходящее похоже на какой-то бредовый сон, в котором смешиваются реальные ощущения и мифические образы, в котором ты осознаешь, что ты во сне, но повлиять на сюжет не можешь, становясь безвольным участником событий.       Хонджун знает, что ему нужно делать. Чувствует. Предрешено. Понимайте как хотите, но он знает, что обязан сейчас действовать. Он подходит к своему парню, крепко его обнимая. Кажется, сквозь это видение, сквозь дух чувствуется человеческое тепло. Его не спутать ни с чем. Такое тепло способно отличить любящее, ноющее сердце. Которому нечего терять, но в моменте счастье ощущается острее. Руки старшего обволакивают тело Хонджуна, постепенно прижимая к себе ближе, душа, но младший готов раствориться в этом ощущении. Оно заполняет его лёгкие, наконец-то давая хоть какое-то чувство. Впервые за долгое время, впервые за этот год, в который после опустошения иногда появлялось чувство безысходности.       Наконец-то он способен написать эту идиотскую песню, но.... Надо ли это кому-то? Дедлайны прогорят, заказчик будет недоволен, но может ли хоть что-то посоревноваться с чувством, которое заполняет сейчас Хонджуна.       Он знает, что это месть. Что квисины никогда не бывают добрыми. Что они жаждут причинять боль и смерть. Но все-таки то теплое чувство от прикосновений Сонхва остаётся все то же, и Хонджун верит, что смерть будет безболезненной.