Можно

— Ты едешь в лагерь, — безапелляционно заявляет мать, входя в комнату Джисона. — Может не надо? — предпринимает попытку Хан. — Надо. на следующей неделе едешь, — отрезает женщина. — Ну мам. — Что мам? Ты иначе опять всё лето проведёшь в комнате в телефоне. А так хоть развеешься с новыми людьми познакомишься. — А что за лагерь хоть? — спорить с матерью бесполезно и надо узнать, куда он хоть едет. — Он в пригороде. По отзывам говорят довольно неплохой, там рядом лес и озеро, — рассказывает госпожа Хан. — Всё не так уж и плохо. А интернет там есть? — Джисон!

***

Джисон стоит перед входом, над которым висит вывеска с названием лагеря. Ладно, Хан Джисон, это всего лишь три недели хрен пойми чего, потому что я не знаю, что там будет. — Привет? — сзади раздаётся голос, и Джисон аж подпрыгивает от неожиданности, — прости, не хотел тебя пугать, — это оказывается парень примерно ровесник Хана, — я Ли Минхо, — он протягивает руку, и Джисон пожимает её, кивая в знак приветствия. — Хан Джисон. — Приятно познакомится, — Минхо приподнимает уголки губ, — первый раз в лагере? — А что так понятно? — Человеку, который каждое лето проводит в лагерях — да. Если хочешь, то я могу показать тебе тут всё. Мы вроде из одного отряда. — Не откажусь от помощи. — Вот и прекрасно, пойдём, — Ли хватает Джисона за руку и тащит по территории в сторону домиков, где стоит куча таких же подростков и пара студентов — вожатых. — Привет, — здоровается вожатая девушка, которая до этого стояла и о чём-то беседовала с парнем, — как тебя зовут? — Хан Джисон. — Угу, — она что-то отмечает в списках, — я Ким Минджи. А это, — она показывает на парня, — Чхве Донхён. Надеюсь, мы подружимся. Хан бормочет что-то о том, что приятно познакомиться и всё такое, и его утаскивает Минхо в сторону небольшого домика, в котором им предстоит жить на протяжении следующих трёх недель. — У нас в комнате есть ещё одна кровать, будешь жить с нами? — предлагает Ли — Буду. — кивает Джисон и затаскивает вещи в предложенную комнату. — Привет, — на одной из кроватей лежит миловидный паренёк с веснушками на щеках, — Я Феликс. — А я Хёнджин, — говорит сидящий рядом с ним высокий парень — Джисон, приятно познакомится, — Улыбается Хан. Когда он разложил вещи по местам, то Минхо тащит Джисона гулять по территории, показывает живописное озеро, рассказывая, как пару лет назад чуть не утопился там. — Ужас. А куда вожатые смотрели, или зачем они здесь? — сетует Хан — Да ладно. На самом деле, это я просто тупой был, кто лезет в глубину, когда плавает как топор? Ну сейчас уже лучше. После Ли тащит Хана к красивому лесочку, где есть полянка, на которой часто устраивают пикники. Там много ромашек, так горячо любимых Джисоном, и он даже срывает одну и бездумно обрывает лепестки с неё. — Гадаешь? — потстёбывает его Минхо. — Конечно, — усмехается Хан и, сделав наглую моську и приблизившись к лицу старшего, говорит, — на тебя. — А я и не против, — Ли ухмыляется и слегка подаётся вперёд, делая так, чтобы их носы соприкоснулись, отстраняется он так же быстро, но кончик носа горит пожаром от этого мимолётного касания. — пойдём? — он как ни в чём не бывало тянет Джисона за руку, — а то скоро ужин, и мы можем опоздать. Будем потом голодными. Хан приходит в себя и трясёт головой, стараясь отогнать навязчивые мысли по поводу того, что этот парень чертовски привлекателен и неведомая сила тянет Хана ближе к Минхо. Еда конечно не такая вкусная, как готовит дома мама, или в любимой забегаловке возле школы, где Джисон с друзьями спустил не одну сотню тысяч вон, но тоже неплохо, особенно, когда ты практически весь день не ел, а пережил поездку до этого тридевятого царства из города. Минхо же с удовольствием уплетает предложенные пюре и котлеты, словно ничего вкуснее не ел. — Это ты ещё кашу местную не ел, — комментирует Ли, уже допивая чай сладкий, словно туда высыпали пять килограммов сахара. — У них типа сахар бесплатный, а соль в дефиците? — спрашивает уже после трапезы младший. — иначе как объяснить, что и котлеты и пюре пресные, а чай — кошмар диабетика? — Это лотерея, чего добавят больше: сахара, или соли. А могут и того и другого набухать, — смеётся Минхо, — пойдём, я тебе покажу красивый закат, как раз самый момент, — он хватает Джисона за запястье и тащит в глубь леса к озеру, но видимо на другой берег. А вид там открывается и вправду просто великолепный. Кроваво красные лучи закатного солнца окрашивают воду в озере, деревья и траву, заставляя всё это переливаться оттенками красного и розового. — Вау. В городе такого не увидишь. Минхо улыбается, словно кот объевшийся сметаны, но Хан этого не видит, зато Минхо прекрасно видит, как сверкают большие глаза Джисона, и как пухлые губы приоткрываются в удивлении и восхищении. — Ты милый, — это вырывается само собой, и Ли быстро закрывает рот ладонью, молясь про себя, чтобы Джисон этого не услышал, но увы перед неуклюжестью и неумением держать свой язык при себе боги слабы. — Что? — и без того большие глаза Хана увеличиваются, и он вопросительно смотрит на парня, с которым он познакомился только сегодня, но он уже успел устроить внутри ураган. — Ничего, — бурчит Минхо. — Нет, повтори! — требует Джисон. — Я ничего не говорил, — нагло врёт Ли. — Я слышал твой голос! — настаивает младший. — У тебя мания величия, — отрезает Минхо. — Просто признай, что считаешь меня милашкой, — фыркает Джисон. — И не мечтай, — Ли вскидывает подбородок и отворачивается. — Ну и ладно, — Хан дует губы и делает вид, что обиделся. Они ещё долго сидят, молча созерцая красоту заката, а после и звёзд, пока к ним не приходит раздражённая вожатая, которая ходит и разгоняет всех полуночников. Получив по башке, они идут в сторону домика, где почти сразу ложатся спать. Джисон ещё долго не может заснуть и думает о тех словах Ли. Может быть ему и правда просто показалось? Но кажется этот парень ему понравился. Да, так просто и быстро, практически с первого взгляда. Утро встречает рассветными лучами, пробивающимися сквозь неплотные шторы и словами Минхо, что пора вставать и идти на зарядку. — Зачем? — ноет всю дорогу Джисон. — Надо, — просто отвечает Ли. — Кому? — Тебе. — Мне не надо. — Твоё тело тебе потом спасибо скажет. Джисон смиряется со своей участью и просто выполняет упражнения в полусонном состоянии, получая тычки от Михо в бок, чтобы тот окончательно не уснул и не упал. После этого, они идут на завтрак, где Хан всё ещё не понимает как это есть и смотрит на Ли, который уже съел свою кашу. — Ты не будешь? — спрашивает он, указывая на почти полную тарелку Джисона, — Нет? Тогда я съем. Не понимаю, что тебе не нравится, сегодня она даже не холодная. Большую часть дня они гуляют по территории, и Минхо рассказывает истории из своего богатого опыта поездок в разные лагеря. Начиная с восьми лет, Ли каждое лето ездил в лагеря и зачастую на две, или три все смены. — Мда, невесело это как-то, — кривит нос Джисон, пока они сидят рядом и плетут фенечки. Злая Минджи нашла их и отправила делать браслетики. — Ты просто ничего не понимаешь, — толкает его в плечо Ли. Он рассказывал Хану истории про королевскую ночь, когда было можно всё. Рисовали на стенах акварелью, потом отмывали их, раскидывали туалетку, потом с утра получали пиздюли и собирали её, обливали полы водой, ставили стаканы с жидкостью на дверь, а потом все мокрые ходили, а если кто сильно креативный, то и с краской на башке или мыльные. — Ой, что мы только не делали, — мечтательно вздыхает Минхо. — и в бутылочку играли, и выбирались ночью гулять, и тырили еду из столовки на ночь, и прятали вкусняшки, которые родители привозили. Помню, кто-то даже за территорию сбежал за едой, его обыскались, думали уже по моргам звонить, а он под вечер с чипсами вернулся. Смотри, какая красота, — Минхо вертит в руках готовый браслет, — это тебе, — он протягивает его Хану. — Спасибо, — Джисон неловко улыбается и смотрит на свою кривую фенечку, как бы он ни старался её исправить, из неё всё ещё торчат нитки, и она того и гляди развалится, — у меня она не получилась. Не могу тебе ничего подарить в ответ, прости. — Ничего страшного. Это дело опыта, — пожимает плечами Минхо. Солнце уже опускается за горизонт, и Минджи бегает по всей территории, в надежде собрать всех подростков, которые решили полюбоваться закатом, а после и звёздами. Хан и Ли в этот раз решили остаться на месте и никуда не идти и сейчас смотрят на то, как девушка отчитывает нарушителей режима. — Давайте в бутылочку, — вдруг предлагает Хёнджин, — позовём кого-нибудь из других комнат и поиграем. — На поцелуй, или желание? — уточняет Минхо. — Может, как правда, или действие? Если захочется, то и поцелуй загадаем, — пожимает плечами Хван, — так что? — Давайте. Через десять минут в комнате сидит десять человек. Феликс и Хёнджин собрали из соседних комнат людей. Откопали ещё одного парня и пять девушек. — Я первый и дальше на кого попаду, — Хван первым крутит бутылочку, попадает на Йеджи. — Правда, или действие? — Правда. — Ты бы хотела поцеловать кого-то, кто находится в этой комнате? — Хёнджин обводит взглядом помещение. — Да, — спокойно отвечает девушка. — Кого? — глаза Хвана загораются. — Один вопрос — один ответ, — огрызается Йеджи и крутит бутылку, она делает несколько оборотов и останавливается напротив Феликса. Йеджи задаёт парню вопрос, Феликс отвечает, потом остальные крутят бутылочку и выполняют незамысловатые действия. Всё это время Джисон и Минхо сидят как слипшиеся макарошки, и их никто не трогает. До одного момента, пока бутылочка не показывает на старшего Ли. — Правда, или действие? — сощурив глаза, спрашивает Рюджин, сидящая напротив. — Действие, — Минхо уверено ухмыляется и давится воздухом, когда девушка уверено заявляет: — Поцелуй Джисона в губы. — Чего? — Ты всё слышал, не придуривайся. Вперёд. Ли закатывает глаза и поворачивает голову к затаившему дыхание Хану. И без того большие глаза Джисона стали ещё больше. Минхо берёт лицо младшего в свои большие ладони и медленно приближается, он аккуратно накрывает его губы своими и нежно, даже невинно, целует парня. Его губы мягкие, с привкусом малинового бальзама, который тот постоянно таскает с собой. Ли отстраняется и старается успокоить своё бешено колотящееся сердце, которое того и гляди проломит грудную клетку. Хочется ещё раз прижаться к парню, но вот слушать потом насмешки неохота, поэтому Минхо отворачивается от Джисона и крутит бутылочку. В тот вечер они все разошлись лишь ближе к полуночи. Следующие пару дней Хан думает лишь о том, какие мягкие были чужие губы, и как он хочет поцеловать Минхо ещё раз. — Минхо, — дёргает он старшего, когда они в очередной раз любуются закатом на берегу озера, — помнишь, мы пару дней назад поцеловались? — Ли угукает, догадываясь, куда клонит младший. — можно ещё раз? — Конечно, — Ли тепло улыбается и, сократив расстояние между ними, целует Джисона, всё так же нежно и чувственно. Когда они отстраняются, то Хан неловко улыбнувшись спрашивает. — А можно с тобой встречаться? — Можно, — и Ли снова целует такие нежные и манящие губы.