Летние посиделки - Декоративная сцена

      Прихав на дачу мистера Уильямса, Лина чувствует смесь облегчения и разочарования. Обрадованная тем, что ей удалось вырваться за тисков зловещего лагеря, она теперь застряла в сельской местности вдалеке от цивилизации.       Но с другой стороны, изолированность этого места от окружающего мира может пойти на пользу, предоставив ей больше возможностей без проблем спланировать каждый следующий шаг. Не желая допустить, чтобы неудача полностью пустила её под откос, Лина заставляет себя сохранять позитивный настрой и сосредоточиться на том, чтобы в конечном итоге найти дорогу домой.       Возможно, кто-то из живущих поблизости мог бы помочь ей добраться до Атено или даже провести до ближайшего города.       В любом случае, она решила продолжать своё путешествие прочь от лагеря, который, кажется, одержим желанием удержать её в плену.

      ***

      Поднявшись из багажника машины мистера Уильямса, та замечает, что находится на территории дачи, а по периметру стоит стеной неприступный высокий забор, из которого вряд ли можно выбраться. Понимая, в каком трудном положении она оказалась, Лина на мгновение осматривает своё окружение в поисках потенциальных слабостей или возможностей сбежать. Перед ней зловеще снова вырисовывается высокий забор, запирающий её на территории мистера Уильямса.       Чувствуя прилив паники, она пытается сохранить самообладание, напоминая себе, что раньше ей уже приходилось сталкиваться с такими ситуациями.       Решив сохранить хладнокровие и дождаться момента, она незаметно следует за владельцем дачи, постоянно ища возможность вырваться на свободу. Она понимала, что ни в коем случае нельзя попасть на глаза, тем более в руки.       Лина мигом исчезла за сараем, чтобы переждать мистера Уильямса. Присев низко, та внимательно наблюдает за его действиями, стараясь оставаться скрытой от любых глаз за кустами. Это нервная игра в кошки-мышки, но она знает, что любая ошибка может привести к ужасным последствиям. Будучи преисполнена решимости выжить и найти выход, девушка пытается контролировать дыхание, успокоить нервы и терпеливо планировать что делать дальше.       Заметив, что её бинт на руке зацепился, Лина осторожно извлекает её из сучка сарая, стараясь, чтобы она не привлекла внимания. В отличии от лагеря, здесь древесина более агрессивна, и царапает кожу при любом лишнем движении.       Но это не главное, за чем нужно следить. Вместо этого, она сосредотачивалась на сборе информации о мистера Уильямсе, методично глядя за каждой его деталью — простая, но удобная рубашка и брюки, телосложение сложенное, но с признаками возраста, и самое главное — его стабильным, в спокойном состоянии, поведением.       Её внимание переместилось на выход с дачи, надеясь убежать из этого персонального ада как можно скорее. Однако, та замечает, что для этого нужен ключ. Некоторые люди так бояться самого факта ограбления и мародерства, что заборы и дома они закрывают даже в летнее время, включая дачу, когда порой нужно бегать по обе стороны.       Разочарованная, но не испуганная Лина долго обыскивала территорию, исследуя каждый уголок в поисках ключей или отмычек. Увы, каждый поиск оказывается безуспешным, оставляя её чувствовать себя беспомощной и пойманной в ловушку. Понимая, что сила не сработает из-за подкрепления на столбах забора, она начинает обдумывать альтеративные планы, такие как поиск потайного входа где-то по периметру.       Пришлось признать, что этот план — неосуществим, по крайне мере, в нынешней ситуации. Лине пришлось переключить своё внимание на другую стратегию — заставить выронить ключи с помощью ловушки для мистера Уильямса.       «Неплохая идея, это же будет своего рода «Как достать соседа» без самого соседа» — хмыкнула Лина, прикрывая рот, чтоб её гогот не услышал владелец дачи.       Опираясь на свой опыт общения с Атено, Виолой, и всеми остальными друзьями, она сооружает простую, но эффективную ловушку, используя предметы, собранные со всех уголков дачи.       Из вещей получилось найти верёвку, которая вполне может выдерживать большие тяжесть и не рваться от чиха, каменные гири, и брошенную рядом с теплицей систему блоков, которая при помощи верёвки создаёт своего рода «весы».       Отточив свой план за пару часов, включая установку блоков на крыше так, чтоб мистер Уильямс не нашёл её, Лина наконец готова реализовать задумку. Сама она спряталась за лестницей на крышу, которую оставила её цель — владелец дачи, до этого та расположила лассо внизу лестницы, гарантируя себе, что оно надёжно прикреплено к тонкой верёвке, проходящей через систему блоков, которую девушка оставила на крыше над входом в дом.       С помощью гирь, сделанных из камней, собранных на даче, она уравновешивает механизм, обеспечивая точный контроль. Убедившись, что всё идёт как по маслу, она прячется в тени, ожидая ничего не подозревающую цель.       Пока мистер Уильямс поглощён телевизионными новостями у себя дома, Лина отвлекается, чтобы внимательно наблюдать за экраном и мужчиной. К своему удивлению и волнению, она видит кадры недавнего фестиваля с участием не кого иного, как самого Атено!       Осознание этого сильно ударило по ней, теперь она глубоко убеждена, что та должна найти способ посетить мероприятие, так как это идеальный шанс воссоединиться с своим лучшим другом и найти дорогу домой! Её план — украсть ключи мистера Уильямса, внезапно получает важность, движимый отчаянием и надеждой.       Но Лина быстро вернулась в реальность, когда мужчина выключил телевизор и поднялся на ноги, разгибая спину с характерным щёлканьем костей. Когда мистер Уильямс собрался выйти на улицу, девушка уже была готова отпустить верёвку, чтобы лассо ловушки моментально поймало его.       Когда дверь со скрипом открылась, Лина сделала глубокий вдох и посчитала про себя до трёх. На третьем вдохе она отпустила верёвку, сразу же выбежав из кустов за лестницей, чтоб посмотреть, как мужчина застрял на месте, а его ноги взяты лассо, которое переворачивает его вверх ногами. Камней оказалось на удивление достаточно, чтоб поднять такое объёмное тело, сбивая с толку.       Лина тут же приступила к действия, ловким отточенным ходом вытаскивая ключи из кармана мистера Уильямса и наблюдая, как его лицо краснеет от ярости. Она тут же мчится к забору, щная, что время имеет решающее значение в этой опасное игре в кошки-мышки.       — Ты блять, пизда шлюхи ебаная, я тебе все зубы выбью, молокососина сраная! Иди сюда, хуила! Я твоей матери покажу твою вежливость! Ты каким хуем сюда пришла!       Чувствуя себя загнанной в угол под угрозой агрессии мистера Уильямса, Лина пытается не потерять самообладание, борясь с замком. Каждая попытка вставить ключ терпит обидную неудачу, а её руки дрожат от страха и адреналина.       Когда мистер Уильямс освободился из ловушки, с помощью нехитрых движений и дёрганий ногой, чтоб вырваться за лассо, то тот по каким-то загадочным причинам не побежал сворачивать шею Лине, а убежав в дом, давая ей шансы сбежать. Вздыхая с облегчением, девушка не теряла времени. Быстро манипулируя замком с новой решительностью, ей удаётся открыть его ровно настолько, чтобы сквозь него могла пройти её стройная фигура.       Победа уже была в шаге от неё, как вдруг раздаётся выстрел, парализующий девушку. Она в страхе и крике падает на спину и разворачивается назад, чтоб увидеть, что мистер Уильямс взял с собой ружьё, которое тот хранил у себя дома. Паника охватывает её, когда понимает, чтоб ей бежать некуда. Слезы текут по её лицу, ожидая худшего, когда мужчина возвышался над ней.       — Элизабет и Элина говорили, что ты очень проворна и хитра. Тебе почти удалось меня провести, но твой план не был идеален. — сказал мистер Уильям своим глубоким голосом.       Едва способная держать глаза открытыми от мучительной боли, Лина вздрагивает от холодной оценки мистера Уильямса её неудавшейся попытки побега. Её слёзы продолжают течь не утихая, всё её существо наполнено поражением и отчаянием. Проглотив свою гордость, она умудряется пробормотать извинения между вздохами не сводя глаз с нависшей над ней устрашающей фигурой с ружьём.       — Сейчас ты поймёшь, кто был сильнее, — ответил ей мистер Уильямс, прицелившись в голову Лины.       Не колеблясь, она закрывает глаза, смирившись со своей судьбой. Несмотря на её безрассудный характер и постоянную борьбу с такими как мистер Уильямс, она знает, когда стоять на своём, а когда смириться с поражением. В этот момент она выбрала выживание, а не сопротивление, молча молясь о пощаде и ожидая неизбежной пули, которая положит конец её страданиям. Её тело дрожит от страха, но внутри она находит искажённое чувство покоя, принимая суровую реальность своей ситуации.       …       …       Внезапно руки мистера Уильямса задрожали, и тот опустил ружьё, его лицо сменилось на беспокойство. Неужели он боялся убить невинную девочку? В последний момент он опомнился с словами:       — Что я делаю? Это на меня не похоже… Это плохо… Зачем я это делаю?       Все еще не в силах осознать резкую перемену в поведении мистера Уильямса, Лина с опаской наблюдает, как он садится на землю, бросая ружьё подальше от досягаемости. Его обеспокоенное выражение лица рассказывает свою собственную историю, намекая на темные тайны и мучения, которые она может только представить.       Собравшись с духом, она робко протягивает руку, чтобы коснуться его руки, желая утешить или понять, но не находя ни того, ни другого внутри себя. Вместо этого она тихо шепчет:       — Почему?       Надеясь, что возможно, если она сможет узнать о нем больше, она сможет лучше понять глубину ненависти и страха, которые заставили его попытаться убить.       Мистер Уильямс долгое время не реагировал на окружающую среду, лишь посидев с своим разумом наедине, тот начал говорить:       — Я… я… я однажды случайно убил из этого ружья свою дочь во время охоты. Моя семья бросила меня, и я остался один в своем одиноком лагере. Я в один момент потерял всё. Всё, кроме нескольких домов на территории лагеря. Я даже пытался восстановить своё состояние. Элизабет и Элина — приемные дочери, которые только пытаются имитировать семью…       Внимательно слушая трагическое признание мистера Уильямса, Лина испытывает чистое беспокойство и страх. Она не может понять ту боль, которую он перенес, и при этом она по-настоящему не понимает динамику отношений между ним, Элизабет и Элиной.       Тем не менее, услышав его историю, он очеловечивается так, как она никогда не ожидала. Впервые она видит в нем не непреклонного угнетателя, а сломленного человека, борющегося со своим прошлым.       Хотя она все еще связана страхом и уязвимостью, Лина набирается смелости, чтобы нежно прошептать:       — Мне очень жаль…        Предлагая любое утешение, которое она может найти в их опасной ситуации. Ее голос едва громче шепота, даже учитывая, что она через силу выдавливает голос.       — Это мне очень жаль. Я сделаю то, что вы хотите… Но, пожалуйста, никому и никогда об этом не говорите…» — сказал мистер Уильямс, близко рассматривая каждую деталь на земле.       Лина торжественно кивает, соглашаясь с просьбой мистера Уильямса сохранить тайну. Она понимает тяжесть откровения и уважает его желание защитить оставшихся дочерей. Со своей стороны, она обещает не раскрывать его темную тайну, решив навсегда скрыть их ужасную встречу.       Благодаря этому общему пониманию между ними формируется тонкая связь посреди тревожных обстоятельств.       Понимая, насколько важно залечить свои травмы, чтобы добраться до фестиваля живой, Лина осторожно приближается к мистеру Уильямсу, неохотно, но осознавая необходимость.       С трепетом она спрашивает, есть ли у него какие-нибудь лекарства, которые могли бы помочь в очистке и дезинфекции ее ран. Его ответ на удивление прозвучал без враждебности, вместо этого он предоставил подробные инструкции о том, как лечить ее травмы, используя основные методы оказания первой помощи и доступные ресурсы.       — И кстати… — вдруг продолжил мистер Уильямс, продолжая сверлить глазами и в землю, — Чего ты хочешь?       Глядя на мистера Уильямса со свойственной ей смесью раздражения и любопытства, Лина размышляла о его внезапном интересе к ее желаниям. Однако, вспоминая их недавнюю почти смертельную встречу и его последующие откровения, она решает подойти к вопросу откровенно, хотя и несколько настороженно.        Откашлявшись, девушка ответила:       — Ну, сэр, учитывая нашу уникальную ситуацию… Полагаю, моя главная цель на данный момент — присоединиться сегодня вечером к фестивалю и проявить себя как талантливый гитарист. Помимо этого, я просто хочу найти людей, которые ценят мое искусство и разделяют схожие увлечения, — добавляет она с оттенком игривости, — И чтобы в следующий раз меня не застрелили.        В ее тоне есть неожиданная теплота, намекающая на сложные слои под её типичной дерзкой внешностью.       — Я видел кое-что о фестивале, возможно, ты это имел в виду. Что ж… я помогу тебе вылечить раны и попасть туда, при условии, что мы больше не встретимся… Пойдет…?       — Пойдёт, я надеюсь…