Спустя годы.

— Сынок, а помнишь того парнишку, с которым вы все детство гуляли? — спросила старушка, заходя в дом с банкой свежего молока. — Ба, а как его зовут? — Ридель вышел к женщине, забирая напиток из рук, относя на кухню. — Кристоф. — ответила бабушка, что то вспоминая. — Кристоф Шнайдер. — Помню. — односложно ответил подросток, сразу же потускнев, потому что давно не поддерживает общение с тем солнечным парнем. — Он так вымахал, сынок, такой жених. — она присела на стул, подперев ладонью щеку, поднимая взгляд в потолок. — Бабушка! — вскрикнул юноша, смотря на женщину. — Что? — старушка вопросительно посмотрела на внука. — Вы все время вместе были, вот я и подумала… — Нет. — отрезал парень. — Я на улицу, буду дома к вечеру. — Хорошо, но будь аккуратнее. — Без проблем. — ответит Оливер, выходя на свежий воздух, который значительно отличался от городского. Прошло уже более двух недель, как подросток вновь вернулся в деревню. В последний раз он тут был лет пять назад, может чуть больше. Выходя на проселочную дорогу, юноша отправился в неизвестном себе направлении. Достав наушники из заднего кармана, парень вставляет штекер в телефон, включая первую попавшуюся песню. Почему же он так резко ответил бабушке? Вся тайна в том, что раньше он каждое лето проводил в деревне, соответственно, постоянно гулял только с одним человеком. Ему было одиннадцать, когда понял, что не равнодушно дышит в сторону своего приятеля, даже признался ему, но был жёстко отвержен, после чего оборвал все связи.

***

— Шнааай. — устало протянул младший, пытаясь выпутаться из объятий старшего. — Ты чего? — с непониманием спросил Кристоф. — Короче, давно хотел тебе сказать, что ты мне нравишься не как друг. — мальчишка опустил взгляд карих глаз, дабы не увидеть разочарование в других. — Что? — после недолго молчания произнёс Дум. — Нравлюсь, не как друг? — лицо юноши перекосилось. — Фу, боже, не подходи больше ко мне, это так отвратительно. — напоследок кинул Кристоф, быстро поднимаясь с лужайки, уходя прочь. — Но… — Не разговаривай больше со мной, пидорас! Это последнее, что слышал мальчик от самого, кажется, дорогого человека.

***

Воспоминания, которые до сих пор отдают горечью в памяти, не дают покоя и по сей день, ведь в тот вечер парень потерял все надежды. Внезапно, кто то влетел в него сзади. Испугавшись и вынув один наушник, он развернулся на сто восемьдесят сразу же попадая в объятия какого человека. — Олли, я так рад тебя видеть. Услышав до боли знакомый голос, Ридель отошёл на полшага назад, чуть не теряя дар речи. Перед ним стоял молодой человек, который по словам бабушки действительно подрос и стал завидным женихом. — И тебе привет, Крис. — с полуулыбкой ответил подросток. — Ты так изменился, похорошел. — потрепал короткие волосы парня Шнайдер. — Не хочешь вместе прогуляться? — Мм, хочу. — немного подумав, ответил подросток. — Расскажи о себе хоть, а то долго не виделись. — Ну, мне теперь шестнадцать лет, учусь, играю на басу в группе, планирую переехать в Берлин. Наконец решил приехать и навестить бабушку. — проговорил младший. — А у тебя что нового? — Ого, а ты молодец. — Кристоф ударил того в плечо, нелепо улыбаясь. — Мне семнадцать, все также живу и учусь здесь. Начал играть на барабанах, качаюсь, завожу новые знакомства, хочу в группе играть, а дальше по мелочам. — Мм, рад за тебя. — искренне ответил Оливер. — Спасибо. Как там родители, бабушка? Недавно видел ее, все такая же милая женщина. — Родители умерли в автокатастрофе. С бабушкой все хорошо. — чуть тише сказал подросток. — Ой, извини, мне жаль. Прими соболезнования. — Не извиняйся. Дальше разговор не клеился, поэтому большую часть дороги оба молчали, иногда перекидываясь какими-то фразами. — Слушай. — встав напротив парня, начал Дум. — Не хочешь сегодня на дискач? — Не думаю, что это хорошая мысль… — начал говорить Оливер, дабы слинять с этой идеи. — Да все будет гуд, обещаю. — с улыбкой на лице произнёс старший. — Ну… — протянул тот. — Че ты не как родной? — Ладно, хер с тобой. — сдался подросток. — Отлично! — воскликнул Шнайдер. — Зайду за тобой в семь, куколка. — Чего…? — с полным непониманием произнёс Оливер. — До встречи! — крикнул старший, убегая прочь. — Замечательно…

***

— …представляешь? — устало спросил юноша, рассказывая всю историю бабушке. — Видишь, а я говорила, что он похорошел. — Ну, бааа. — Оливер откинулся на спинку стула под заливистый смех старушки. — Все, не серчай. — произнесла женщина, убирая слезы с глаз. — Хоть развеешься, а то уже какую неделю подряд дома сидишь. — Может, ты права. — Бабушки всегда правы. — сказала фрау Ридель, на что ее внук закатил глаза и цокнул. Время близилось к семи, поэтому парень сидел в ожидании старого друга. Не зная, чем себя занять, Оливер достал телефон, начиная везде искать профиль знакогомого. Это не заняло много времени, поэтому он ткнул на профиль, переходя на страничку Кристофа. Пролистав ленту, подросток понял, что у Шнайдера интересная жизнь: он много путешествует, имеет достаточное количество знакомых, так еще и вкус в музыке у них совпадал. Остановившись на одной фотографии, Ридель заметил какую то девушку, которая буквально повисла на парне. У нее были длинные, чёрные волосы, пирсинг на брови и губе, а глаза подкрашены оттенком волос тенями. На ней было строгое, тёмное платье, а на одном из пальцев кольцо. Быть не может, что это была его жена. Из рассуждений его вытянул стук по двери, открыв ее, юноша увидел того, кто занял все его мысли. — Привееет. — протянул Шнайдер. — Виделись, проходи. — ответил младший, пропуская последнего в дом. — Ох, Кристоф! — воскликнула женщина, выходя из комнаты. — Здравствуйте! — в том же тоне произнёс парень, обнимая старушку. — Не стойте на пороге, пошлите на кухню. — делать было нечего, поэтому все направились в столовую. — Как ты? Чай будешь? — Со мной все хорошо, спасибо, у вас как дела? Чай не буду, благодарю. — проговорил Дум, присаживаясь на стул. — Ой, со мной все великолепно. Вот, коров доила, по дому убиралась. Как там твои родители? — Живут, работают, у них все супер. — Ой, ну рада за вас. — бабушка тепло улыбнулась. — Куда пойдёте? — Да, на дискотеку думал сводить вашего внука. — Вот, правильно, а то только дома и сидит. — Ну, баа. — Ридель закатил глаза. — Олли, тихо, а то так и проведёшь все каникулы в четырех стенах, а тут встретил старого знакомого. Тем более, думаю, что на дискотеке будут и другие люди, которых ты когда либо знал. Они будут тебе рады. — А я то как рад буду. — подросток натянул фальшивую улыбку. — Че ты поясничаешь? Фрау Ридель права. — сказал Шнайдер. — Повторюсь еще раз, бабушки всегда правы!

***

— Может не пойдём? — парень все ещё пытал надежду, что сможет отвертеться от столь сомнительной идеи. — Почему это? — спросил Кристоф, который шел рядом. — Я не хочу. — Я могу задать вопрос? — внезапно поменял тему старший. — Валяй. — У тебя девушка есть? Тут, сердце пропустило удар, а затем начало биться с космической скоростью. Как бы Шнайдеру объяснить, что Ридель все ещё его любит? Какие отношения? Если он ни разу за руки не держался, а только с ним и обнимался? Даже не целовался ни разу. — Олли? — Нет, девушки нет. — ответил подросток, стараясь не смотреть на товарища. — Ах, точно, извини, ты же по парням. — Давай не пойдём? — вновь начал юноша. — Почему, блять? — уже начал раздражаться старший. — Потому что я знаю, что ты всем рассказал, что мне нравятся парни, знаю, что меня каждый хотел избить, знаю, что появляться там не стоит, потому что здесь таких не принимают, знаю, что все еще люблю тебя… — последние слова он сказал так тихо, что их почти невозможно было разобрать, но Кристоф все слышал. — Олли, я… — Пошел на хуй. Развернувшись, Ридель перешел на бег, дабы скорее скрыться с места. Пробежав без единой остановки минут пять, подросток наконец остановился, чтобы отдышаться. Подняв голову, он заметил, что находится на том самом поле, где и произошел каминг-аут пятилетней давности. — Сука. — прошипел он, падая на мягкую траву. Достав телефон и не удосужившись подключить наушники, Ридель включает музыку, устало закрывая глаза. На волнах унесет меня в мир где нет тебя, дай мне знать если ты найдешь этот мир сама. Нам нужен вздох чтобы начать все сначала, один лишь только вдох и все пройдет, я не смогу хранить в себе нашу тайну, пока в моей душе только лед. На волнах унесет меня в мир где нет тебя, дай мне знать если ты найдешь этот мир сама. Нам нужен век чтоб сжечь мосты между нами, всего один закат и все пройдет, я не смогу поверить вновь в нашу тайну, пока в моей душе только лед. На волнах унесет меня в мир где нет тебя. — Олли, с тобой все хорошо? Подросток нехотя открывает глаза, положительно кивнув головой. — Прости меня. — Кристоф аккуратно присел рядом. — Я не хотел тебя обижать. — Верю. — юноша наконец поднимается, присаживаясь. — То самое поле. — задумчиво произнёс старший, глядя на алый закат. — Ты помнишь? — удивлённо спрашивает парень. — Конечно. — грустно усмехнулся Дум. — Тогда я отшил тебя, потому что испугался своих же чувств, а рассказал всем, чтобы не посчитали за дебила, ведь если бы другие узнали, то меня бы приплели, но только спустя год понял, что поступил неправильно, потому что ты не приехал, а я очень сильно скучал. Искал тебя в интернете, но не нашел, интересовался у твоей бабушки, но она ничего не говорила. Тебя, кстати, никто на дискаче не тронул, потому что был бы со мной. А я тут — авторитет тот еще. — Шнай, ты такой дурак. — заключил Ридель, после нескольких секунд переваривания информации. — Знаю, Олли, знаю. — он опустил голову, смотря себе в ноги. — Когда я встретил тебя, то был очень рад, что вновь увидел, а когда ты еще знал, что свободен, то вообще готов был улететь. — Кристоф по доброму улыбнулся, глядя на подростка. — Знаешь, ты такой красивый, прям как дороге вино — с каждым годом все лучше. — Подкат засчитан. — мягко посмеявшись, ответил юноша, заставляя сердце старшего пропустить удар. — Олли. — Мм? — парень глянул на Шнайдера. — Я тебя очень сильно сильно. — с этими словами, Кристоф притянул к себе подроська, аккуратно целуя того в губы, чтобы не спугнуть. Отстранившись, он заметил, как Ридель прикоснулся подушечками пальцев к губам, трогая их. — Я тебя тоже очень сильно люблю. — с полуулыбкой сказал парень. — Пойдём, а то бабушка будет волноваться. — А она пустит меня? — Спрашиваешь еще. — Оливер ухмыльнулся, поднимаясь с места. — Шнай. — Ау? — Люблю тебя. — произнёс подросток, прежде чем поцеловать своего молодого человека еще раз. — Я тебя тоже, солнце. — с нежной улыбкой ответил Кристоф, переплетая свои пальцы с чужими. Ведь у них еще все впереди.