Эйль. Часть 1. Принятие себя

             — Мы так уже четвёртый день сидим, — устало вздохнул Эйль, валяясь на лестнице возле входа: барьер всё так же преграждал ему путь на свободу. Дымка рассеялась ещё сутки назад. Гнев затих несколько часов назад. Но Эйль всё ещё отказывался принимать происходящее. Он, и вдруг мёртв? Даже ни на грамм не ощущает этого! Он очень хотел есть. Хотел нормально лечь поспать. Хотел лечь поспать под бок своего Ши Ли! Ши Ли, который, в отличие от него, настоящий человек. И который так же четыре дня без воды, еды, сна и всего остального сидит перед ним. Эйль тяжко вздохнул: сейчас бы пожрать, а не вот это всё.       — И просидим ещё столько, сколько нужно, — улыбнулся Ши Ли. Да, голод постепенно нарастал. Это ещё и из-за потраченной энергии. Знаки на его теле сияли всё тусклее, словно держались из последних сил, но монах упрямством и силой своей воли держался в сознании, да и в целом бодрячком. У него же оставались силы, чтобы язвить почти на каждый недовольный рык боевой души. Хоть дымка и рассеялась, на Эйле остались знакомые куртка с оранжевыми полосами, штаны и кроссовки, а вот форма отряда испарилась. Глаза продолжали сиять рассветом, но это и понятно, всё-таки Эйль отчасти принял себя. Ши Ли было немного обидно, ведь у него не получилось разглядеть тёмную форму боевой души: так всматривался, что глаза слезиться от напряжения начали, но всё равно ничего не увидел.       — Да как у тебя сил хватает? — насупился Эйль. Из-за того что Ву чаще всего молчал, Эйлю будто больше ничего не оставалось, приходилось думать о своей смерти. Какой-то её части, если можно так выразиться. Тело мертво! А душа вот ходит. Это как такое возможно? Может, ещё в богов начать верить? Да какие тут боги! Скорее всего, эти самые великие боги никто иные, как аномалии. А люди просто додумали всё сами. Надо же на что-то или кого-то полагаться. Ну или потому что натолкнули на что-то этакое. Непонятное! Эйль для самого себя был непонятен. До поры до времени.       — Это касается тебя, вот сил и хватает. Не могу же я бросить тебя и оставить всё как есть, — пожал плечами Ши Ли. Об отдыхе он даже не задумывался. Отдохнёт, когда получится заставить боевую душу целиком и полностью принять себя. Но Эйль упрямился. Всё ещё боялся. Блуждая по его сознанию, Ши Ли вытаскивал на поверхность необходимое, заглушая пугающее. Он пытался найти в нём баланс, но постепенно всё то, что он выстраивал, рушилось, ему приходилось оставлять новое, чтобы вернуться к старому. Это напоминало песочный замок, что стоял слишком близко к воде. Ты его строишь, а вода смывает. Ты снова исправляешь сломанное, но вода продолжает делать своё дело. Страх Эйля как эта самая вода. Но Ши Ли спокойно исправлял замок. И вся беда в том, что этот самый замок нельзя перенести или начать строить в другом месте.       — Да лучше бы бросил, — крякнул Эйль, пересаживаясь боком, упираясь спиной в стену и вытягивая ноги, насколько позволяло место. Он чувствовал, что в нём что-то происходило. Что-то странное и непонятное. С одной стороны, это что-то казалось таким мягким, добрым, ласковым и нежным: так и хотелось ткнуться в это лицом и лежать. А ещё это что-то чем-то напоминало мягкие тёплые ладони его Ши Ли. Напоминало те моменты, когда он позволял ему лечь на свои колени. А потом, восхищаясь искрами в волосах, осторожно перебирал их. Эти моменты настолько умиротворяющие, что ничего делать не хотелось. От слова совсем. Только вот так лежать, слышать спокойное сердцебиение любимого; изредка ощущать его дыхание; таять от прикосновений пальцев; покрываться мурашками каждый раз, как пальцы пробегали по волосам и начинали плести косички или просто крутить их между собой. Настоящая романтика! Никогда Эйль не думал, что будет наслаждаться чем-то подобным. Да он никогда не думал, что и влюбится в кого-то! А тут Ву такой…       — Мне оставить тебя здесь навсегда? — предложил Ши Ли. Само собой он не собирался этого делать. Иначе сам не выдержит. Ведь это принесёт Эйлю страдания. Метаться во тьме, близко к выходу, но не имея возможности выйти. Ши Ли не тиран и не изверг. Он убеждён, что у Эйля получится принять себя таким, каким он стал. Примет те способности, что приобрёл. Время. Всегда нужно время.       — Пожалуй, откажусь, — проворчал Эйль: перспектива застрять в гробнице вместе с собственным телом и трупами его отряда нисколько не прельщала.       — Я тоже думаю, что тебе это не по нраву, — улыбнулся Ши Ли, сцепляя руки в замок, поднимая их над головой, с удовольствием потягиваясь.       — Ты бы сходил поел, — вздохнул Эйль, тоскливо разглядывая Ву.       — Если я уйду, барьер разрушится.       — Обещаю, никуда не уйду и дождусь тебя тут.       — Это так мило с твоей стороны, — рассмеялся Ши Ли.       — Нет, я серьёзно! — возмущённо воскликнул Эйль. — Я беспокоюсь за тебя!       — Охотно верю.       — Ши Ли! Я не шучу, иди поешь! Ты же не я! Ещё помрёшь! А оно мне надо?       — Что значит «ты же не я»? — полюбопытствовал Ши Ли.       — Я уже мёртв, а ты ещё живой! — процедил Эйль, точно объяснял самому глупому человеку в мире прописную истину. — Что, если ты помрёшь от голода?! Куда мне потом податься?! И ни хрена не смешно, — вытянулся он лицом, смотря, как Ву, пряча лицо в ладонях, тихо посмеивается.       Ши Ли добился своего. Не в полной мере, но всё же. Он услышал, что хотел. Ши Ли снял барьер, и Эйль вылупился с видом «что происходит?». А Ши Ли, поднявшись, прогнулся в спине, снова потянулся, похлопал себя по заднице, которую немного отсидел, а потом снова сел, вытягивая ноги, закидывая одну на другую. Глянув на замершего в нерешительности Эйля, будто его ждала подстава и барьер снова появится, как только он двинется, Ши Ли похлопал себя по ногам, как обычно делал, когда предлагал Эйлю прилечь. А тот как это жест увидел, так с места сорвался, что споткнулся на ровном месте, грохнулся в пыль, подскочил и на четвереньках добрался до Ву — вид у него при этом был весьма офигевающий. Улёгшись на ноги своего Ши Ли, Эйль издал такой вздох облегчения, что даже смешно стало. Вот оно! То самое! Счастье! А больше ничего и не надо. И Эйль заурчал довольным котом, почувствовав, как пальцы касаются макушки, пробегая по волосам, стаскивая ленту, сдерживающую хвост, немного массируя голову. Как тут не заурчать?       — И стоило оно того? — тихо спросил Ши Ли, накручивая на палец прядь волос Эйля.       — Ну знаешь ли, так-то я первый раз помер! — фыркнул тот.       — Жизнь настолько многогранна, что сколько ни изучай, никогда не познаешь всей истины.       — У тебя животик делает бурр-бурр, — протянул Эйль, сдвигаясь немного в сторону и прижимаясь к животу Ву ухом.       — Так ты же сам подметил, что мы тут четвёртый день сидим.       — Иди поешь!       — Это так приятно, что мой муж обо мне беспокоится, — нежно проговорил Ши Ли.       — Муж? — переспросил Эйль, выпучивая глаза. — То есть ты моя жена?! — он даже подскочил, привставая на руке и чуть не ударив Ву в лицо, но тот успел немного отклониться назад. — Да?!       — Да. Но мне непонятно, чему ты удивляешься, — вздохнул Ши Ли.       — Тогда ты обязан выполнять супружеский долг! — и Эйль навалился на Ву, роняя его на землю.       — У меня не хватит на это сил! — пискнул сдавленный в крепких объятиях Ши Ли.       — Так я тебя сейчас заряжу на всю батарейку! — рыкнул Эйль, вытягивая язык и облизывая им Ву.       — Какая ещё батарейка?! — охнул Ши Ли от хватки демонских рук на своей заднице. — А ну уймись! — он и сам начал рычать, схватив длинный чёрный сочащийся слизью язык боевой души. — Иначе я его оторву!       — Но так же нечестно!       — Что именно нечестно?       — Ты жена! Ты сам сказал! — голосом обиженного ребёнка прохныкал Эйль, падая на землю со страдальческим выражением лица.       — Я и не отказывался от своих слов, — вздохнул Ши Ли, поднимаясь на ноги. — Но это и не означает, что я буду беспрекословно тебя слушаться.       — Наверное, — Эйль задумчиво причмокнул, — это потому, что я должен тебя слушаться. Да?       — На самом деле мне бы не хотелось быть в качестве твоего командира, — сознался Ши Ли, смотря на парня. — Я бы предпочёл, чтобы мы оставались парой. Прислушивались друг к другу, а не приказывали. Что скажешь?       — Ой, — захихикал Эйль, а потом, резко оборвав смех, вытянулся лицом, на котором появился неподдельный ужас, что даже Ву напугался. — Блядь!       — Что случилось? — напрягся Ши Ли.       — До меня только что дошло! — сдавленно просипел Эйль. — Меня захомутали! — и он хлопнул себя по щекам.       Ши Ли тяжко вздохнул: за что судьба послала ему на испытание именно эту боевую душу? Так и хотелось спросить: а кого-то поспокойнее у вас там не нашлось? Задавайся не задавайся вопросом, а деваться уже некуда. Немного странным Ши Ли находил своё спокойствие от осознания, что он так легко принял участь быть женой. Да ещё и не человека. Не таким он видел своё будущее. Но опять же: поздно что-то менять.       Ши Ли развернулся, чтобы уйти. Не смотреть же ему на спектакль одного актёра. И тут Эйль врезался в его спину, зажимая всеми руками.       — То, что ты задумал, опасно, — тихо проговорил Ши Ли.       — Я не могу позволить ему дышать дальше. Он предал нас.       — Наставник этому не обрадуется.       — Может, ничего не будем ему говорить?       — Не делай из него идиота. Он догадается.       — Ты должен мне помочь.       — Месть не лучшее решение, Эйль. Особенно для тебя.       — Увидев, что он сделал, я не могу спокойно об этом думать. Помоги мне, мой Ши Ли.       Ши Ли поморщился. Так хотелось думать, что Эйль окончательно понял и принял себя, но как оказалось, им обоим ещё предстоит пройти через многое. Что может дать месть? Новое безумие. Если Эйль не справится с зовом гнева справедливости внутри себя, даже Ши Ли может не суметь остановить его.       — Молю, верь мне, мой Ши Ли…