taste of blood on his lips.

Олег искренне удивляется тому, что Серёжа снова ложится спать прямо в гостиной. Ему правда комфортнее спать на диване, а не на мягкой кровати? Или есть еще какая-то причина?.. Тихое сопение, невинный вид, рыжие волосы так красиво лежали на подушке и лице... Так хотелось коснуться. Этот ваш вампир выглядит слишком красивым, до такой степени, что дыхание перехватывает. А ещё ему безумно идёт эта красная пижама или какой это вообще цвет? Хер его знает, Разум бы назвал его каким нибудь заумным словом, но вот для Олега цвет останется красным. А ещё ему идёт свитер с совой. Рубашка, чёрная водолазка, а этот фиолетовый пиджак сверху... Боже, держите Волка семеро, иначе всё. Упадёт и больше не встанет. Только вот у Разумовского меняется лицо. Снова кошмары? Все будет как прошлой ночью? Серёжа снова просыпается, снова трясётся и сразу тянется к Волкову, как будто это единственное спасение. —Серёжа, это просто сон, тише... И этот голос снова успокаивает. Он снова даёт доступ к кислороду, даёт ложную надежду на то, что все будет хорошо. Что это правда просто сон. Сон, где этого же человека так безжалостно убивают. Но этот сон был таким правдивым, аж кровь стынет в жилах... —Олег, будь аккуратен, пожалуйста. Я не хочу терять тебя. Я не хочу терять Марго. Я никого не хочу терять, вы мне дороги, плевать, что мы знакомы не так много, просто... Будь в порядке. Волк молча кивает, гладит волосы, словно убаюкивая, мычит что-то под нос, от чего Разум действительно засыпает. Медленно, постепенно, но минут через пятнадцать он снова мирно сопит. Олег, кажется скоро совсем перестанет спать, учитывая то, как спит вампир. Но оставить Разумовского в таком состоянии ночью в полном одиночестве ну просто не простительно. Остаётся только снова держать его у себя на руках, продолжать гладить, пытаясь у мириться свою фантазию. Комментировать мысли насчёт этого момента не хочется, как и нарушать покой рыжего чуда. Заснуть так и не получилось. Волк очень надеялся на то, что это никак не скажется на его энергии и силах на оставшийся день, ну, или же хотя бы не будет серьёзных проблем, в которых бессонная ночь сыграет плохую шутку. Марго снова смеётся с утра, особенно с того, что Олежа ходит с очень сонным лицом. Девушка словно намекала на что-то, но Сергей только злился и отрицал всё, что бы та не сказала. Менеджер только пожимала плечами и играла бровями. По крайней мере её радовал тот факт, что кто-то всерьёз заботится о Разумовском. —Слушайте, ну вы вообще не знаете, что такое любовь?—Девушка подпирает щеку рукой, пьёт свой чай и смотрит на вампира, который сидел напротив.—Может, вы ему нравитесь. —Не глупи! Не может быть такого. Я в это не могу поверить, вот серьёзно,—Рыжий только отрицательно вертит головой, поджимает колени к груди и грызёт губу.—Хоть убей, не поверю. —Убивать не буду. Но, тебе стоит поверить или хотя бы посмотреть, что будет дальше. Кстати... А ты-то что к нему чувствуешь? И вот тут Серёжа выпадает из разговора. А ведь правда, что? Привязанность? Просто.. ну.. ничего? Серьёзно это слишком тяжело! Да ну нахуй эти чувства, потом как-нибудь поймёт. —Не знаю. *** —Бля, Алтан, ты по-моему какой-то сериал включил, это вообще не похоже на задание! Они по ночам милуются, что за хуйня?!—Вадик разводит руками и строит явно ну не очень довольную гримасу. —Успокойся и не беси. Они хоть что-то смогли сделать, вот и молодцы,—Алтан поправил очки на переносице и закрыл видение.—Осталось им найти убийцу. Тут уже без моей помощи. Я не знаю ничего про него. Дракон запускает руку в кудрявые волосы, игнорируя злую мордашку и улыбается как идиот. Каким бы цветочек не был злюкой, это вечно угрюмое существо заставляет чувствовать себя счастливо, в безопасности... В уюте. —Ты же потом сам будешь волосы мне мыть и запоминать последовательность каждого средства, дракон,—Раздражённо рявкает Дагбаев, но как бы долго он не строил из себя колючку, всё таки приручить его можно. Но только одному человеку. Тому, кто действительно терпит скверный характер Алтана, кто дарит любовь и принимает её же в любом виде, будь то оскорбления, укусы или доверие, которое другим покажется странным... Но явно не Вадику. —Запомню, не волнуйся. Если надо, я тебе волосы так вымою, что они у тебя прямыми станут! Конечно, шутка не зашла, поэтому дракон получил щелбан. В общем, тяжело с этими духами. Но если постараться, то справишься. Если постараться... Даже если ты человек, а он нечисть. Не страшно. Привыкнул уже. —Золотце. —Что ещё? —Я тебя это... Ебу, люблю. —Рот закрой, я и так это знаю. *** По телику говорят об очередном убийстве, о пропажах детей из детского дома, отчего мурашки пробегают по коже. Конечно же становится страшно даже думать о том, что может происходить на самом деле и кто за этим стоит. Вся ситуация слишком странная. Куча вопросов и ни одного ответа... Даже наводок нет. Так можно кучу времени ждать, пока какой-нибудь придурок не решит объявить я или дать хоть какую-то зацепку. Хотя рассуждать так очень глупо, ведь никакой адекватный злодей не станет давать на себя наводку. —Ублюдки,—Рыжий сжимает кулаки и кусает губы в кровь. Как же его бесит всё, что творится в мире.—Дети... они ни в чем не виноваты! —Это делается специально, чтобы тебя подставить,—Волков садится рядом, скрещивая руки на груди.—А убивая других мажоров сразу подстава и на полицию и на тебя. Это, конечно, только моя догадка, но мне кажется это логичным. —Да уж... Ты прав. Но это же... Это кошмар! Дети... Мне их жалко, я ведь ко многим приходил и общался с ними!—Разумовский утыкается носом в колени, стараясь не унывать совсем. Он даже не знает, что будет дальше и кто будет следующий... От этого незнания становится только хуже. —Мы обязательно найдём этого ублюдка, Серёж, не волнуйся,—Волк касается рукой рыжих волос, перебирая пряди. Возможно, теперь он переходит все границы дозволенного, но, а что сделать? Сдержать себя нереально, когда этот вампир сидит рядом, весь такой открытый, такой чарующий и прекрасный. Серёжа вздрагивает, но он уже постепенно привыкает. Как будто у Олега есть свои привелегии, которые других никак не касаются. Объятия, поглаживания... Боже, Господи, если ты есть, то пусть это будет всегда. Даже не верится, что за такой короткий срок можно привязаться к другому человеку. Привыкнуть к этим прикосновениям. Это разве нормально? —Ты прав, Олег. Мы обязательно справимся. Тьма окутывает комнату, не давая разглядеть каждый предмет и тело на кушетке. Звучит щелчок зажигалки и по стенам потёк тусклый, но тёплый свет от свечи. Руки тянутся к скальпелю, он скользит по бледной коже какого-то ребёнка. Моментально из пореза начинает хлестать алая кровь. В помещении всё ещё холодно, одного источника тепла не хватает, пахнет железом в вперемешку с воском. Окно было открыто на распашку, приходится его закрыть. Мужчина напевает тихую, спокойную мелодию, откладывает нож в железный контейнер с водой и вытирает кровь с рук салфетками. Он напевает тихую, спокойную мелодию. Никаких криков, лишних звуков и раздражающегося шума. Настоящая идиллия. И пока о ней никто не знает, пусть эти секунды будут тянутся вечно. «В следующий раз просто поставлю лунную сонату.»