лёгкость твоего тепла

Легкие, почти незаметные поцелуи окрашивают мою кожу в алый, заставляя пробегаться сотням мурашками, что так охотно добираются до моих позвонков. Мои ноги подгибаются в твоих руках, что так нежно их гладят и смотрят с любовью, лаской и страстью, принуждая вылетать тихим вздохом, которые порхают в легком танце где-то около стен, углов, растворяясь в унисон. Я начинаю таять и тянусь к нему, зная, что он моя опора и я не упаду в глубину чувств и эмоций.

***

— Пожалуйста, поцелуй меня, я растворяюсь, —шептал Тэхен, откидывая шею назад и подставляясь под ласки, словно призывая целовать его, ласкать и оставлять красные метки по телу, что так гармонично сочетались с белым бархатом кожи.— пожалуйста. Тихий рык раздаётся на периферии сознания, а после губы затягиваю в трепетный и чувственный поцелуй, где губы воссоединились, а язык попадал в плен другого, сплетаясь в безумный танец, наполненный стонами и вздохами. Чонгук попал в его плен, стал заложником, его жертвой и тем, кто был готов отдать ему свое сердце и душу, что очень ценно. —Стань моим сказочным образом, стань моим сердцем, ведь другое я отдал тебе, стань для меня миром и иллюзией, стань для меня моей любовью. — Шептал Чон в красное ушко, целуя тысячи раз, выдыхая обжигающий воздух, что скапливался и сжимал в болезненной хватке легкие. — Я стану твоей опорой, жизнью, встану рядом с тобой, когда мы должны будем быть вместе, встану перед тобой, когда нужна будет моя защита и встану за тобой, когда тебе нужен буду я и моя ласка. Я стану обжигать тебя своими касаниями, но сам буду медленно гореть в огне. Чувства бушуют, кружат голову и заставляют слезы выступать в блеске глаз, что так красивы в свете лунном. Они связаны тонкими нитями, что крепились на их сердцах, а после связывались между телами толстыми узлами. Оторвешь одну нить-вторая не сможет и плавно, сразу же упадет, начиная мучительно долго гибнуть в слезах. —Оставь на мне лёгкость своего тепла, мой сладкий сон и умиротворение. — Обращался к нему Ким, роняя прозрачные алмазы на белые простыни, что стали усыпанными нотами любви и горящих сердец.