Полюби меня на завтра

Дом Хайтани находился загородом Токио, среди лесов и полей, где жители ближайших поселений выращивают рис, овощи и прочее, что можно продать. Интерьер сам был выполнен в минималистичном стиле в темных тонах, что придавало ему мрачности. Марселине на время, пока она находится тут, Ран выделил комнату. Она была маленькой и почему-то на чердаке, что показалось девушке довольно странным, ведь дом большой и, казалось бы, комнат тоже. — Блять, какого хрена этот жмот даже нормальную спальню дать не смог. Сам наверняка спит в царских покоях. — возмущалась Валэнттайм, разбирая свои вещи. Ран соизволил перевести ее личные вещи из ее жилья. Там была ее одежда, мини косметичка, в которой она хранила: карандаш для глаз, помаду, расчёску и консилер желтоватого оттенка, который явно не подходил ей по тону, но почему-то она до сих пор его не выкинула. Марсель особо и не красилась, в основном лишь подводила глаза и если не лень, подкрашивала губы. Поэтому и не парилась отсутствием качественной косметики. Также она забрала свои таблетки, дозу которых стоило бы повысить в связи со сложившейся ситуацией. Вообще в комнате было не так уж и много мебели. Если точнее, пыльный матрас, письменный стол и шкаф, которым на вид лет так тридцать. Из плюсов данного дома и переезда к Соулмейту Марселина нашла лишь в том, что ей больше не придётся платить за квартиру, а также посещать университет. Она представляла, что будет лишь спать и есть, но не тут то было. — Господин сказал передать вам, что с этого момента вы будете отвечать за готовку еды и уборку дома. — проговорила пожилая женщина, которая работала в качестве уборщицы на Хайтани. Вот так и разбились розовые очки Валэнттайм, которая и так оставалась оптимисткой в подобных неблагоприятных условиях. — Передай своему господину, что у него ни стыда, ни совести нет. Мало того, что запер меня тут, так ещё и решил заставить работать. — раздражённо сказала Селина, читающая в тот момент книгу. Служанка прошла вглубь комнаты, и кашляя, открыла окно. Кажется, ей что-то не понравилось. Возможно, сама девушка? Впрочем, Марселине эта бабка тоже не понравилась. Уж слишком она чёрствая. Себя не любит, пусть хоть в жизни других не лезет. — Мисс, у вас нет выбора. И, кстати, в помещении курить запрещено. Запах из вашей каморки просачивается и в другие комнаты. — фыркнув, произнесла женщина. — Вам следует прибраться для начала у себя. Тут очень пыльно. — Если бы Ран соизволил дать мне нормальную комнату, а не чердак, то, может быть, и пыли не было бы. С этими словами Марселина, не выдержав напряжения, вышла из комнаты. Немного подумав, Марселина вышла из особняка на его территорию. Там был большой красивый сад со множеством различных растений. Погодка, конечно, не сахар, но спасибо и на том, что не дождь. Если честно, самой Валентайн было как-то безразлично на то, что ее окружало. Наверное, пережитый стресс дает свое. В конце концов, вряд-ли кого-то волновала бы погода, когда его буквально украл незнакомец. В середине сада стояла скульптура в виде ангела. Казалось, будто он насмехается над ней. Правая рука была согнута в локте, облокотившись на его же колено, ладонь опиралась на щеку. На голове у него был венок роз. Видно было, что скульптор много работал над этим ангелочком. — Как красиво. Немного поглядев на это, она пошла дальше. Марселина Валентайн, конечно, не диснеевская принцесса, но сегодня ощущение как раз такое. Ну, серьезно, ее украли и оставили в красивом особняке, а сейчас она ходит по живописному саду. Прогулки для нее всегда служили как способ справиться с мыслями, а также разобраться с тем, что происходит в голове. Получалось ли? Нет. Она просто ходила и думала об проблемах, но решения так и не находила. Да и музыка в наушниках заглушала все навязчивые мысли, давая на время отключиться от реальности. Уверена, что у многих было такое, когда просто ходишь по кругу, слушая очередной трек, и представляешь другой мир. Мир, где она была бы счастливой, там, где нашла людей, которые не поймут и не осудят. В мечтах она желала лишь одного - понимания. У Марселины с детства не строилось общение со сверстниками, то ее буллили, то распускали сплетни. Поэтому ей было привычно находить свой покой в фантазиях, ведь реальность слишком угрюма и наводила только на мысли о суициде. В этом особняке было ощущение отсутствия в нем жителей, словно тут лишь она одна. Возможно, это ощущение создавалось из-за просторных комнат, не заставленных мебелью. — Ты ведь слоумейт моего брата ? — спросил чей-то голос за спиной у девушки. Валлентайн испуганно застыла. Хотела она значит, спокойно погулять по саду, помечтать. Но, видимо, слишком жирно ей будет. Обернувшись, внешность человека ей показалась знакомой. У него были средней длины для мальчика, если исходить из стереотипов. Одни пряди были голубые, а другие блондинистого. Это сочетание цветов выглядело довольно гармонично. На носу он носил круглые очки. Чем-то он походил на того самого ботаника в школе У Валлентайн увлекался программированием, а на переменах ел бутерброды с колбасой, который потом пах на весь класс. — Да, я родственная душа Рана Хайтани. Напомни, а как тебя зовут — она знала, что это его брат, но имя не помнила. Наверное, раньше это ее не интересовало. — Риндо Хайтани. Слушай, раз уж ты теперь живёшь с нами, то должна хоть что-то тут делать. Ведь так? Марселина застыла в недоумении. Кажется, у них тут все помешаны на том, чтоб переложить на нее всю грязную работу. Вот ленивые! Не удивительно, если и украли ее для этого. — А что? Уроки за тебя сделать? Предупреждаю сразу, я в математике ничего не понимаю, — не удержалась девушка от шанса насмехнуться над ним. На ее слова Риндо лишь закатил глаза и поправил оправу очков. В это время они шли вглубь сада в окружении высоких ухоженных Туй. По их саду так и не скажешь, что их хозяева ломают конечности людей. Марселина даже думать не хотела про то, каким грязным образом они заплатили за это все, потому что даже маленький ребенок поймет, как эти миллионы получены. — А ты всегда так побито выглядишь или только сегодня? — спросил Риндо, разглядывая пробитое лицо Валлентайн. На котором и впрямь было много ран.— Отвратительно, конечно. На этом закончилось терпение, Марсель. Она закатила глаза и громко фыркнула на это. Ее терпение не бесконечное, а истерику сдерживает ещё с утра. — Пошел ты. С этими словами она развернулась и пошла в сторону особняка, игнорируя крики младшего Хайтани. Достал. Неужели в этом огромном доме нет ни единой души, которая способна хотя бы не осуждать ее? Ком в горле так и хотел выйти наружу вместе с горечью от слов окружающих. Это разъедало изнутри, постепенно убивая все то, что она пыталась сохранить. Годы терапии, кажется, прошли мимо нее. А жаль, ведь оплата за психотерапию прошла как раз таки успешно. Тучи на небе постепенно сгущались. Если прислушаться, то даже можно услышать песни сверчков, которых не было слышно в Токио. Часов у девушки не было, но она предположила, что время около восьми или девяти вечера. Обычно она ложилась спать примерно в час ночи, но сейчас была готова лечь уже сейчас, причем не в кровать. Вдруг ей пришла мысль попробовать пройти на крышу. Ведь именно так она в повседневной жизни справлялась со стрессом. На крышах домов нет людей. Тихо, спокойно. Что ещё надо для счастья? В принципе, в доме Хайтани итак малолюдно, но счастья что-то она тут не ощущала. Поэтому было принято решение отправиться на крышу в поисках радостей жизни. — Мисс, вы собираетесь приниматься за ужин или ка... — начала спрашивать горничная, как только Марсель зашла в особняк. Но девушка была слишком воодушевлена своей идеей, поэтому просто прошла мимо нее, не желая слушать до конца. Идя через длинный коридор, ощущает себя Алисой в стране чудес. Все двери одинаковые, словно она уже умерла и ищет путь к богу. Как сам Ран тут не путается интересно. Любой бы человек тут словил бы паническую атаку. Но, видимо, на дьявола это не влияет. И вот она зашла в какую-то комнату. Как оказалось, это и была нужная. Помещение было просторным, валялись бумажки, разный мусор. Кажется, сюда складывали старые вещи. Атмосфера была как будто Марселина находится в замке у вампира. Если Хайтани и вампир, то только если энергетический. Вход на крышу был через люк, который она сразу увидела. Он был стеклянный и в принципе выглядел как обычное окно. Чтоб забраться туда, рядом была поставлена стремянка. — Интересно, а если я упаду с этой лестницы и сломаю ногу, то меня отвезут в травмпункт? Усмехнувшись собственным мыслям, девушка полезла наверх. Оттуда было видно все просторы, лес, деревни и поля. Вид был поистине красивый. Жаль, что заснять у нее не получится, телефона то нет. Грустно усмехнулась девушка своим мыслям, зажигая сигарету зажигалкой.   Это все так странно... Вот ещё вчера Марселина была в Токио и жила обычной жизнью. и вдруг ни того ни с всего оказалась тут. Как то даже одиноко. Не кому даже рассказать о том, что она чувствует, ведь нет знакомых. А поможет ли ей кто-то вообще? — Почему не спишь? Поздно уже. Ход ее мыслей прервал сонный голос Хайтани, человека, который и является причиной ее душевных терзаний. Если бы не он, то сейчас она сладко спала у себя в кроватке, а уже завтра сидела бы на парах с Элиной, слушая очередной ее рассказ о новом ухажёре. Но нет, сейчас она находится на крыше дома злосчастного Слоумейта и курит горькую сигарету. — Не хочется. А ты почему тут? Не думала, что сам Ран Хайтани расхаживает по крышам домов, как трудный подросток. Что, в Карлсоны заделался? - мрачно усмехнувшись, произнесла девушка, выдыхая дым. Парень усмехнулся на ее высказывание. Протер рукавом своей черной косухи поверхность крыши, чтобы сесть. Его косички были растрёпанные. Нетрудно было догадаться, что он пришел с очередных разборок с какой-то группировкой. Но все равно в его внешности было что-то притягательное. Возможно, это было связано с тем, что он ее слоумейт. Ран расселся по-хозяйски на карнизе, свесив ноги вниз. Серебристый свет луны освещал двух молодых людей, невольно связанных самой судьбой. Ничего не бывает случайным, ведь так? Пора бы им наконец то узнать друг друга поближе. — Ран, откуда ты пришел? — тихо спрашивает Марсель. Он на внезапный вопрос девушки в удивлении поднял правую бровь. Но не торопился с ответом, поэтому просто протянул Марсель руку , тыкнув на пачку сигарет в ее кармане. На что Валлентайн закатив глаза дала ему прикурить. — Надо было уладить один вопросик с Тосвой. У нас с ними скоро битва. Кстати, этот очкастый молокосос твоей подружки убил сестру Майки. Советую с ним не играться, — насмешливо подметил старший Хайтани, болтая ногами. В воздухе повисло молчание. Марселина, конечно, знала, что Кисаки та ещё тварь, но чтоб настолько. Надо было срочно предупредить Элину об этом. Конечно, Поднебесье не детская банда, и многие из участников сидели в колонии для несовершеннолетних за убийство, но все равно, по мнению Валентайн, убить ни в чем не повинную девушку - это через чур даже для них. — Расскажи мне о Кисаки. Моя подруга - его слоумейт. Мне надо ее предупредить о том, что он сделал. Попросила жалобно Марсель, чем вызвав насмешливую ухмылку у парня. Он явно насмехался над ней. Ему плевать на ее просьбы. Она получит лишь то, что Ран ей разрешит. Полностью в его власти, ведь Она его слоумейт, поэтому он владеет каждой частичкой тела Марселины. — С чего бы мне это тебе рассказывать? Слыхала о конфиденциальности? Не хочу тебя расстраивать, но Кисаки - часть Тенджику. Конечно, как у одного из небесных королей. Информация о нем у меня есть, но подобное не для тебя. С этими словами Хайтани встал, отряхнул прилипшую к себе грязь и вальяжной походкой с сигаретой в руках скрылся с глаз Валентайн. — Вот же тварь. Не надо было ему давать прикурить, — Фыркнула она.