как соблазнить учителя

Усянь сбивается со счета, сколько раз её обламывает этот невыносимо правильный мужчина. Даже сейчас, сидя за рабочим столом, он настолько тонет в конспектах учеников, что не обращал внимания на практически голую девицу. А она так старалась, когда выбирала эти чулки на поясе, и обворожительное платье, которое задиралось от малейшего движения в нём. Она уверена, даже если она начнёт приседать посреди комнаты, он не заметит. Или сделает вид, что всё нормально. Может ещё предложит накинуть халат, потому что дома холодно… Заботливый молодой человек. Девушка, до этого сидящая на небольшом кожаном диванчике поднялась, прошла к столу, села прямо на него, рядом с какой-то стопкой работ и вздохнула. — а-Сянь, — Сичень не отрывает взгляда от работы, но понимает провокацию, которую ведет Усянь. — займи себя чем-нибудь, пожалуйста, — почти умоляет. — А я уже нашла себе занятие, — тянет она, скидывая домашние тапочки (без них он просто не разрешал ей ходить по холодному полу!), задирая длинные гладкие ноги, обтянутые сеткой, опуская на колено мужчины, поглаживая. Мужчина чертыхается сквозь зубы. Тем не менее, одной рукой принимается поглаживать ножку. Вэй Усянь понимает, что он принимает ее игру, и придвинулась ещё ближе, двигая ножку к ширинке его брюк, поддаваясь чуть вперёд. — Скажи, что я красивая, — требует. Сичень замирает, не дописав что-то, откладывает ручку, смотрит прямо на девушку на его столе. — Сичень-гэ… — вредничает. Показывает свой характер. Ножкой продолжает делать свои дела. Сиченю приходится втянуть воздух сквозь зубы. Он очень терпеливый человек, но он буквально на волоске от того, чтобы нагнуть наглую девицу, стянуть с нее это компрометирующее маленькое платье и хорошенько приложиться ладонью по ее не менее обворожительной попке. — Ты самая красивая девушка, которую мне довелось знать, — смотрит прямо в глаза, ловит её смущение, — но определённо одна из самых вредных девиц, которых я встречал, — сжимает её лодыжку, удерживать от очередного движения. Рукой ведёт вверх, забираясь горячей ладонью под короткую юбку, слегка сжимает нежную кожу на внутренней стороне бедра. — Сичень… — вздрагивает от неожиданного движения его руки в сторону её белья. — Что такое? — мужчина поднимается со стула, удерживая руку там, нависает над раскрасневшейся девушкой, — ты разве не этого просила, душа моя? — он мог поклясться, что от его шёпота она моментально намокает. Вредная девчонка не оставляла попыток затащить его в постель, но всё что он ей давал это лёгкое поддразнивание. Он не спорит, Вэй Усянь красивая, сексуальная девушка, но он так хочет показать ей, что видит в ней не только сексуальный объект, но и то, что она очень умная, веселая и приятная девушка, которая ему очень нравится. Нравится настолько, что он познакомился с ее семьей, он взял ответственность перед ее родителями, что позаботится о ней. И вот так предать доверие перед ними ради сие минутного желания… Усянь понимает по задумчивому выражение его лица, что он сейчас снова её обломает, уберёт руку, чмокнет и продолжит работу. Но сегодня она хотела всё изменить, поэтому поддалась вперёд, подцепляя тонкими пальцами пуговицы на его рубашке, быстро расправляясь с каждой. Сичень обхватывает её запястье второй рукой, первая продолжает покоиться на её бедре, слегка сжимая. — А-Сянь, не начинай того, чего не сможешь закончить, — просит. Он кажется уже готов умолять перестать его заводить. Ему и так многого стоило дать ей разрешение ночевать у него. — Но я хочу… — тянется к нему, заставляет ослабить хватку на запястье, — Сичень-гэ, можно, пожалуйста… — шепчет в губы, целует медленно, следит за реакцией, которая не заставляет себя ждать. Сичень отпускает её руку, запуская пальцы в волосы на затылке, тянет к себе, вжимается, целует слегка грубо, покусывая её губы, вторгается в её ротик, переплетая языки, вынуждая её стонать прямо в поцелуй. Второй рукой всё-таки оттягивает тонкую ткань её трусиков, проводит пальцами по влажному месту, слегка надавливает. Девушка стонет, выгибается, хочет еще, ерзает, нарочито натыкаясь на его пальцы. Мужчина массирует её клитор, слегка, стараясь не сделать больно. Между её ног становится очень жарко, и он чувствует, как собственный пах горит. Хочется придвинуть несносную а-сянь поближе, вжаться между её ног и двигаться до потемнения в глазах. Усянь ловит ртом слабые полувздохи со стороны мужчины. Руку опускает с его шеи на ширинку, в которую упирается эрегированный член и победно усмехается в поцелуе. Делает несколько движений вверх-вниз, натягивая ткань брюк, заставляя разорвать поцелуй. Сичень осоловевшим взглядом смотрит на неё, словно думает, как поступить дальше, но лишь со вздохом опускает голову к её шее, целует, всасывая нежную кожу. Не препятствует её попыткам расстегнуть ширинку, чтобы потом проникнуть ручкой под белье. Как только тонкие пальчики смыкаются на его члене его мозги прошибает молниеносной мыслью, и он отстраняет ее от себя, сбивая с толку. Она лишь хлопает глазами и смотрит на него, выжидающе. — Сичень… — она чувствует, как злость потихоньку накатывает. Мужчина разворачивается и быстро удаляется из комнаты, чем окончательно выводит её из себя. Кто ещё готов разложить себя самостоятельно на столе, чтобы её возлюбленный наконец занялся с ней сексом. Ведёт себя как девственница, ей богу. Она зло одергивает юбку вниз. И эта мысль ударяет по мозгу. А был ли опыт у Сиченя? Вдруг он боится не её девственности, а своей?! Не удаётся ей полноценно поглотиться этой мыслью, как она замечает Сиченя, который принёс ей стакан сока (?), и виновато пожимает плечами. — Извини, у меня нечем предохраняться, поэтому, давай… отложим.? Девушка смотрит на него снизу вверх и её губы невольно растягиваются в улыбке. Мужчины… — У меня есть презервативы, не переживай, — она проходит мимо него, направляется к своей сумочке, и выуживает упаковку резинок. — О.… — только и издаёт Сичень. Она вновь подходит к нему, окидывает игривым взглядом, и испытывающе всматривается в его лицо, пытаясь понять его эмоции. Не дожидаясь реакции от него, она его толкает в сторону диванчика. Когда он неловко садится, то усаживается на его колени, устраиваясь поудобнее, насколько это возможно в узкой юбке, которая задирается настолько, что в ней и смысла уже не было. — Не отложим, Сичень-гэ, — целует его шею, проходя язычком по чувствительным местам. — если ты сегодня не сделаешь это, то я умру от перевозбуждения, — шутливо угрожает, сжимая бёдра, заставляя мужчину под ней самому теперь ерзать. Она чувствует, что у него уже по полной стоит, и сейчас у неё нет уже желания играть в кошки мышки с мужчиной, которого она хочет с первого дня знакомства. — Я хотела, что бы ты взял меня ещё тогда на отработке, — горячо шепчет, оглаживая торс мужчины, всматривается в его глаза, зрачки настолько большие были, что заполнили собой всё. — ты весь из себя невозможный, в обтягивающей рубашке, и узких брюках, с длинными волосами собранными в низкий хвост. Источающий такую волну спокойствия и собранности, что я, кажется, кончила ещё тогда, просто от твоего цепкого взгляда на мой разрез на юбке. — руки Сиченя уже по-хозяйски гладили бёдра, он подцепляет края платья, и тянет вверх тонкую ткань, оставляя девушку в одних чулках и тонких стрингах. Отсутствие бюстгальтера его уже даже не удивляет. Она могла и не утруждать себя, надевать платье. Чего уж там. Кажется, она вообще наивно полагала, что даже если будет ходить нагая по квартире, то он и тут останется холоден к ней. Но у всего есть предел терпения. — Усянь… — тянет мужчина, сжимая пальцы на её бедрах, толкаясь своими вверх, трётся о неё. — ты невозможно красивая и я, пиздец как, хочу тебя. — девушка хмыкает. И к чему вообще был этот целибат? Девушка тянется за очередным поцелуем, вжимаясь обнажённой грудью в него. Она хаотично шарит руками по его телу, оглаживая самые чувствительные места. Он не отстает, сминает ее нежную кожу, так что где-то явно даже останутся следы его пальцев. — Подожди, — останавливает её, когда чувствует, что он уже буквально на пределе. От её усердного движения бёдрами. С её стороны слышится недовольство. На что он её осторожно целует в нос, а потом, обнимая одной рукой за талию, а второй отталкивается от дивана, поднимаясь на ноги, поддерживая ее под ягодицами. Если сексу быть, то хотя бы в спальне. Девушка ойкнула, обнимая его за шею. — я держу тебя, душа моя. — он улыбается ей. Затем вовлекает в очередной мокрый поцелуй, пока нес куда-то. Усянь смотрит, что они пришли в спальню, и её спиной осторожно опускают на шёлковые простыни. Сичень не разрывает зрительный контакт с девушкой, стаскивает с себя рубашку и брюки. Оставляя бельё. Хотя его член давно крепко стоит, и он уже буквально ныл от желания разрядки. Он опускается рядом, раздвигая ножки в чулках, становясь между ними. Девушка тянется рукой, чтобы помочь мужчине избавиться от предмета одежды, но он убирает её руки, укладывает обратно. Наклоняется, целует её нежно в губы, переходя на шею, спускаясь мокрыми поцелуями ниже к груди, вбирая её соски в рот, облизывая. Проходится поцелуями по её впалому животику, щекоча дыханием. И это сменившееся настроение возлюбленного её напрягло. — Сичень… — она хочет было возмущаться начать, что это была её инициатива изначально, но задыхается от того, что он припал губами к её клитору, и уже двигает языком, заставляя потеряться в ощущениях. Чем дальше он двигает языком, вырисовывая, только ему ведомые, узоры, тем громче были всхлипы-стоны. Сиченю пришлось немного покопаться в интернете, чтобы найти информацию, что вообще делать с девушкой, что бы она получила максимум удовольствия. Он потратил на это добрую неделю по вечерам. Ведь озвучить то, что юная девушка была первой, кто так страстно желала секса с ним — было неловко. И сейчас он протянул одну руку к её груди, слегка сжимая, поглаживая, а пальцами второй руки уже массировал и слегка входил в неё. Девушку хватает ненадолго, когда она резко вскидывает бёдра, сжимаясь, и содрогаясь от нахлынувшего оргазма. — Ох, блять… — она пытается прикрыть рукой рот, что бы было не так громко. Сичень довольный собой лёг рядом, со всё ещё отходящей Усянь. — Ты скрывал от меня такое?! — казалось лёгкая эйфория уже отступила. — Ну, я не думал что на практике всё получится так хорошо и быстро, — улыбнулся ей, чмокая в нос. — ты не хочешь отдохнуть, красивая моя? — потерся слегка носом об её нос. — А ты.? — она явно намекала на продолжение, но он лишь покачал головой. — Остановимся пока на этом, хорошо? — девушка бессильно упала обратно на подушки. — Я не хочу оставлять «на потом», — едко отвечает она, спустя какое-то время, восстановив собственное дыхание. Девушка поднимается на локтях, целует мужчину, перекидывая ножку через него, перекатываясь, оказавшись сверху. — а-сянь… — Сичень смотрел на обнаженную девушку сверху, затаив дыхание. Ему хотелось большего, конечно, он хотел заниматься любовью с ней, но что-то внутри его останавливает. — Тише, — она делает пробное движение бедрами. Сичень следил за сосредоточенным лицом любимой девушки из-под опущенных ресниц. Она не знала, что делать дальше, все чему она научилась — дразниться. — Милая, иди ко мне, — он осторожно тянет ее на себя, перекатывается, подминая ее под себя. — Давай сегодня я сам все сделаю, да? — смотрит на нее до тех пор, пока она не кивнет, соглашаясь. Мужчина отстраняется, находит упаковку презервативов, вытаскивает один, под пристальным взглядом, смущающейся девушки. Он возвращается к ней, склоняется, вовлекая в поцелуй, заставляя расслабиться, поглаживает ее грудь, ведет одной рукой вниз, находит все еще мокрое местечко, осторожно проникает пальцем, поддразнивает, заставляя пройтись новой волне возбуждения по ее телу. Она стонет, тянет его на себя, целует отчаянно. Сичень снова отстраняется, садится прямо между разведенных в сторону ног, гладит их, склоняется, целует кожу на внутренней стороне бедра. Ведет носом к лобку, оставляет поцелуи там, снова проходится языком там, собирая смазку, гладит все до чего может дотянуться, ожидая пока девушка не расслабится. Он раскатывает латексное изделие по своему члену, и выпрямляется, устраиваясь между ее ног, подтягивая за бедра к себе, направляет член в нее, и снова всматривается в ее лицо. Ротик забавно приоткрыт, дышит тяжело, ерзает, тоже ждет. — Если ты скажешь — мы остановимся, да? — спрашивает, зная заранее, что она сейчас пошлет его ко всем чертям. — Сичень-гэ, пожалуйста… — сама приподнимает бедра навстречу, и мужчина больше не медлит, осторожно проникает в нее, выдыхая сам через нос. Внутри чертовски горячо и мокро. Господи, ему бы прямо сейчас не кончить, от того сколько он сдерживался. Двигается нарочито медленно и размерено, ловя каждую эмоцию на красивом личике, каждый ее вздох-всхлип. — Давай быстрее… — тянется ручками к нему, послушно склоняется к ней, целует, позволяет обхватить шею руками, переходит на быстрый темп, удерживая себя над ней. Остервенело впивается губами в нежную кожу на шее, кусает мочку на ушке, проходится языком, заставляя ее вздрагивать под ним. И после очередного ее полустона он не выдерживает, шагает за край и кончает, ощущая, как содрогается его собственное тело. Едва удерживает себя, чтобы не накрыть девушку собой, осторожно выходит из нее, перекатывается в сторону, тянет ее к себе, целует, обнимая. Усталость сама по себе накатывает, ощущает тяжесть собственного тела. — Сичень-гэ…? — Усянь поднимает голову, всматривается в лицо мужчины. — Все хорошо, да? — на ее лицо легла тень озабоченности. — а-Сянь, ты даже не представляешь, как с тобой хорошо, — шепчет ей в висок, обнимая еще крепче. — Ты ведь в порядке? — приподнимается на локтях, всматривается в ее личико. Ждет пока она кивнет, и тянется за новым поцелуем. Всё хорошо.