parasite

ни-шимура и ри-ки. ни-ки. можно? рики пробует новое имя на вкус. произносит его беззвучно сотни раз, чтобы привыкнуть и ощутить. вчера действительно пошёл дождь. им с ким сону пришлось бежать по домам, укрываясь кофтой старшего. кроссовки были в грязи, а нижняя часть джинсов сзади – в каплях. сегодня день жаркий, длинный и какой-то липкий после прошедшего ливня. хорошо, что у рики сегодня нет тренировки. можно спокойно полежать на своей кровати с чонвоном, пока другие работают. ли хисын втюхивает приезжим виниловые пластинки, пак сонхун и шим джеюн наверняка убежали с ним, а пак чонсон тоже определённо занимается чем-нибудь важным на одной из своих работ. чонвон перебирается с кровати на пол, чтобы порыться на нижних полках стеллажа рики и обнаружить книгу, которую он ещё не успел прочитать. есть у ян чонвона привычка – постоянно занимать себя делом, чтобы не думать о насущных проблемах. пролистывая страницы сборника детских рассказов, он будто невзначай проговаривает: – сегодня вечером снова будет дождь. ники понятливо мычит, давая знать, что услышал. – не сочти за грубость, – если чонвон так говорит, значит, он хочет нагрубить, – но тебе не кажется странным, что с появлением ким сону погода начала сходить с ума? – что? ян откладывает в сторону книжку и натягивает рукава. – ким сону - зло. я чувствую. – ты не кошка, чтобы чувствовать, – рики зло морщит нос. – я вообще не понимаю, чего вы все на него так запали, – чонвон вздыхает. – а ты с ним куда-то убежал ни с того ни с сего, и чем вы там занимались - неизвестно. рики приподнимается на локтях. – за кого ты нас держишь? – за идиотов, тебя в особенности, но это давно известно. теплишь надежду на хороший конец с ним? разуй глаза, пупсик. ники хочется по-животному зарычать. – то, что джей не любит тебя так, как ты его, ещё не значит, что у меня нет шансов с ким сону. глаза чонвона распахиваются. в них – растерянность и обида. – откуда ты вообще?.. – чувствую, – возвращает он старшему и хватает его за хрустящие запястья. – уходи, чонвон. прошу. закрывая дверь, ян не роняет ни слова. рики никогда бы не смог накричать на своего драгоценного друга. он не знает, в какой момент стал таким злым. но ники ни капельки не стыдно.

***

получается, что рики такой же глупый, как остальные. он прокручивает в голове свои слова. «то, что джей не любит тебя так, как ты его, ещё не значит, что у меня нет шансов с ким сону» на месте чонвона он бы себя ударил. магазинчик, в котором работает ли хисын, представляет из себя небольшую лавку у въезда в город. снаружи оформление совсем скудное (рики много чего поменял бы), но внутри чувствуется рука настоящего ценителя. хоть и скромно обставленное, помещение вызывает чувство уюта и какой-то особенной камерности, а знающий консультант в лице хисына – словно вишенка на торте. вот бы он ещё дурью не маялся, цены б не было. джейк громко смеётся, ловя на себе осуждающе взгляды пары посетителей (чьё нахождение здесь редкость, если честно), и сонхун ладонью затыкает ему рот. хисын за прилавком кусает торт прямо из рук чонсона. тот слегка брезгливо морщит уголки губ и шипит, хотя почему-то всё равно продолжает кормить старшего, как птенчика. нравится ведь, собаке, заботиться, чего ещё куксится. время около семи. ники и чонвон повздорили утром. вечером чонвона с ними нет. нет и ким сону, и его отсутствие ощущается даже больше, чем чонвоново. потому что узнав тепло ласковой руки однажды, тяжело отвыкнуть от него потом. рики, по крайней мере, точно. ники не стыдно, нет, чонвон заслужил. у ян чонвона проблемы с головой и нервной системой последние два года, с тех пор, как вбил себе в голову много ненужной ерунды. – а где наш гаденький? – сонхун снимает с крючка чей-то альбом и разглядывает список песен. – чонвон не гаденький, – веки джея немного тугие от недостатка сна, они закрываются тяжело и иногда даже по очереди. – но в любом случае, я не знаю. он, на удивление, не прислал мне сегодня отчёт о том, кто, где, когда и во сколько, по его мнению...– прочищает горло, –... просчитался. – соснул хуйца - называй вещи своими именами. джей вздыхает на реплику джейка и счищает с ладоней заварной крем влажной салфеткой. – хисына, – тянет сонхун, – а ким сону сегодня где? голос у него игривый и отрывистый. – о, думаю, мы можем позвать его прогуляться, правда? через сорок минут я закрою магазин, и тогда пойдём к кому-нибудь. надеюсь, его отпустят родители. хисын провожает прищуренными глазами так ничего и не взявших молчаливых посетителей. ну и хрен с ними, меньше народу - больше кислороду. – я всё же хочу постараться дозвониться до чонвона. рики глядит на джея. «то, что джей не любит тебя так, как ты его, ещё не значит, что у меня нет шансов с ким сону» какие ещё шансы? наверное, рики не так умен, как он считал раньше. зато теперь у него появляется ещё одно перманентное знание о себе, общее количество которых можно пересчитать по пальцам. ким сону ему очень интересен. возможно, даже больше, чем ему известно сейчас.

***

желанная прохлада после часового вечернего дождя ласкает предплечья и голые лодыжки друзей. рики никогда не носит шорты, зато любит джинсы с большими дырками, которые делает сам ножницами, сидя на полу комнаты. у хисына в руках банка пива, у джея – безалкогольного, а пак сонхун и шим джеюн делят пачку химозных чипсов на двоих. рики не то чтобы чувствовал себя оставленным в стороне и страдал от этого. даже наоборот, он совершенно осознанно предпочитал смотреть на общее веселье со стороны. в детстве рики был громким и активным ребёнком, всегда в центре внимания и заварушек, но с возрастом детская дурость прошла, уступая место юношеской задумчивости и подавленности. однако его старшие друзья как были беззаботными чучелами, так и остались. кроме джея, пожалуй, но это особый экземпляр. особенно сейчас, с появлением в его жизни ким сону, чужие крики кажутся ники глупым фоновым шумом. сейчас все мысли заняты одним человеком. этот человек вприпрыжку спускается по лестнице дома, и его видно через подъездные окошки. светлые пушистые волосы подскакивают вместе с ним, когда ким сону вылетает из двери и со смехом приветствует ребят. у ники в солнечном сплетении распускаются цветы в тон румяных щёк ким сону. он не замечает глупую улыбку на своём лице. сону наконец обращает на него внимание и кладёт руки ему на плечи. – привет, – шепчет он ласково. – привет, – шепчет ники в ответ. в голове нишимура рики может быть только ким сону. поэтому, когда кое-кто посторонний ударяет по грудной клетке ники огромным метафорическим молотком, он теряется. смотрит в глаза напротив – они невероятного цвета драгоценного камня – и даже смущается, вспоминая слова, сказанные в порыве гнева чонвону с утра. ян чонвон бесцеремонно врывается в черепную коробку, вылезая откуда-то из кустов, и ники злится. а рики хочется обнять его и просить прощения. ян чонвон – его самый близкий по возрасту друг, которого, вообще-то, нужно было оберегать. но ещё ян чонвон – душевно нездоровый человек, полный сюрреалистичности и неестественности. он стряхивает с коленок жучков-паучков и грязные листья, обводя взглядом ошеломленных друзей. – чё, думали, я коньки отбросил? хер вам, уроды. он обвиняюще тычет в них пальцем, у него трясутся зрачки. джей не может терпеть такого зрелища. он подходит ближе, старается ухватить друга за предплечье, но тот с шипением отшатывается назад. – не трожь. повисает тишина. джей, как самый решительный и ответственный, медленно и мучительно вонзает в неё нож: – ты не отвечал на звонки. я хотел поговорить с тобой, но ты специально сбрасывал, чонвон. снова тщетно пытается заключить в замок чужие запястья. – о чем мне с тобой говорить? о чем мне говорить с вами? вы все равно мне не верите, и теперь, скорее всего, считаете меня сумасшедшим. он стреляет глазами-пуговками в ники и ким сону. – но я, блять...– хватается за волосы, джей загребает его в медвежьи объятия и пытается успокоить. –... я, блять, знаю, что вы пожалеете. джей шепчет миллионное «тише», но чонвон продолжает вырываться, и его хрупкое тело приходится отпустить. сонхун и хисын уводят остальных и отвлекают их глаза от отчаявшегося чонвона. рики слышит только слабое «уходи» перед тем как скрыться за углом дома, а затем их догоняет джей. из него словно забрали все светлые чувства, и теперь его усталые глаза ещё заметнее на фоне непривычно бледноватой кожи, потерявшей медовый блеск. рики должен вернуться и взять чонвона с ними. ники оставляет его позади. на предложение поиграть и познакомиться получше по приходу к сонхуну он активно кивает головой и думает только лишь о ким сону. ники не знает о себе ничего, а ким сону полон всяких интересностей. ники хочет раскрыть каждую из тайн ким сону. он будет смаковать его медленно, как замерзшую шоколадку на кончике языка. рики, оказывается, умеет усложнять себе жизнь.