Скоро увидимся, Дос-кун.

Холодный ветер лохматил волосы и слезил глаза, заставляя их хоть немного, но прикрыть. Солнце лишь пару минут назад ушло за горизонт, но температура уже достаточно шла врозь с тем, что было днём. Холодно. Не только физически, но и морально. Эта игра наконец закончилась... Но хотел ли этого сам Николай? Он, наверняка, и не думал о том, что ему может быть больно. Очень больно. В погоне стать полностью свободным Коля сам не понял, как потерял всю свободу, которая у него была. И всё из-за одного человека. Фёдор... Фёдор Достоевский, дьявол, одна сплошная загадка Йокогамы. Никто не знал, что у него на уме. Также никто не знал, что на уме у Гоголя. Не знал никто. Опять же, кроме Фёдора. Сейчас же обладатель длинной косы как-то бездушно смотрел на разгромленный вертолёт. Дадзай уже продемонстрировал, что там осталось от Достоевского. Только рука... Кажется, надо радоваться? Ведь именно этого Николай и ждал... Но почему же чувство, словно на душе скребут кошки? Чувство, словно вся свобода вдруг испарилась и осталась лишь зависимость от собственных чувств? Он ожидал явно не этого. Что же тогда ему нужно? Раз смерть близкого друга не освободила юношу от цепей, сковывающих его личность? Не хотелось до этого доводить, но остался лишь один выход. Решающий. Здесь было ещё холоднее, чем на крыше тюрьмы. Ветер быстрее, от чего причёска превратилась в сплошной беспорядок на голове, словно синицы гнездо построили. Но сейчас было не до этого. — Неужели всё изначально должно было закончиться так? - сам у себя спросил Николай, опустив глаза вниз, в пропасть, которая так и манила своими объятиями, зазывая к себе, будто утешая и тихо шепча: "я укрою тебя от всех невзгод, только доверься мне". Довериться... Маленькие шаги всё приближали юношу к чувству долгожданной свободы. Чувству, за которым он так долго бегал. Больше похоже на сон, нежели на реальность... Даже в голове не укладывается. Всё действительно закончится сейчас? Последний шаг. Последние миллиметры до края. С губ парня слетают лишь три слова, прежде чем его тело отправляется к земле, с высоты нескольких десятков метров: — Скоро увидимся, Дос-кун.