Вожатая

Лиза очень надеялась, что ее пронесет. Она лучше всех отвечала на парах, участвовала во всех активностях, буквально смотрела в рот Алексею Валерьевичу – ответственному за распределение студентов по детским лагерям.  И все это ради того, чтобы не попасть вожатой в тот самый лагерь, в котором отдыхала сама в пятнадцать лет. Прошло уже почти шесть лет, а воспоминания с того периода все еще тоской отзывались в душе. Поэтому, когда Алексей Валерьевич поставил ее переде фактом: «Вас определили в «Искру»», земля пошатнулась. Она и еще несколько одногруппниц грузились в автобус. Стояло ранее утро и солнце только-только вставало над городом. Было еще прохладно, но судя по прогнозам погоды – ненадолго. Сегодня должна была быть встреча вожатых, а завтра уже заезд ребятни. Лиза не была против лагерей, любила детей, но осознание того, что она едет именно в «Искру», вызывало у нее холодной пот. – Уф, в конце-то концов, ее же там не будет… Вероятно, там уже был ремонт, все изменилось. Новые воспоминания закроют старые и не будет никаких ассоциаций! – Лиза сердилась на себя за бессмысленный страх перед местом. – У тебя все в порядке? Ты нервная какая-то… – Катя, подруга, которая в принципе не хотела ехать, и безуспешно пытавшаяся выбить себе освобождение, и то выглядела чуть менее нервно. – Да, все хорошо… Но сердце отчего-то сжималось и никакие логичные доводы ему не помогали. Автобус, загруженный сонными вожатыми, тронулся с места. Все задремали и это было верное решение – в самом лагере спать не придется.  Лиза надела наушники, включила шум моря, чтобы расслабиться, и уснула. Руки дрожат, а ладошки потеют. И чего так волноваться? Она просто хочет подарить ракушку своей любимой вожатой. На самом деле все девчонки были без ума от Аэлиты Владимировны, ведь та была веселой и легкой на подъем. И между прочим, она единственная разрешала называть себя просто по имени. Там, где была Аэлита – всегда стоял смех, но при этом ее отряд был лучшим в плане дисциплины. Многие в лагере жалели, что не попали в отряд Аэлиты, и Лиза в том числе. Наверное, то, что она не подарит ракушку своей вожатой немножко странно и даже как будто предательство. Но в конце концов, это лизина ракушка и дарит она ее кому хочет. –Аэлита, – робко зовет Лиза, но вожатая не слышит. Она разговаривает с их физруком, а тот, кажется, не стесняясь флиртует с ней. Лизу почему-то это бесит. Приходится ждать. Лиза не теряет времени зря, рассматривает вожатую: у нее длинные красные волосы, собранные в хвост. По бокам свисают прядки, Аэлита  никогда их не закалывает. У нее худое лицо, большие глаза, аккуратный носик с горбинкой. Лиза даже пробовала ее рисовать, но не вышло, все-таки она не художник, а певица. Аэлита заканчивает разговор, и физрук уходит. Вожатая поворачивается к Лизе и улыбается ей. Лиза смущена, не знает, что сказать. –Здравствуй, ты что-то хотела? Потерялась? – заботливо спрашивает Аэлита. –Я…Я… хочу вам ракушку подарить. Я до лагеря с родителями на море была, нашла там, красивая, вот, – Лиза протягивает большую ракушку в черно-белую полоску, – к уху приложите, будет слышно море. Аэлита берет ракушку, легонько касаясь своими пальцами руки Лизы. От этого касания уши Лизы начинают пылать. Аэлита прикладывает ракушку к уху и улыбается: –Действительно, слышно, красиво. Спасибо тебе большое… эм… Лиза, кажется? Лиза не верит своему счастью: ее имя знают! От этой мысли дыхание перехватывает, говорит становится тяжело: –Да, я Лиза… –Приятно познакомиться, Лиза! Аэлита протягивает руку, Лиза подает свою и чувствует, как холодные пальцы вожатой сжимают ее вспотевшую ладошку. От этого Лизе ужасно стыдно, но Аэлита не подает вида, лишь улыбается. Автобус подскакивает на большой кочке, и Лиза резко просыпается. На своей разгоряченной руке она чувствует касание ледяных пальцев. У Аэлиты всегда были очень холодные руки, даже если на улице жара. Шум моря в наушниках звучал по третьему кругу и Лиза раздраженно выключает его: – Расслабилась, называется.

***

Полтора часа езды прошли незаметно, остальное время потянулось значительно дольше. Кого-то начало укачивать, солнце нещадно нагревало автобус и в салоне становилось душно. – Слушай, мы сейчас все скиснем, давай, сыграй нам! – Катя вытащила гитару из-под сидений, убрала чехол и вручила инструмент Лизе. – Ты серьезно? – Лиза скептически посмотрела на инструмент. – Абсолютно! Отчего-то остальные поддержали, и Лиза сдалась, начала наигрывать песню вожатых: Первые дни и первые ночи. Дети шалят, не желая уснуть… Три часа ночи, устала я… Впрочем Ты успеваешь ко мне заглянуть. Робко боишься в глаза посмотреть, Припоминая свои неудачи. Знаешь, вожатый, надо терпеть. Смена пройдёт, тогда и поплачем. Лиза поет сквозь ком в горле. Лиза просыпается посреди ночи, нужно идти в туалет. Подруга не желает подниматься вместе с ней, поэтому Лизе придется одной пробираться по темным тропинкам. Насчет темноты она преувеличивает, тропинки хорошо освещены и ведут через главные улицы лагеря. В Ангаре – место, где у них проходят мероприятия – шумно, вожатые готовятся к завтрашнему дню. Лизе очень интересно, она подходит к окну и встает на цыпочки, чтобы заглянуть внутрь. Аэлита лежит на мате, видно, устала. Другая вожатая играет на гитаре и что-то напевает. Лиза смутно слышит: Нет пути обратно. Я – вожатый, ты – вожатый… Лиза смотрит во все глаза. Здесь какие-то самодельные костюмы, плакаты, все лежит на полу. Кто-то что-то рисует. Вдруг Аэлиту зовет физрук и они оба выходят на улицу. Лиза старается пригнуться и быть тихой, вожатые стоят совсем рядом, стоит им повернуться и тут же увидят девушку. К лизиной ноге что-то прилипло, какие-то листики. Она отвлекается, чтобы убрать их, затем поднимает голову и видит, что Аэлита наклонилась к физруку. Лиза перестает дышать: они целуются! Лиза делает пару шагов назад, затем разворачивается и бежит. В какой-то момент понимает: за ней бегут следом. –Хей, кто это? Лиза останавливается и видит, что Аэлита круглыми глазами смотрит на воспитанницу. Физрука рядом нет, это радует Лизу. –Ты чего тут в такое время? – голос Аэлиты строгий, но обеспокоенный.   –Я шла в туалет и мне стало интересно… Вы что, целовали Николая Павловича? – Лиза не знает зачем она это спрашивает, ведь ее это не касается. Аэлита непонимающе смотрит на Лизу, затем смеется: –Боже, нашего физрука в шею укусила пчела, он попросил посмотреть. –На улице, где темно? – Лиза не верит. Взгляд вожатой меняется, становится задумчивым: –А ведь и правда... странный он, да? А теперь иди к себе в отряд и больше не гуляй поздно, у твоих вожатых могут быть проблемы из-за этого. Лиза кивает и послушно уходит. Внутренне она ликует, что поцелуя не было, и Аэлита не влюблена в физрука. Не влюблена же? Песни заканчиваются вместе с силами Лизы. Она убирает гитару, смотрит в окно. Загородные виды однообразны и навевают скуку. – Я так боюсь, – Катя становилась бледнее с каждым минувшим километром. – Все будет в порядке, ты не одна, – Лиза ободряюще улыбнулась, хоть и чувствовала себя не лучше Кати.  – И побеждает отряд «Квадрат Малевича»! Лиза и весь ее отряд радостно улюлюкает. Они победили! И все благодаря Лизе, которая сыграла на гитаре и спела песню. Лиза видит: Аэлита тоже хлопает и улыбается их отряду, но Лизе хочется верить, что ей лично. Лиза не помнила, как так получилось: вдруг они вместе идут после конкурса. Кажется, надо было в столовую, Лизе - дежурить, а Аэлита помогать. –Ты красиво поешь! Ты большая молодец, не бросай это дело, – Аэлита непривычно серьезная. –Да что там… – Лиза смущается, – а у меня, кстати, день рождения сегодня, шестнадцать исполняется… –Слышала, слышала, поздравляю, – Аэлита вновь улыбается, выражение лица становится мягким, нежным. Они стоят среди деревьев и кустов, их не видно с лагерных дорог или из домиков. Лиза смотрит на вожатую и неожиданно целует ее в щеку. Аэлита в замешательстве, неловкая улыбка застывает на ее губах. Лиза ужасно краснеет и не находит решения лучше, чем предпринять попытку к бегству. Но Аэлита перехватывает руку Лизы, останавливает: –Шестнадцать, говоришь? Лиза кивает, ее щеки все еще пылают, она не в силах поднять взгляд и посмотреть на вожатую. –Сегодня в час ночи у старого бассейна, – шепчет Аэлита и уходит первая. Лиза не верит в происходящее. Лиза ощущает, что морская болезнь не обходит стороной и ее. Автобус едет подскакивая, дышать было нечем, голова трещала. Хотелось приехать и лечь, но это было только мечтой. После того поцелуя они встречались с Аэлитой почти каждый вечер. Они даже придумали свой знак – Аэлита ловила взгляд Лизы и заправляла свою длинную прядку за ухо. Это означало, что сегодня можно встретиться. Аэлита ничего не объясняла Лизе, Лиза боялась спрашивать. Они поцеловались еще лишь раз, по-взрослому, в губы. Под соснами, невидимые для камер и посторонних взглядов. Юная Лиза ужасно смущалась, когда мыслями возвращалась в этот момент.  Прощание было тяжелым, но Аэлита запретила плакать. Лишь ласково сказала: – Ты еще маленькая, тебе нужно вырасти, моя девочка… И Лиза не плакала на последнем костре, не плакала при отъезде, но потом дала волю чувствам. Она так и не получила никаких объяснений, признаний. Лиза не понимала: что могла найти взрослая девушка в школьнице? Увы, на этот вопрос никто не спешил отвечать. Автобус заехал на территорию лагеря, вожатые стали разгружаться. Лиза вышла на воздух, вдохнула полной грудью. Пахло хвоей. Здесь, за городом, было прохладно и не так душно, как в городе.   Лиза огляделась. Несмотря на ее надежды, в лагере мало что поменялось. Она увидела то самое место, где она впервые поцеловала Аэлиту в щеку. Ничего не изменилось, разве что кусты стали гуще. Тоска разлилась по сердцу. – Уважаемые студенты, вожатые, позвольте познакомить вас с директором лагеря… К автобусу подошел молодой мужчина, Лиза знала его, он был их координатором. А за ним… Лиза ощутила ужасный холод в теле. За ним стояла она. – Меня зовут Аэлита Владимировна, очень приятно. Мы будем работать с вами на протяжении этой смены, а возможно всего лета, – девушка всем улыбнулась. Она почти не изменилась, красные длинные волосы, добрая улыбка. Только стиль в одежде и подача себя изменилась. Конечно, теперь она не просто вожатая, а директор. Лиза была готова сесть в автобус и уехать сама, и ее не волновало, что она умеет водить. Аэлита оглядела студентов и остановилась на Лизе. Узнала ли она ее? – Я проведу вам экскурсию, а затем решим некоторые вопросы… Алексей Валерьевич дал мне ваши номера, так что не пугайтесь звонков с незнакомых номер. А лучше пугайтесь. – Аэлита продолжала улыбаться, ничего не говорило о том, что она узнала Лизу. Все экскурсию Лиза чувствовала на себе заинтересованный взгляд, а когда поворачивалась к Аэлите – та смотрела в совсем другую сторону. Лизе даже казалось, что ей все чудится. В самом конце экскурсии их взгляды все-таки пересеклись. Аэлита секунду смотрела на Лизу и вдруг заправила длинную прядку за ухо. Затем взяла телефон и что-то в нем набрала. Лизе пришло сообщение от неизвестного номера: Моя девочка выросла?