Ангел с чёрными крыльями

Месяц назад.

      — Госпожа Призрак, Призрачная леди, Призрак – это всё твои прозвища, которые дали тебе люди, увидевшие тебя в действии. Я бы хотел объединить наши группировки. Твоя была бы частью нас, и ваша власть распространить бы на Синдзюку, а наша – в Роппонги.       — Какая мне от этого выгода?       — Мы бы в случае чего помогли вам в битве, например.       — Хорошо. Я подумаю. Мой заместитель свяжется с вами. Дай срок три дня, и я всё обдумаю.       — Как мне тебя найти?       — Я сама приду к тебе.

***

      Девочка обдумывала предложение Сано об объединении группировок. С одной стороны, почему бы и нет, ведь власть и связи нужны везде. А с другой стороны, ей этого не надо, ведь власть – большая ответственность, которую удержать сложно. Тем более в криминальном мире. Она прекрасно осознавала, что выбраться будет тяжело, если даже не невозможно. Криминал – риск и опасность, которым человек подвергает себя осознанно. Отступать поздно. Она уже ввязалась в это.       Рэн сидела на своей кровати думала, думала и думала. Она долго сомневалась, но в итоге приняла предложение союза с Тосвой. Это будет выгодно обеим бандам. Позвонив Хатору, девочка сообщила, что хочет сегодня встретиться с Майки и объявить своё решение.       — Тору, привет, — сказала Рэн. — Слушай, я решила согласиться на союз с Тосвой и хочу теперь встретиться с Сано.       — Привет, Фиалка, я тебя понял. Давай встретимся через двадцать минут. Мама придёт домой, и я буду свободен.       — А, точно, у тебя же сестрёнка есть. Хорошо, тогда в половину девятого... А где?       — Давай около твоего дома.       — Хорошо. Буду ждать.       Пока Рэн собиралась, прошло пятнадцать минут, и пора было выходить. Девочка обулась и, закрыв дверь, пошла к выходу. Стоя около дороги, она услышала рёв байка Хатору, а после увидела и его самого. Парень остановился около девочки и протянул ей шлем.       — Привет, Тору, — поздоровалась с парнем девочка.       — Привет. Ну что, поехали?       — Поехали. Я думаю, стоит поехать на место их сбора. Мне кажется, они там будут.       И правда, когда они подъехали, Сано шёл вместе с Дракеном к своим байкам, что-то весело обсуждая. Значит, собрание закончилось. Рэн неторопясь встала и, подняв стекло шлема, крикнула:       — Майки, здравствуй. Я пришла сказать тебе своё решение.       — Здравствуйте, Госпожа Призрак. Ну так что же вы решили?       — Я приняла решение объединить с вами силы, отныне будем союзниками и работать вместе.       — Я польщён, предлагаю провести общее собрание, на котором мы объявим о нашем решении.       — Отлично, тогда собрание будет на следующей неделе в субботу. До свидания, Рюгуджи, до свидания, Майки.       — До свидания, — хором сказали парни.       Девочка кивнула и пошла к мотоциклу Хатору.

***

      Школьные будни. Уже давно наступила осень, и очень сильно похолодало. Рэн, укутавшись в кардиган, сидела на крыше вместе с Баджи, Майки, Кеном и Чифую, готовясь к полугодовой контрольной по математике и японскому. Сейчас им было тяжело, зато потом будет целый месяц каникул.       — Рэн, ну хватит зубрить, ты идеально всё знаешь, ты точно всё сдашь, — сказал Манжиро, отвлекая её от конспектов. Девочка, благодаря няне, стала намного лучше понимать математику, но на всякий случай повторяла все темы.       — Слушай, Манджи, я всё понимаю, но потом просить помощи будешь ты, а не я. Поэтому, будь добр, отвали.       — Фу, бука какая, отдай эту штуку и посиди с нами, поболтай, — сказал Майки, выхватив учебник и тетрадь из рук девочки.       — Манджи, ты совсем? — Рэн скорее спокойно констатировала факт, чем спрашивала: — Отдай мне мои вещи.       — Отдам после того, как поболтаем и ты перекусишь, а то вон какая худая! Я тебя одной левой подниму!       — Рэн, — обратился к девочку Чифую, — Майки прав, тебе надо перекусить, иначе тебя с крыши ветром сдует.       — Я бы с радостью, только я с собой еду не взяла. Забыла дома.       Это была правда. Рэн, когда собиралась в школу утром, была очень рассеянна, как и в последнее время в целом, отчего оставила свою еду в холодильнике. Она поняла это только тогда, когда подходила уже к школе.       — Возьми, прямо от сердца отрываю, — сказал Сано, протягивая Рэн свою рыбку. От этого жеста у всех глаза на лоб полезли. — Что? Я угощаю Рэн, как Рэн угощала меня. Все честно.       — Майки, это на тебя не похоже, — сказал удивлённый Баджи.       — Ты не заболел случайно, — спросил Дракен, прикладывая руку ко лбу парня, — температуры нет, вроде...       — Уймитесь, придурки, — ответил Манжиро, огрев Баджи и Кена на голове, — что смешного? — посмотрел Сано на ухмыляющуюся Рэн.       — Да так, ничего.       — Рэн, возьми, — обратился к ней Баджи, протягивая онигири, — я как чувствовал, что ты забудешь, и взял один онигири с огурцом. Знаю, что ты рыбу не ешь.       — Спасибо, Кей, — улыбнулась Рэн, — Что бы я без вас делала, парни.       Ребята сидели, весело обсуждая очередную стычку Майки с какими-то придурками, которые пристали к девушке. Баджи рассказал о том, как чуть не слетел с байка на крутом повороте, на что Рэн отреагировала бурно и ударила его по затылку, сказав о том, какой он придурок, раз не следит за дорогой. Ребята нескучно проводили время, разговаривая обо всём на свете. Но эту идиллию прервал звонок, оповещающий учеников о начале урока, а значит, сейчас будет контрольная. Ребята полетели каждый в свой кабинет, извиняясь перед учителем за опоздание.       Майки, Рэн и Кен, войдя в класс, сели на свои места, и учитель раздал каждому ученику свой вариант. Рэн и Майки, к удивлению, по невнимательности преподавателя достался один вариант, задания были идентичными, и Манжиро, довольный этим «знаком свыше», как выразился он сам, ждал, когда Рэн напишет свою контрольную и даст ему списать.

***

      Учебный день близился к концу, и Рэн с ребятами выходила из школы. Она позвонила Нане.       — Нана, привет! Ты не против, если я чуть-чуть погуляю с друзьями?       — Привет, малышка. Конечно, не против, гуляйте. Только вернись к трём часам. У тебя тренировка в пять, а тебе надо покушать и подготовиться.       — Хорошо, Нана. Обещаю, вернусь к трём. Люблю тебя, Нана! Пока-пока!       — Пока, малышка. Я тебя тоже люблю.       Когда Рэн закончила разговор, её не покидало ощущение, будто что-то не так. Что-то должно случиться. Опять. Решив отложить раздумия на потом, девочка веселилась с парнями и Эммой, которую они дожидались неподалёку от школы. Пока Майки и Баджи выясняли, кто из них круче и красивее, Чифую, Рэн, Эмма и Кен следили за ними, словно родители, которые смотрят за своим чадом, чтобы тот ничего не натворил.       — Рэн, — обратился к девочке парень, — вот скажи, кто красивее? Конечно же я, правда?       — Э нет, оболтус, красивее я! — сказал Кейске. — А ещё я сильнее и харизматичнее!       — Неправда! Ну скажи ему, Рэн! — захныкал Майки, глядя на Хайтани, взгляд которой метался от одного к другому.       — Так, меня сюда не приплетайте, — спокойно ответила Рэн, а после продолжила: — Красивее, симпатичнее, харизматичнее и сильнее вас обоих это я. Вопрос закрыт?       — Э, а почему это ты сильнее? — спросил недоумевающий Майки.       — Правда, почему? — поддакивал ему Кейске.       — Потому что, Манджи, помнишь, как я тебя на позапрошлом занятии на лопатки уложила? Тебя тогда ещё Мансаку-сан подкалывал, мол, тебя никто не мог победить, а Рэн, то есть я, смогла. — Смущенный и удивленный Майки начал протестовать.       — Да я вообще, тебе просто поддался!       — Майки, теряешь хватку! — воскликнул Кейске, весело гогоча во весь голос.       — А ты что смеёшься? — спросила у Баджи Рэн. — На прошлой неделе я тебя тоже победила, между прочим. — Парень изменился с лице и запротестовал.       — Не правда! Ты жульничала!       — Да? Ну и как же?       — Ты мне сказала, что сзади меня стоит Чифую и жрёт лапшу без меня, вот я отвернулся.       — Да? Не помню такого, — девочка сделала вид, что задумалась. — А вообще, на войне все средства хороши. Не надо отвлекаться никогда. Тем более на лапшу и Чифую, — с умным лицом говорила Рэн, подняв указательный палец вверх.       — Не помнит она! Зато помню я!       Ребята посмеялись и продолжили гулять. Манжиро увидел автомат с игрушками и предложил всем друзьям сыграть. Каждый из ребят попробовал по одному разу, но никто ничего не выиграл. Почти никто. Рюгуджи высмотрел свою цель и прикидывал, как его вытащить. Он двигал эту металлическую клешню то туда, то сюда, то влево, то вправо и, наконец, нажал красную кнопку, которая отпустила её вниз и зацепила игрушку. Все в нетерпеливом и волнительном ожидании смотрели на блестящую руку и игрушку, которую она взяла. Рюгуджи выиграл медвежонка. Красивые чёрные глаза-бусинки смотрели на Кена в ожидании дальнейших его действий. Его шерсть была пушистой и очень белой, словно пышное облако, а нежно-розовый бант придавал шарма к его миловидной мордашке.       — Эмма, держи, раз уж выиграл, — как-то отстранённо сказал Кен, протягивая девушке игрушку. — Если не нравится, то...       — Ещё как нравится, спасибо! — перебила его Эмма, заворожённо глядя на парня, — Правда, спасибо! Я ему даже имя придумала! Юджи! Красивое?       — Да, красивое.       — Я буду его беречь, Кен.       Компания подростков шла и громко смеялась, обсуждая школьные дни и планы на следуещий день, на неделю, на будущее, как ближайшее, так и далёкое. Рэн чуть притормозила, чтобы быть наравне с Кеном.       — Кени, — обратилась Рэн к Рюгуджи, смотря тому прямо в глаза. — Она тебе нравится? Можешь сразу не отвечать или не отвечать вовсе. Твоё дело.       — Да, — сказал Кен, смущённо смотря Эмме вслед.       — Она знает?       — Нет.       — Почему не скажешь ей?       — Потому что то, чем я занимаюсь, может ей здорово навредить. Я боюсь за неё.       — Я понимаю, — сказала вдруг Рэн, глядя куда-то вдаль. — Но если не скажешь, она так и не узнает. Вдруг случится что-то такое, что здорово изменит твою, её, наши жизни. Бывают моменты, когда ты не успеваешь сказать эти заветные слова. Она будет с другим или... — глаза девочки наполнились слезами. — Думать об этом не хочу. Если есть возможность сказать – скажи, не молчи, ведь потом может быть поздно. Время назад не отмотать, а возможности вернуться в прошлое не будет, чтобы исправить случившееся.       — Рэн, ты...       — Я в порядке, — ответила девочка, вытерев глаза рукавами кардигана, и посмотрела на время: — Ого, время полтретьего, мне пора спешить, — сказала Рэн, натянув на лицо улыбку. Кен удивился тому, как быстро она изменилась в лице, будто не она только что лила слёзы по кому-то, а теперь улыбается теперь счастливо и весело, словно ничего не было, — Ребята! Я пошла на метро! Увидимся на тренировке!       — Удачи, Рэн, — попрощались с ней хором парни, — до встречи!       — Эммочка, — обратилась Хайтани, — скоро увидимся. Не скучай.       — Пока-пока, Рэн, будь осторожнее.       — Хорошо. Пока, Кени, — сказала Кену Рэн, затем жестом попросила того наклониться и сказала шёпотом: — Я ничего никому не расскажу, обещаю. Это секрет для нас двоих. Сам, когда созреешь, скажешь ей. Я в это лезть не буду.       — Спасибо, Рэн, — ответил ей Кен и посмотрел на неё с благодарностью. — Я ценю это.       Ребята ушли в одну сторону, а Рэн – в другую, к метро. По дороге она раздумывала, почему после общения с Наной ей тревожно. Что случилось? Голос у женщины вроде был весел, но настораживал.

***

      — Нана, я пришла! — крикнула Рэн, войдя в дом.       — Я тут! — ответила ей Нана, судя по-всему из гостиной. — Иди сюда, я чай нам сделала.       — Сейчас, Нана, подожди, пожалуйста, я руки помою!       — Хорошо.       Девочка забежала в ванную и впопыхах помыла руки, наспех промокнув их полотенцем, мирно покоившимся на змеевике-батарее, вылетела в коридор, а оттуда на кухню, едва не упав на пороге. Нана подавила лёгкую усмешку и поставила чай напротив Рэн.       — Куда же ты так летишь? Вот сейчас упадёшь и будет синяк на всё лицо. Красота.       — Не переживай, не будет ничего. — сказала Рэн, потянувшись к чаю и сделав глоток. — Ай! Горячо!       — Не торопись ты так, — уже не пряча улыбку, ответила няня, — я же чай только что налила, и естественно он будет горячим. Как у тебя дела в школе?       — Всё хорошо. Майки в очередной раз списал у меня! Представляешь? Нам ещё и один вариант попался! Учитель будто знал, что бесполезно ему давать отдельный вариант, поэтому дал одинаковые задания.       — Да уж, повезло тебе с соседом по парте. Не просила учителя вас рассадить?       — А зачем? Я не хочу. Сижу с тем, кого знаю, что уже шикарно. Есть с кем поболтать, — хитро улыбнулась Рэн.       — Ты на уроках болтаешь? Рэн, ты чего? Разве можно разговаривать на уроках? Тебе же экзамены надо сдавать... — переполошилась няня.       — Нана, не переживай, я шучу. Майки на самом деле хороший, и если захочет, то сможет всё, только он не хочет. Не настолько он глупый. Мозги есть, однако он ими пользуется не всегда и тупит конкретно. А ещё ведёт себя как маленький ребёнок! Представляешь, зашли мы однажды в кафе, и он заказал себе детский набор. Там была картошка и бургер, в который втыкали флажок. Ему флажок не поставили, и он такую истерику закатил! Сказал, что не будет его есть, пока в заказе не будет флажка!       — И что же вы сделали? — поинтересовалась Нана.       — Да вот, пришлось мне идти на кассу, чтобы дали этот флажок. Взяла я его, вернулась и поставила в бургер. Заулыбался и за обе щёки уминал. Ужас! Зато не скучно с ним. Если что-то сотворит, то отгребают все.       — М-да, весело с ним тебе. Судя по твоему рассказу, мальчик хороший. Только будь осторожнее, приключения тебе особо не нужны.       — Это да, получать за его поступки мне не особо хочется.       — Рэн, — обратилась к девочке няня, посмотрев на неё серьёзно и грустно, — я хотела с тобой серьёзно поговорить, — было видно, что женщине тяжело подобрать слова, поэтому она запиналась и отводила взгляд то в одну, то в другую сторону. — Дело в том, что я больше не смогу быть с тобой.       — Ч-что? Почему? — девочка изменилась в лице, в глазах читались некий страх и опаска. — Нана, что-то случилось? Я отца попрошу, и он тебе поможет! Повысит зарплату, даст тебе премию или что-то в этом роде, если лечить кого-то надо! Я помогу, — глаза девочки наполнились слезами, которые вскоре потекли по щекам и подбородку, капая на колени. Она оббежала стол и вцепилась в неё руками, обнимая: — Нана, я не могу потерять ещё и тебя! Прошу, не уходи!       Женщина смотрела на сердечные муки Рэн, приобнимая её за плечи. Она понимала, что девочке будет больно, но деваться было некуда. Ей необходимо было идти, так надо. Но для малышки это будто удар под дых, потому что она потеряла маму, и Нана понимала, что Хайтани к ней привязалась. Собравшись с силами, женщина медленно произнесла, выдавливая из себя слова:       — Прости, Рэн, произошла такая неприятная ситуация... В общем, мне надо уехать. Я бы осталась, но, увы.       — Я поняла, — вдруг сказала Рэн отстранённым голосом. — Ну, удачи тебе. Я буду скучать. Когда уходишь?       — Сегодня последний день. Останусь до четырёх вечера.       — Давай тогда это время проведём вместе? — предложила Рэн чуть повеселевшим голосом.       — Так у тебя же тренировка...       — Мансаку-сан добрый, он поймёт. Сейчас я ему позвоню.       Девочка достала телефон и набрала номер. Нажав на кнопку вызова, она услышала гудки, а после знакомый, ласковый, но при этом строгий и серьёзный голос.       — Здравствуйте, Мансаку-сан!       — Рэн, здравствуй. Что-то случилось? Почему голосок такой грустный?       — Мансаку-сан, извините, меня сегодня не будет. Семейные обстоятельства.       — Ох, хорошо-хорошо, не переживай, как только сможешь прийти – приходи, жду. Можешь хоть через день, два, да хоть через неделю.       — Спасибо большое, Мансаку-сан, за понимание.       — Дочка, за это благодарить не надо. Семья всегда должна быть на первом месте, а потом всё остальное. До встречи.       — До встречи.       Завершив разговор, девочка вышла к Нане и рассказала о решении и разговоре с Мансаку-саном. Женщине было приятно, что Рэн хочет провести с ней время. Нага предложила много интересных вариантов времяпрепровождения и твёрдо заявила, что все затраты берёт на себя, и они пошли сначала в парк.

***

      В парке аттракционов Нана и Рэн веселились на всю катушку. Они катались на американских горках, колесе обозрения, с которого открывался красивый вид на город, ели сладкую вату и запивали колой. Потом они медленно шли по аллее, красиво засаженной сакурами и кленом. В некоторых местах были качели, на которых качались дети, весело смеясь, а родители следили, чтобы их чадо в разгаре веселья, переходящего в баловство, не упало, навредив себе. Нана и Рэн сели на ближайшую лавку, уставшие, но счастливые.       — Нана, скажи же, что вид с колеса был прекрасен! Такая красота!       — Да, красиво. Куда теперь пойдём? Или поедем?       Время близилось к закату, на улице темнело, включались фонари, которые освещали дорогу.       — Давай поедем в кафе?       — Хорошо, сегодня можно всё, — ответила улыбающаяся Нана. — Сейчас, только закажу такси и поедем.       — Хорошо.       Девочка подняла голову и увидела, как на небе сгущались тучи, предупреждая о том, что скоро пойдёт дождь. Как только приехала машина и они сели, сразу же пошёл дождь. У Рэн было плохое предчувствие, поэтому она напряглась. Таксист вёл машину уверенно, чётко отточенными движениями, а девочка с беспокойством смотрела в своё окно. Дождь усилился и буквально через секунду полился стеной. Девочка вспомнила тот день, когда она вместе с родителями и братьями ехала тоже в дождь и тоже в тёмное время суток.       — Дамы, — заговорил водитель, — прошу прощения за беспокойство, я вынужден к вам обратиться.       — Да? Что такое? — ответила ему Нана.       — Вы не будете против, если мы поедем по другой, более короткой дороге? Просто там дальше пробка, через которую мы попросту не проедем.       — Хорошо, без проблем.       «Вот опять эта "короткая" дорога. Мне это ой как не нравится», – думала Рэн.       Они ехали по дороге, которая будто была заброшена. Ни единой души не было видно. Только деревья. Вдруг навстречу им вылетела машина. Чёрная, тонированная и, судя по виду, дорогая, из окна которой была вытянута рука с пистолетом. Человек, нажав на курок, выстрелил в переднее колесо, а потом — водителю в голову.       Рэн увидела лицо стрелявшего лишь мельком, но чётко запомнила на нём огромный отвратительный шрам. Нана как-то странно посмотрела на этого человека. А вот её мужчина не увидел, потому что она сидела на заднем сиденье, стекло которого было затонировано. Машину начало качать то влево, то вправо, когда вдруг она съехала с дороги и врезалась в дерево.       Рэн запаниковала, потому что не знала что ей делать, но, моментально успокоившись, девочка отстегнула ремень безопасности и повернулась в сторону Наны, которая, слава богу, была жива и тоже отстёгивалась. Они вместе вылезли из машины, и Рэн дрожащими руками хотела набрать номер отца.       — Рэн, что ты делаешь?       — Набираю отцу.       — Зачем? — в голосе Наны слышалась какая-то нервозность. Рэн списала это недавние события. — Не надо. Мы сами доберёмся. Сейчас остановим какого-нибудь проезжего, и он нас довезёт. Вон, как раз едет машина какая-то.       — Нет, я туда не сяду, лучше отцу позвоню, и он меня заберёт. Да и как мы оставим его, — девочка указала на таксиста: — Оставим здесь?       Но Нана её будто не слушала, а всё так же махала машине, которая приближалась очень быстро. Женщина схватила её за руку, и Рэн поняла, что надо бежать. Бежать дальше от Наны. Она укусила её за руку и, что есть силы, побежала вглубь леса, параллельно набирая отцу.       — Алло, Рэн, привет, — из динамика послышался уставший голос мужчины.       — Алло, отец, привет. Пожалуйста, помоги, — сказала запыхавшася Рэн, которая слышала за собой крики нескольких мужчин и одной женщины, которой, судя по всему, была Нана.       — Что случилось? — тут голос отца изменился и стал взволнованным, — Ты где? Почему бежишь? От кого?       — Папа, — жалобно вдруг сказала девочка, и послышался выстрел, а после – ругань. Пуля врезалась в дерево, за которое спряталась Рэн и продолжила бежать. — Помоги. За мной гонятся два мужчины и Нана. Они стреляют в меня!       — Что? В смысле? Ты где?!       — Помнишь ту дорогу, по которой мы проезжали в тот самый день? Я бегу по этому лесу. Они выстрелили в таксиста, мы врезались, я и Нана вылезли, а потом она отговаривала меня звонить тебе, а потом это!       — Пожалуйста, беги, я еду! Спрячься где-нибудь! — было слышно как отец, быстро собравшись, выбежал из кабинета, громко хлопнув дверью, и что-то крикнул каким-то людям. Рэн не слушала, а просто бежала вперёд, спотыкаясь, но быстро находя баланс, продолжая бег. Вдруг отец задал вопрос. — У тебя включена геолокация?       — Сейчас включу, — девочка нажала кнопку геолокации и продолжила: — Включена.       — Пожалуйста, не останавливайся, я еду.       И сбросил трубку. Рэн убрала телефон в сумку и бежала, что есть силы. Она спотыкалась, падала, ветки деревьев били по лицу, но она бежала. Крики то приближались, то отдалялись, то слышались выстрелы, но пули не долетали до неё. Девочка с каждым шагом уставала всё сильнее и сильнее, а на улице холодало. Солнце уже село, лишь луна освещала путь. Тени деревьев скрывали не только её силуэт, но и ямы, ухабы с корнями деревьев, о которые можно зацепиться и упасть.       Рэн споткнулась и кубарем скатилась с высокого холма, больно ударяясь о торчащие камни, корни, лежащие на земле ветки. Девочка попыталась снова встать, но сделать это было уже труднее. Всё тело ныло от боли. Приложив все усилия, Хайтани встала и, слегка прихрамывая, продолжила свой путь. Она дошла до какого-то дерева, у которого корни были разрыты каким-то животным очень глубоко, но незаметно, потому что там рядом был большой куст, который скрыл эту дыру. Проверив, что там никого нет, девочка свалилась в эту яму и подтянула к себе колени, положив голову на них.       — Где она?! — послышался мужской голос неподалёку.       — Не знаю! Сбежала куда-то! — на этот раз голос принадлежал Нане.       — И что мы делать будем? Нас босс за это по головке не погладит! Нам эта девчонка нужна живой! Вот почему ты её не удержала, Нанами?!       — Она меня укусила за руку! Я не ожидала этого!       — Укусить тебя мало! Вот сама и будешь ему отчитываться за это. Пошли.       В голосе мужчины слышалось раздражение, а у Наны, точнее Нанами, —паника и страх. Скорее всего, она боялась этого человека. У Рэн не было сил её жалеть, да и не за что этого делать, поэтому она закрыла глаза и начала засыпать, чему пыталась противиться, но желание было сильнее. Глаза закрывались, и она отправлялась в поверхностный сон.

***

      Ран и Риндо сегодня освобождались досрочно за примерное поведение. Парни, собрав все свои немногочисленные вещи, вышли на улицу, где их ждал водитель, посланный отцом. Они сели в авто, и мужчина каждому протянул телефоны. Братья включили их. Там уже сразу была вставлена симка, и для работы они были настроены.       — Неплохо отец постарался, молодец. Подлизаться хочет, что ли? — сказал Ран, усмехнувшись. Его волосы были собраны в низкий хвост.       — Не знаю. Главное, что скоро мы увидим Рэн. Остальное меня не волнует, — ответил ему Риндо, волосы которого были собраны в небольшой пучок на макушке.       Водитель повез их в сторону дома. В окне мелькали силуэты деревьев, домов, мимо проходящих людей. Небо было сначала светлым, но чем ближе они были к дому, тем сильнее оно темнело, сгущались тучи и начался дождь, переходящий в ливень, самый настоящий. У каждого из братьев возникло какое-то неприятно ноющее в груди ощущение. Что-то не так.       — Как тогда, Ран. Помнишь?       — Да, помню.       Братья обменялись фразами и отвернулись каждый к своему окну, думая, как и что они скажут, когда встретятся с Рэн. Они очень по ней соскучились. Подъехав к дому, парни молча забрали свои вещи из машины и направились к воротам, а после – во двор. Ничего не изменилось.       Братья открыли дверь и вошли, но сестры и няни не было ни видно, ни слышно. Они обошли весь дом, но сестру и няню не нашли. Они остановились в гостиной, рассуждая.       — Ран, вот честно, мне это не нравится. Ещё в машине чувствовал, что что-то не так, — сказал взволнованный Риндо.       — Ты тоже? — удивился Ран.       — Да. Сам рассуди, время шесть вечера, а ни Рэн, ни Наны нет. Мне кажется, что что-то случилось, — Риндо беспокоился всё сильнее и сильнее, не находя себе места. Он ходил то в одну, то в другую сторону, в то время как Ран стоял молча, анализируя ситуацию.       — Надо позвонить отцу и узнать, где сейчас Рэн и Нана. Почему-то мне кажется, что это связано с няней, — ответил Ран, чуть подумав. Он хотел было позвонить, но вдруг телефон в его руке завибрировал, и на экране высветился номер звонящего. — О, вот и он звонит, — сказал Ран и поднял трубку, поставив на громкую связь, — Алло? Привет, отец, давно не слышал тебя.       — Привет, Ран. Я звоню по делу, так что просто выслушай, — по голосу было слышно, что отцу не до шуток сейчас от слова совсем. Ран от язвительных комментариев удержался.       — Я тебя слушаю. Заодно скажи мне, где сейчас Рэн. Дома её нет.       — Поэтому-то и звоню. Рэн и Нана сейчас где-то в лесу, или как это называется.       — Что? В каком ещё лесу?! — тут уже заговорил Риндо. — Надеюсь, они на пикнике каком-нибудь?       — Нет, Риндо, не на пикнике. Рэн мне позвонила примерно час назад и сказала, что они на том же месте, где была та самая авария. В таксиста выстрелили, они врезались в дерево, но выбрались живыми. Нана пыталась её посадить в какую-то машину, сейчас Рэн бежит вглубь этой чащи. Она говорила, что насчитала три мужских голоса и голос Наны. Они стреляли в неё, в Рэн, — братья слушали этот рассказ, раскрыв широко глаза и встревоженно переглядываясь. Отец волновался не меньше. — Я сейчас еду туда, не один. Человек, который по геолокации пробил её местонахождение, следит. Её телефон не перемещается.       — Скажи нам, куда ехать? Мы поедем её искать.       — Пришлю геолокацию вашему водителю, он отвезёт вас туда. Всё, отбой.       Хайтани моментально бросили свои сумки и вылетели из дома, а затем со двора, закрыв за собой двери. Они сели в машину, и водитель без лишних вопросов повёз их в то самое место.

***

      Дорога была долгой, и братья сказали водителю гнать как можно быстрее, благодаря чему вместо часа Хайтани ехали полчаса. Добравшись до нужного места, которое долго искать не пришлось, потому что они увидели разбитую машину такси, а рядом машину отца и его людей. Чуть ли не на ходу парни вылетели из авто и побежали в самую гущу. Они бежали без остановки, зовя Рэн, но её не было ни слышно, ни видно. Они увидели неподалёку отца и подошли к нему.       — Ну что, нашли её?       — Нет, мои ребята ищут, но безрезультатно.       — Если у неё хорошая физическая форма, а она просто отличная, то она могла убежать далеко, потеряв телефон, — рассуждал вслух Риндо. — Но если, по твоим словам, в неё стреляли и, не дай бог, попали, то она где-то рядом.       — Я своих ребят послал дальше прочесывать территорию, но они никого не нашли.       — Иди с ними, мы поищем здесь, — сказал, как отрезал, Ран, и отец ушёл. Между ними всегда был холод, который никто не мог растопить. — Риндо, пошли со мной.

***

      Рэн, сидя в своём маленьком убежище, скрытом от глаз всех, сквозь беспокойный сон слышала какие-то мужские голоса, которые звали её, но она не откликалась, боясь быть пойманной. Сколько они уже ходили, девочка не знала. Возможно, минут пятнадцать или двадцать. Сил у неё совсем не осталось, поэтому она сидела тихо и неподвижно. Глаза будто свинцом надивались, с каждой секундой она моргала всё медленнее, дыхание становилось глубже и тяжелее, когда вдруг услышала до боли знакомые и родные голоса.       «Ран, Риндо? Это они? Но их должны были выпустить только через неделю... Что они тут делают? А вдруг это игра разума и их на самом деле нет тут?»       Думала девочка долго, сомневаясь, выглядывать или нет, а шаги приближались, и голоса становились громче и чётче.       «Нет, я выгляну аккуратно и узнаю, они это или нет».       Твёрдо решила для себя девочка, и, собравшись с силами, она на ослабших руках и ногах, поднялась на четвереньки, выползая аккуратно из укрытия. Увидев спины знакомых ей людей, она прошептала таким же ослабшим голосом:       — Ран, Рини, я здесь.       Хайтани услышали тихий шёпот за спиной и обернулись. Они увидели сестру, выползавшую из-под какого-то огромного куста, под которым её не было видно, и побежали к ней изо всех сил, подхватывая аккуратно на руки.       — Рэн, боже, ты нашлась, слава богу, — на глазах обоих братьев виднелись слёзы.       — Это вы... Это правда вы... Я так скучала. Вы пришли... Я вас люблю, — сказала плачущая Рэн.       — Малышка, как ты? Что болит? — задал вопрос Ран, который первый отошёл от шока.       — Всё болит. Мне кажется, будто на мне живого места нет, правда? — спросила Рэн. И правда, по всему её маленькому телу были царапины, кровоподтёки и проявляющиеся синяки.       — Нет, всё хорошо, ты у нас самая красивая и сильная девочка, — ответил ей Риндо.       — Рини... Ран...       — Что? Что такое? — спросил Риндо.       — Я спать хочу. Сильно хочу спать.       — Нет, не надо засыпать, сейчас мы поедем в больницу, тебе помогут, только не спи. Разговаривай с нами, — тараторил обеспокоенный Риндо, пока Ран набирал отцу.       — Алло, отец, мы нашли её, идём к машине, — услышав приглушенное «хорошо» и какие-то слова в сторону подчинённых, Ран сбросил вызов и поднял Рэн на руки. — Так, мелкая, рассказывай, как у тебя дела? Что делала без нас? — Хайтани старался говорить непринуждённо, но он на самом деле очень нервничал.       Он очень боялся за Рэн. У него от страха подгибались колени и дрожали руки, но виду он не подавал, уверенными размеренными шагами направляясь в сторону дороги. Не так он, а вместе с ним и Рэн и Риндо представляли себе первую их встречу.       — Бывало и лучше, — ответила шёпотом Рэн. — Спасибо.       Тело девочки дрожало от холода, она прижималась к Рану изо всех сил, обнимая его за шею, но измученное приключением тело становилось с каждой секундой слабее и слабее. Риндо накрыл девочку своей толстовкой чёрного цвета, оставшись в одной белой футболке. Наблюдая за её состоянием, он видел, что глаза девочки закрываются, поэтому подгонял Рана идти как можно быстрее.       Добравшись до машины, Ран сел в машину, держа Рэн на руках, а Риндо сел рядом.       — Обогреватель включи быстро, — сказал Ран водителю, и тот послушался. Братья сидели, аккуратно растирали плечи Рэн, чтобы она быстрее согрелась.       За окном видно было отца, приближающегося к машине. Ран аккуратно передал Рэн Риндо, а сам вышел к отцу.       — Как ты мне это объяснишь, отец? — Ран был вне себя от ярости. — Только мы вышли, как тут же мы узнаем, что Рэн похитили, точнее пытались. Причём это пытался сделать не абы кто, а Нана – женщина, которую ты впустил в наш дом. Ты её вообще проверял?       — Я сам узнал, что Рэн пытались увезти только от неё самой. Она мне позвонила и вкратце рассказала. А по поводу Наны... Проверял, биография хорошая, поэтому я её и допустил к работе. Знал бы, даже на порог дома не пустил.       — Что они здесь делали?       — Я не знаю. Нана мне сказала, что хочет прекратить работать. Сегодня у неё был последний рабочий день.       — В который она захотела похитить Рэн.       — Главное, что всё обошлось. Дай пройти, я хочу посмотреть на Рэн.       — Нет, не подходи к ней. Ей в больницу надо, при том срочно. На ней живого места нет.       — Езжайте за мной.       Ран сел в машину рядом с Рэн, сказав адрес, куда нужно ехать водителю. Отца он не пустил. Ему вспомнился тот самый день, когда они потеряли маму. Тогда было тоже темно, дождь лил как из ведра, Рэн пострадала, и они так же гнали в больницу, только уже не на авто какого-то неадекватного водителя, а на своей машине.       — Потерпи чуть-чуть, скоро мы приедем в больницу, Рэн, — сказал шёпотом Риндо, смотря на девочку. — Ты сильная у нас, только не засыпай, прошу.