Забытый друг

      Две недели пролетели незаметно. Люди начали готовиться ко Дню Веры и надежды, даже Дарвин решил приукрасить конюшню. Но и Кольт не стал расслабляться. Он взял выходной, чтобы приготовиться к торжеству. Этот день был очень важен для каждого жителя, ведь именно тогда мечты должны сбываться. Это не только для детей, но и для взрослых. Нужно было придумать не более четырех мечт и желаний, и подписать на каждом желании «вера» и «надежда». Только эту часть традиции не могла понять Шелли:       — И нахрена это дописывать? Так трудно, что ли, написать: «Верю и надеюсь»? Кратко и внятно.       — Такая традиция.       — Дурацкая это традиция! — пробормотала девушка, не аккуратно положив ручку. — Дурацкая и бессмысленная!       Она посмотрела на листок бумаги Кольта.       — А ты чего захотел? — спросила она.       Шериф быстро спрятал бумагу под руку.       — Ничего особенного! — быстро сказал он, отводя взгляд и слегка покраснев. — Обычные желания простого парня.       — Ну-ка, дай посмотреть, — Шелли хотела посмотреть, что же такого любимый написал, но тот ещё сильнее прикрывал листочек.       — Нет.       И тут девушка проявила хитрость:       — О, гляди, Спайк пришёл!       Кольт отвернулся, но никого не увидел. Зато девушка смогла собрать у него ту бумажку.       — Эй!       — Так, что же ты такого написал, — шуточно-любознательно сказала Шелли.       Парню оставалось лишь прятать голову. Всё, теперь она узнает все его желания. Девушка быстро прочитала глазами всё, что Кольт написал, и вскоре обратилась к нему:       — Первые два желания очень даже ничего. А вот с последним ты перегнул палку.       — В смысле?       — Не рановато ты думаешь об этом, Кольт?       — Я потому и говорю: обычные желания! — парень отвернулся к ней спиной.       — Да ладно тебе, не будь ребёнком.       — Угу, особенно когда для тебя мечта завести семью — это «рановато», — заворчал шериф. — Нет, если для тебя бракосочетание — конец света, — то я пойму.       Внезапно Кольт получает «леща» в затылок.       — Ты сначала научись думать, что говоришь! — ехидно заулыбалась Шелли.       — Я-то откуда знаю, чего ты боишься, — отозвался шериф, потирая затылок. — Тебя не понять.       — С чего ты взял? — ухмыльнулась девушка. — Я же Шотган! В нашем роду уже двенадцать поколений никто ничего не боится! — и гордо стала.       — Это я заметил…       Парень прекрасно помнит тот день, когда Шелли пришла к нему и сказала, что хочет остаться с ним. Не хотела разлучится с ним. Даже сейчас, с начала месяца, девушка стала с ним жить и в одной комнате: говорит, что так ей будет спокойнее.       Девушка протягивает ему лист бумаги.       — Спасибо.       Кольт дописал своё последнее желание. Перед сном молодая пара обсуждали о завтрашнем дне, изредка спорили.       — Всё равно это полная хрень, — который раз возмущалась девушка, когда они уже были готовы ко сну. — И кто в такую чушь поверит?       — Шелли, ты забываешь о главном принципе желания: его нужно самому исполнить.       — И всё равно не понятно, зачем это всё?       — Людям это нравится, — вдохновлено заявляет Кольт. — Кстати, а что ты написала?       — Это секрет, — улыбнулась Шелли.       Она потушила свечку в фонаре.       — Buenos noches!       — И тебе.       В доме настала тишина.