Поймать счастье

- Идёмте... С некой нежностью младший потянул безвольное тело на себя и отойдя чуть от толпы взял под подмышки . После этого действия Люцифер возмутился и будто ожил. -ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! ИДИОТ, ПОСТАВЬ МЕНЯ! Ал цокнул языком и резко отпустил владыку на грешную землю. Последний же, больно приземлился на копчик и злобно-устало зыркнув в кровавые оленьи глаза, но сразу же осыпался... В них не было той язвительной, яркой насмешки.. Было... Было нечто новое, странное... Забота? Волнение с каплями раздражения ? Тепло?! В этих вечно холодных, мерзких глазах?! Неверю. Никогда. НИКОГДА! Люцифер резко отвернулся, и подтянул к груди колени. Он обмяк, усталость, непонимание и стресс, смешались в один сплошной грязный ком. Депрессия вновь посетила его тело и разум, он вспомнил свою жену, прошлую счастливую жизнь и естественно дочь.. Как долго она будет на круге гнева? Аластор с искренним непониманием смотрел на эту жалкую картину. Король ада сидит на полу отвернувшись от него.. Обиженный что ли? Последнее время его труднее понимать. Хотелось то ли пошутить, то ли поддержать, но слова не лезли. Если б он сейчас попытался что-либо сказать, из него бы полились внутриутробные, булькающие звуки вместо слов. Они в данный момент были явно излишни. На плече Люцифера опустилась холодная когтистая рука, и чуть смяла рубашку с жилетом. На это странное действие король непонимающе повернул голову и сразу же опустил ее, не желая смотреть в глаза оверлорда. Ал без слов, по одному взгляду, догадался что дела весьма плохи. - Вам хуже? Он довольно аккуратно, что в общем то не в его стиле спросил, пытаясь как то растормошить короля. Последний же сидел как безжизненная кукла и смотрел на свои сапоги сверху вниз, в абсолютной прострации. Руки ала как то сами потянулись к чуть подрагивающим, нешироким плечам ангела, он осторожно приобнял его. - Что ты делаешь, Аластор? Люцифер устало глянул на красного, но вновь, сразу отвернулся! Тут уже Аластор оскорбился таким неуважением(как ему показалось). - Давайте я Вас отведу в Вашу комнату, и вы отдохнете? Тот шептал на ухо, чуть обдувая шею Люца горячим дыханием. На предложение король лишь еле заметно кивнул и начал вставать. Идти было трудно тягуче трудно. Первый раз на Люцифере так отразилась усталость. Ноги были сделаны словно из ваты, кровь не билась по венам, синтепон замещал ее. Руки тоже ели держались за великодушно предоставленную руку алостора и перилу. Он много спотыкался, голова не думала, кромешный туман в котором маняще светили красные глаза. Еле доползя до кровати, король плюхнулся на нее не разбуваясь. Его глаза уже закрыты, он чувсвует как чьи то руки разбувают его и растегивают жилет. Он и забыл что Аластор не выходил из его комнаты. Да уж, положение было конечно очень проигрышным. Пытаясь кое-как отпихнуть некого человека от себя ватными ногами, его останавливает этот самый человек хваткой за ногу. - А. А. А. Вы чего это тут развели, король? Вы не в том положении, чтоб бороться, тем более я пытаюсь помочь. Аластор положил ноги Люца подальше от конца кровати, получилась (некое подобие позы эмбриона) и откинул аккуратно снятый жилет и обувь. Остальную одежду он решил оставить, только пуговицы рубашки расстегнуть, да и высунуть ее концы из штанов. Накинув одеяло сверху на блондина, он ушел с такими же непонятными чувствами. "Мерзкое. Мерзкое чувство. Оно присуще лишь слабакам! Как, как, как?! Почему?!" Аластор негодовал, ходил по комнате взявшись за голову руками. У него была паника. Он первый раз ощутил это чувство после смерти, и то до смерти это чувство было лишь к матери.. Но все же это разное. Одно понятие, два ответвления от него. Любовь к матери равно: благодарность, надобность в ее защите, чувство долга, трепет. Тут же: желание больших касаний, желание увидеть его лицо, тело, глаза. Желание в конце концов быть его единственным, неповторимым, любимым. Аластор естественно обобщал это под всех, ведь, как минимум его чувства не столь яркие, но распознать их не являлось чем то трудным. Мысли путались иногда он начинал думать о чем то отречённом от этого, фиксировать все было трудно, давящее чувство внутри и на щеках убивало. Хотелось порвать глотку этому демону любыми способами, хотелось теперь чтоб он кричал, плакал, чтоб слезы его катились по приторно милым щечкам. Руки сжались на волосах глаза перестали моргать, улыбка все так же предательски дрожала. В нем мелькали только две идеи " убить" и "любить" Эти мысли привели к необдуманному решению идти в покои короля. Прям перед дверью комнаты Люцифера он остановился. - Зачем я иду? Что хочу? Цель не поставлена. Ее нет! Просто хочу идти к нему. Это абсолютно не похоже на Аластора. Он всегда продумывает все наперёд, и еще два-три запасных плана приготовит. А тут пусто. В него будто вселился суккуб какой-то или чего похуже. Ангел. Ал, поморщился слегка от отвращения, и уже отбрасывал мысли одну за другой, не замечая как руки тянутся к дверной ручке. *Щелк!* На постели так же как и 20 минут назад лежало обмякшее тельце, укрытое одеялом. Он подошел ближе, оглядывая "фарфоровую куклу" и думая насколько легко его сейчас убить. Аластор просто смотрел на это произведение искусства чуть сбросив одеяло на белые простыни. Впалый живот и узкая грудная клетка вздымаются вверх, вниз от дыхания. Грудь в такт этому так же поднимается, аккуратная, маленькая, и такая манящая! Так хотелось пройти языком по ней! У Ала потекли слегка слюни. Звериные поводки говорят о себе. Нет сил держатся! Он тихонько приоткрывает все остальное пространство тела ранее закрытое рубашкой. Тончайшая, вечно жемчужная кожа без единого изъяна! Нет ни родинок, ни прыщей, ни шрамов, ни растяжек. Хочется смотреть и любоваться. Он хотел полюбоваться и сосками, но с первого взгляда его засмущался сам факт их наличия по этому идея канула в лету. Или... Была отложена до лучших времён. Длинный язык проходит меж грудей. Король молчит. Неужели настолько устал?! Продолжаем значит. Он вылизывает и кусает каждое ребро, проходит по молочной коже, ласкает каждый миллиметр, пока не слышит... Слыбый вздох и глаза правителя начинают открываться. Когда он окончательно открыл еще сонные глаза перед ним никого не было. Только мокрая грудь и все. Даже прощального письма нет. Аластор быстро среагировал на пробуждение Люци, и так же быстро ретировался. Стало ужасно стыдно, сердце забилось, ком в горле встал розой, царапая шипами глотку. Хотелось просто исчезнуть, он.. ВЕЛИКИЙ ОВЕРЛОРД... Поддался столь неизменному и странному желанию! Почему... Один вопрос... Почему... Да и собственно как...? Что такого есть в демоне чего нет у миллиона, и больше таких же дам и парней? Это было не ясно. Вроде бы стандартное тело и внешность, поведение дурочка, бесячий характер... Может он все таки ошибся и это не то самое слово на Л?.... - Буду надеяться.. Подвел итог Ал. В то время у Люцифера на удивление было спокойно. Он ничего не понял просто, проснулся с обслюнявленной грудью...? Это было естественно странно, но он не обратил на это внимания, просто рухнул вновь на кровать. Что ж, усталость делает свое дело.