Avventura

После ночного рейда спокойно спать у меня не получилось: из головы не вылезал образ плачущего Дрэго. Каким образом он склонился над мертвым телом его обезумевшего друга. В тот момент он выглядел более уязвимым и слабым чем когда-либо до этого, и это навело меня на мысль: «Дрэго лишь такой же человек, как и все мы. Со стороны он выглядит как непробиваемая скала, готовая в любой момент повести людей за собой в пекло ада и вернуться оттуда… Но глубоко внутри он скрывал от всех многое. Никто до конца не знал, что у него в голове, что из его слов является правдой, а что нет. Вспоминается фраза, которую он кратко бросил мне посреди диалога прошлым днём: «Не верь никому кроме себя Антонио. Особенно мне.» Что же он хотел этим сказать?» Я лежал на своей кровати, смотря в бежевый потолок, наблюдая за тем, как безостановочно крутится потолочный вентилятор. Он всегда тут был? Я не знал. Я не знал слишком многого о своих товарищах, друзьях, даже самом себе. Вспоминая себя в начале пути, я был лишь тем, кто просто хотел выжить, но где я сейчас? Я стал вовлечён в войну Семей, где каждый мой день может быть последним. Как кардинально изменилась моя жизнь за эти пару месяцев. Нелепо улыбнувшись после осознания, я медленно привстал с кровати под мерзкий скрип старых пружин. Полностью встав с постели и подойдя к окну, я распахнул шторы. Ранее зимнее утро. И словно отражение моей души стояла метель. Белый снег, бесконечно сыплющий с неба, расползающийся по земле, вездесущий и холодный. Я успел лишь вздохнуть, прежде чем в окно влетел арбалетный болт и стекло разлеталось на мелкие осколки. К счастью для себя, я успел отвернуть лицо, и они меня не задели, но моё внимание привлек сам болт, лежащий на полу: Это было не оружие: наконечником вместо обычного острия был небольшой металлический шарик. Я взял этот «снаряд» в руки, и шар отделился от древка, оставшись у меня в руках. Я поднялся и первым делом положил шар на стол, занявшись уборкой осколков стекла. Было понятно одно: меня не пытались убить, что уже неплохо, но тогда что это? Угроза? Предупреждение? Розыгрыш? Убрав свою комнату, я вновь вернулся к шару. Это была сфера черного цвета с ответвлением, чтобы закрепить его на болте. Перевернув его вверх ногами, я заметил, как из него вывалилась записка. Подобрав её со стола, я прочитал её содержимое: «Здравствуй, Антонио Лагузо, так ведь тебя звали когда-то? Ты стал довольно известен в определенных узких кругах. Ты прекрасно понимаешь, о чем я, не так ли? Позволь продемонстрировать более конкретно, щеночек.» Как только я дочитал письмо, дверь моей комнаты с тихим скрипом открылась, и в мою комнату вошёл не тот, кого я хотел бы там видеть. Высокий люпо с кинжалом в руках, одетый в чёрное пальто и шляпу. Без лишних слов он кинулся на меня, замахнувшись ножом, но я успел схватить первое, что попалось под руку, горшок с кактусом, (Бля плачу ибо кактус жалко и кинуть ему в голову. Он закрылся рукой, и горшок разбился, но следом за ним полетел деревянный стул. Если от горшка убийца просто отгородился, то от полетевшего следом стула он пошатнулся. На его лице внезапно появился страх, когда спиной он упёрся во что-то. Медленно развернувшись, он увидел прибежавшего на шум Бориса. Он попытался ударить его ножом, но, как только люпо поднял свой нож, я тут же ударил его в спину ногой, а Борис лишь успел отойти в сторону, как нападавший вылетел из комнаты и с болезненным стоном упал брюхом на бетонный пол. Я и Борис вышли из комнаты вслед за ним. Там мы обнаружили спускающегося с лестницы Дрэго. На нем было видно жуткое выражение лица, глаза блестели от злости. Убийца даже не пытался встать с пола, а лишь дрожа как лист на ветру смотрел вверх. – Лючия не заставила себя долго ждать. Борис, убери этого отброса отсюда. Антонио, за мной. – Дрэго кратко раздал приказы, и мы незамедлительно их выполнили. В следующее мгновение я сидел в офисе Дрэго. Его рабочий стол был завален черными конвертами. Как я узнал, позже это были письма родным и близким погибших членов Семьи. В письмах было личное извинение от Дрэго и небольшая сумма денег, все, что он мог сделать, но больше, чем кто-либо ещё. – Ты можешь задать вопрос, что ты тут забыл, но я объясню: ты под прицелом Белонне, а теперь на тебя обратила внимание та, кто забирает души. Лючия Белонне. Пусть она и носит фамилию, но давно уже не имеет ничего общего с ними. Она опасна и коварна, Антонио. Закинет в долговую яму, ты и опомниться не успеешь. Однажды, лет 16 назад, она и меня так провела… Дрэго на секунду замолчал и печально вздохнул, а я лишь пододвинул стул поближе, приготовившись слушать историю своего шефа. – Я взял у неё денег в долг, тогда она уже имела некоторую власть и важные связи, будучи младшей сестрой текущего дона, Бернардо. Она без проблем отдала мне деньги, а затем потребовала их с такими процентами, что я бы за всю жизнь не отдал. Я стал скрываться, затем избавился от её коллекторов, но меня все же нашли, и она устроила мне радушный приём. Дрэго сделал глоток из своей кружки и продолжил: – В итоге она дала мне задание: устранить одного человека из Салуззо, взамен на прощенный долг. Задание я выполнил, но вскоре пришлось бежать в Каздел. – Да, ты лишь коротко упоминал об этом, но не рассказывал подробнее. Расскажи, прошу! – Я смотрел на него с зачарованными глазами, словно щеночек, просящий еду. – Это было моё лучшее и худшее время одновременно… 5 лет тяжёлой, но веселой жизни. – Дрэго улыбнулся и вытащил из внутреннего кармана черный слегка изогнутый осколок, в конце заострённый, и пусть на его лице была улыбка, пропитанная ностальгией, глаза были полны боли и сожаления, – Элайя. Самая сумасшедшая девушка из всех что я встречал. Сильная, непробиваемая. Она была лидером нашего отряда, его головным центром, мозгом. Ну или же ядром механизма, и как только её не стало, наш отряд расползся по миру. Я подставил ладонь под подбородок, внимательно улавливая каждое его слово. – Она и привела меня в Каздел. Благодаря ей я стал наёмником, выучил язык, выбрался из такого ада, что тебе даже в худших кошмарах не мог присниться, Антонио. После этих слов Дрэго вздрогнул как после удара током, будто он вновь пережил это. – Спустя годы она умерла у меня на руках прямо перед всеми. Перед теми, кто выжил. Он неловко замолчал, глядя на черный осколок темного прошлого, вечное напоминание о том, кого он потерял, и я решил задать не совсем уместный вопрос: – А где она похоронена. Не может же быть такого, чтобы вы её не хоронили? В ответ на это Дрэго лишь на мгновение поднял губы в ухмылке, прежде чем полностью стереть её с лица: – У сарказов нет могил. Они на удивление верят ничем не меньше Санкт. Их вера проявляется по-другому, совсем иначе чем фанатизм и насаждения ангелочков. Мы распрощались с ней по всем традициям: её тело было сожжено в Печи Душ, генераторе передвижной платформы что питает весь Каздел. Она жила как истинный сарказ и ушла также. Несмотря на всё она любила свою страну, больше, чем кто-либо. Думаю, ты бы ей понравился. Хотел бы я увидеть её хотя бы ещё один раз. Надеюсь, она счастлива, где-то там… Прошу, оставь меня, Антонио. Мне нужно ещё подписать все эти письма, но будь осторожен: теперь ты не в безопасности даже здесь. Я с пониманием отнёсся к словам Дрэго. Все же я заставил его вспомнить то, что он и вовсе предпочёл бы забыть, из-за чего сразу после его слов я покинул его кабинет, столкнувшись с Алессой, пока я шел на улицу. Она лишь угрюмо фыркнула, смотря на меня, и мы разошлись в разные стороны. «Как всегда не в духе» подумал я, прежде чем выйти на улицу, где мне в лицо удалил яркий солнечный свет. А после я почувствовал тонкую женскую руку в перчатке на своем лице. Кричать я не мог, и мои жалкие попытки сопротивляться кончились ничем. Затем мне на голову одели черный мешок и, затащив в подворотню, закинули в машину, которая была заранее подготовлена. Спланированное похищение. Я вновь оказался в похожей ситуации, как когда-то давно: на заднем сидении дорогого автомобиля с какой-то важной личностью, заинтересованной во мне. В этот раз она сидела ровно напротив меня, и, когда маска была снята с моего лица я, недовольно вертя головой, краем глаза заметил, я был в крайне дорогой машине, стекла которой были тонированы настолько, что я не мог разглядеть, где я находился относительно города. Когда мои глаза вновь привыкли к тому, что я могу видеть я взглянул на женщину, что с невозмутимым видом сидела напротив меня. Она вежливо улыбнулась, скрещивая руки в тонких черных перчатках на трости с верхней частью в виде серебряной головы волка. Это была люпо с черными волосами и небольшой сединой на ушах: – Здравствуй, волчонок. В её тоне четко прослеживалась насмешка, будто она была гораздо выше, чем кто-либо с кем мне приходилось общаться до этого. – Прошу простить меня, за столь дикие методы, однако позволь представится. Моё имя – Лючия Белонне. То письмо, что тебе передали также от меня… Хотя, судя по твоему выражению лица, ты не смог осознать его смысла. Я смотрел в её игривые жёлтые глаза с подозрительностью: одно неправильное слово, и мне переломают все кости и оставят помирать где-то в подворотне. Я открыл рот чтобы ей что-то ответить, но она не позволила: – Я проясню: ты должен мне на личном уровне, Антонио. Её тон резко сменился, а голос наполнился стальной ненавистью: – Ты не просто не вернул мне деньги, ты посмел ранить моего горячо любимого племянника. Твой грех тяжелее, чем тебе кажется, но я милосердна даже к таким как ты. Если ты окажешь мне услугу, я подумаю над тем, чтобы подарить тебе свободу. Я посмотрел в сторону и увидел огромного люпо. Тот лишь грозно смотрел на меня и молчал, а Лючия все продолжала свою речь: – Мне необходима одна простая вещь. Выведи из игры Джованну Роззати, прежде чем она сделает свой ход. Я даже сделаю ей одолжение: уведу её прочь от серьезных проблем. Волчица перед мной иронично рассмеялась, складывая руки на трости: – Теперь ты можешь быть свободен, но помни, я слежу за каждым твоим шагом. Она мило улыбнулась, прикрывая глаза, прежде чем дверь авто раскрылась и меня выпустили на улицу. Вновь я почувствовал на своем лице приятно жгучий зимний ветер, хотя я понимал, что ситуация моя опять же незавидная. Смотря вслед уезжающему черному лимузину, я побрел обратно к мастерской. Прислушиваясь к приятному хрусту снега под ногами, я раздумывал смотря на снег под собой: «Я могу попросить помощи у Дрэго или Бориса… Джованна. Семья Роззати. Они образовались два года назад сразу после резни Семьи Техас. Да. Они ещё и заявили себя их наследниками или что-то в этом роде. Колумбийцы притворяются Сиракузцами. Ну что за умора. Даже я осознаю, как глупо это звучит. Однако, зачем это Лючии? Это же будет выгодно не только ей, но и Рюго. Всем от этого будет только легче, если в этом конфликте будет как можно меньше участников. Тогда что что она задумала? И как же глупо я попался прямо в её сеть… Ничему меня жизнь не учит.» Мои мысли были прерваны тем, что я врезался во что-то твердое, и, подняв голову, я увидел уже до боли знакомые красные волосы, прежде чем эта персона развернулась ко мне лицом. Держа в руках зажигалку, Деметри стоял передо мной с глупым взглядом с незажжённой сигаретой во рту: – Нет, парень. Ты, должно быть, совсем с головой не дружишь, совсем свою жизнь не ценишь? – Деметри, давно не виделись… – неловко бросил я, прежде чем рванул в узкий проулок между домами. – А ну стой, мелочь! – крикнул он мне в след и побежал за мной. У меня возникало чувство дежавю, пока я вновь пытался скрыться от Деметри, который в очередной раз гнался за мной. Я петлял по одинаковым закоулкам наполненными кучами мусора, периодически сбрасывая лишние вещи, пытаясь замедлить своего преследователя, но он не отставал ни на шаг. Я чувствовал, как в лёгкие начинают гореть, а ноги отказывают. Убежать от него, не получалось. Окончательно это было мне понятно, когда я остановился перед стеной, через которую перелезть у меня не получится. Я обернулся и увидел стоявшего передо мной Деметри. Он даже не выглядел уставшим, словно каждый день так бегал. – Ты слишком быстро бегаешь для такой мелочи. Это впечатляет. Знаешь, Бернардо был в бешенстве, когда узнал, что ты сделал с Леоном. За твоей головой он лично отправил меня, и даже попросил привести тебя живым, но живой это понятие растяжимое, понимаешь, о чем я? Мелкий ты ублюдок. Я молчал, смотря как выражение его лицо медленно превращалось в нечто, отличающееся от лица человека. Монстр, вот, кто стоял передо мной. Я оказался забитым в угол щенком, но сдаваться я не планировал, даже несмотря на то, что оружия у меня не было. Я отлип от стены и сделал шаг в сторону Деметри, он лишь ухмыльнулся, не сводя с меня глаз: – Ты серьезно? Нет ну ты точно псих. Он убрал зажигалку и, достав свой траншейный нож, бросился прямиком на меня. Я с трудом увернулся от его атаки, но лезвие его ножа прошлось по моему пальто, оставив заметный разрез на плотной ткани. Это натолкнуло меня на мысль. Слева от меня находилось окно жилой квартиры. Я мог попытаться вновь сбежать, ибо сражаться с Деметри без оружия было сравни самоубийству. – Стой, Деметри! Может мы все ещё можем сесть за стол переговоров и обсудить всё! – Вот значит, как заговорил? Что, страшно умирать?! – с насмешкой произнес Деметри, занося орудие для ещё одного удара. В этот момент я кинул в него своё пальто и рванул в окно. Ныряя в него, я с громогласным звуком разбивающегося стекла влетел на кухню. Моё лицо было немного порезано осколками, я чувствовал, как по нему потекла красная кровь, но думать об этом не было времени. Я пробежал мимо какой-то женщины люпо, что с испуганным видом смотрела на разбитое окно. Я юрко протиснулся между стеной и ней, в то время как Деметри, который уже дышал мне в спину грубо оттолкнул её, она повалилась на спину – Какого дьявола вы творите?! Послышался крик разъярённого мужа. Но мне было все равно, я совру если скажу, что я чувствовал вину за это, извините, но жизнь дороже. Выбежав наружу через входную дверь. Оказавшись на большой дороге, я заметил подъезжающее такси и, на бегу раскрыв дверь, я запрыгнул внутрь: – Гони! – крикнул я водителю, вытирая кровь со своего лица. Старый люпо мгновенно нажал на газ, а я обернулся и увидел, как Деметри надменно хлопал мне вслед. – Просите, Сеньор, а куда мы едем? – обратился ко мне таксист. – Автомастерская Рюго, в двух кварталах отсюда. Он коротко кивнул и замолчал, переводя своё внимание на дорогу. Я тяжело вздохнул, сидя на заднем сидении, направляясь туда, где я мог бы быть относительной безопасности. Позволив себе расслабиться, я задремал. Тяжёлым вышло это утро. Проснулся я от резкого стука в стекло машины, приоткрыв слипающиеся спросонья глаза, я увидел Дрэго и, открыв дверь, вышел из машины: – У тебя всё лицо в крови, тебя будто избили, где ты был? Я засунул руки в карманы брюк и, подняв голову к небу, тихо пробормотал: – Ну, меня похитила Лючия, потом чуть не убил Деметри, но я чудом остался жив… – Все ещё хуже, чем я думал, и что тебе сказала Лючия? – Дрэго резко перевёл взгляд на таксиста и передал ему несколько монет и в обыденном жесте постучал по крыше машины. После того, как машина уехала, я заговорил: – Она приказала вывести Роззати из игры, до того, как они вступят в конфликт. – Эта старая карга, как всегда непредсказуема, даже больше, чем Лаппланд… Она хочет, как ты сказал, вывести Роззати, но полностью игнорирует Венецианцев? Что в голове у этой женщины? Она сказала хоть что-то ещё? – Нет, ничего больше, только это. Дрэго вздохнул, запуская руку в длинные ярко рыжие пряди: – Это безумие, среди всех Семей. Кажется, я понял: она хочет усугубить этот конфликт, заставить ещё одну семью вступить в Войну с Рюго. Дрэго смотрел в землю с отчаянием во взгляде, он хотел бы мне помочь, но понимал, какие последствия могут быть, отправь он людей прямиком на территорию другой Семьи. Это было бы прямым объявлением войны. – Черт с ним. Разберемся позже: есть вещи более срочные. Пошли. Дрэго развернулся и быстрым шагом направился в свой офис, и я поспешил за ним, с трудом успевая за ним, но, как только мы оказались внутри, я понял, что дело серьёзное. В небольшом офисе Капо собралась настоящая толпа: И среди привычных моим глазам Алессы и Дрэго, что пришел со мной, я заметил двух седых люпо. Один из них был мне уже знаком, щуплого вида старичок с благородными усами и мудрым взглядом. А рядом с ним стоял тот, кого знал каждый Сиракузец, но лишь единицы видели его в живую: статный люпо с белыми волосами, одетый в серый костюм: Альберто Салуззо, отец Лаппланд и Дон семьи Салуззо, одна из самых влиятельных личностей во всех Сиракузах. Увидев Дрэго он лишь коротко кивнул и перевёл утонченный взгляд серых глаз на Винсента, позволив ему начать. Тот тихим, размеренным голосом стал вещать: – С позволения Сеньора Альберто мне выпала честь объяснить, почему мы собрались здесь. Все тут присутствующие знают о том, что наши семьи являются временными партнёрами, пока идёт конфликт с легкомысленным Бернардо Белонне. Нашим общим решением было принято решение положить конец бессмысленному кровопролитию в одном крупном сражении, согласно традициям наших отцов и отцов их отцов. После краткого разъяснения, дождавшись, пока Винсент закончит говорить, продолжил уже Альберто, его голос звучал более твердо и решительно: – Сеньор Дрэго, я наслышан о ваших недавних успехах. Вы хорошо справляетесь со своими обязанностями в качестве Капо Сеньора Винсента, и я как его коллега и хороший друг, настоял на том, чтобы объединенные силы Салуззо и Рюго вели в бой именно вы. Это ваш шанс искупить свои прошлые грехи передо мной, и также грехи ваших подчинённых. После этого Альберто с неприкрытой неприязнью и даже презрением посмотрел на стоящую рядом с Дрэго Алессу. Её глаза все это время были закрыты. После он продолжил: – Я ни в коем случае не принуждаю вас, однако ваш отказ будет иметь последствия как лично для вас, так и для сотрудничества наших Семей. – Альберто вытянул руку вперёд, протягивая её Дрэго, пока Винсент молча наблюдал за сценой, закуривая сигару. – Я согласен. – решительно произнес Дрэго, делая шаг на встречу Дьяволу. – Я поведу наших солдат в бой, однако позвольте мне попросить вас об одной услуге. Мои люди останутся здесь, кроме выбранных мной лично: кто-то должен охранять мастерскую от неожиданных нападений из вне. Альберто вдумчиво улыбнулся, затем коротко бросил взгляд на Винсента: – Я позволю вам оставить, охрану здесь, однако, моё требование: не меньше 70% вашего персонала должно будет участвовать в бою. – Я принимаю такие условия нашей сделки, буду надеяться на то, что Салуззо не забудут сколько крови будет пролито за наши общие идеи. – Салуззо никогда не забывают о своих союзниках, на этом, наш диалог закончен. Мне пора идти. Перед тем как выйти Альберто провёл рукой по плечу Алессы и вышел из комнаты. – Винсент, вы жестоки… – начала она, открывая глаза и разжимая кулаки. – Алесса, а разве жестокость это не основополагающая самих Сиракуз? Сиракузы дышат кровью невинных, все люди жестоки, но лишь некоторые могут открыто в этом признаться, но ты хорошо справилась. Ты заслужила мою благосклонность. Я ожидал, что ты вопьешься в горло Альберто и вырвешь ему кадык, только завидев его. Признаться именно поэтому я и находился здесь. Винсент стряхнул пепел с сигары в пепельницу и продолжил: – Да и ты тоже хорош, Дрэго. Ты не подвёл меня и честь нашей Семьи. Этот парень с тобой… Кажется, я раньше его видел. – сказал Дон, указывая сигарой на меня. – Д-Да, Сеньор… – трясущимся голосом протяфкал я, вглядываясь в хрупкую фигуру того, кто мог одним лишь словом заткнуть любого навечно. – Не стоит так боятся, парень. Мы на одной стороне. Нa его морщинистом лице вдруг появилась теплая улыбка: – Ты далеко пойдешь, запомни слова Старика. Дрэго, я передам тебе всю нужную информацию позже, готовься, не подведи меня. Винсент затушил сигару и, не говоря больше ни слова, вышел из комнаты. Несколько секунд мы стояли в полной тишине, которую нарушила Алесса: – Теперь мне придется стирать этот пиджак... – Алесса, ты настолько ненавидишь Альберто? Я думал Лаппланд ты ненавидишь сильнее… – Яблоко от яблони не далеко падает, слышал такую поговорку? Лаппланд такая же сумасшедшая, как и её одержимый властью и деньгами папаша. Кстати, он тебе бутылку вина оставил «Saluzzo vino» 1080 года выдержки. Дрэго звонко рассмеялся: – Он все ещё помнит, он всё помнит.Пора отпустить прошлое, Алесса. Выпьем эту бутылку вместе? – Как скажите, Шеф. На лице у Алессы появилась счастливая улыбка. Я невольно улыбнулся вместе с ней и решил оставить их наедине с дорогущим подарком. Я отправился вниз и затем на задний двор, где, как всегда, обитал Борис. На этот раз он практиковал удары на самодельном манекене, если говорить конкретнее, стопке автомобильных шин. – Борис! Мне нужна твоя помощь, в одном крайне рисковом деле, которое можно подвергнуть всех нас смертельной опасности – Ну как будто ничего нового, разве нет? Он развернулся ко мне с тупой ухмылкой на лице. – В этот раз, это несколько иначе. Нам нужно устранить Семью Роззати, иначе меня будут собирать по всему городу. – Угу. То есть ты хочешь пойти вдвоём против целой семьи и надеешься на то, что ты останешься жив? – Лучше умереть в бою, чем если тебя запытают до смерти в каком-нибудь подвале, разве не так? – А с чего ты взял, что Роззати тебя пытать не будут? По-моему, так это патовая ситуация или это очередной приказ Дрэго? Я подошёл ближе к нему и сел на багажник машины, разговор предстоял долгий: – Мои личные проблемы. Помнишь тогда в отеле я уколол Леонтуссо Белонне? – Ну помню, и что дальше? Он тут то причём? – Его тетя потребовала от меня разобраться с силами Джованны Роззати, понимаешь? Он тут имеет прямую связь с тем, что меня сегодня чуть дважды не убили. И оба раза из-за него! – Угу, и ты хочешь, чтобы я помог тебе со всей этой хернёй? Звучит как самоубийство даже для меня. Кто вообще согласится на подобную чушь, Антонио, ты не сходи с ума. Мы с тобой не герои: мы простые солдаты коих тысячи. У нас нет никакой власти, единственный, кто реально может нам помочь. Бориса резко прервала знакомая нам обоим фигура, что казалось появилась из ниоткуда между нами двумя. Это была Лаппланд: – Единственная, кто реально может вам помочь. Это я, ваша любимая волчица, Лаппланд! С излишним артистизмом и безумным хихиканием она стала ходить вокруг нас, она явно подслушивала нас с самого начала: невозможно было подобрать настолько идеальное время для появления случайно: – У меня есть определенные счёты с Джованной, и я хотела бы поквитаться с ней! – Госпожа Лаппланд, вы уверены, что хотите помочь нам? – мгновенно протороторил я вскакивая со своего места: – Да! Абсолютно, мы же вроде как союзники нет? Чего плохого в том, чтобы помочь своим соратникам? – Лаппланд воспользовались возможностью занять удобное место и продолжила говорить, – дайте мне пару часов, и я найду для вас всю информацию, что может понадобиться, или я должна сказать для нас? Хотя пока что! Все что я от вас потребую, это не мешаться под ногами, отдыхайте, наслаждайтесь своими сладкими снами, пока вы всё ещё можете – Ну а я пошла! Удачи, щенята! – после этого Белая волчица Салуззо исчезла также быстро, как и появилась. Общие враги могут сблизить даже злейших врагов. Жизнь интересна, не правда ли?