Лагерь под названием "Любовь"

— Я это как раз помню, но... Почему ты согласился работать со мной? Неужели, не знаю, у флористов мест не было? Как раз бы тебе подошло. И Зонтик с Феликсом там работают, — самый разгар лета. Кто-то наконец-то уходил на заслуженный или не очень отдых, студенты сдавали сессию, каких-то детей отправляли в лагерь, а кто-то в этот самый лагерь устраивался работать. — Вообще-то самый ближайший цветочный магазин, принимающих новых сотрудников, находился почти в часовой езде от дома! Где работают ребята, им работники больше не нужны. Это во-первых. Во-вторых, ты же сам знаешь, что одного Фёдор меня бы не пустил работать где-либо (а узнавать, как там Бубновые с Пиковыми как-то не хотелось). В-третьих, я сдал экзамен для вожатых, прямо как ты, — Ромео был горд собой: это читалось в его движениях и мимике. А Куромаку вообще не понимал, как всё могло докатиться до такого. — А в-четвёртых... Э, ну, здесь есть замечательные девушки-коллеги, вот, — запнувшись, как-то неуверенно закончил. А ещё он, наконец, закончил рассматривать себя в зеркало. Куромаку лишь закатил глаза, хватая того за плечо: — Почему-то мне кажется, что последняя причина стоит выше остальных. И не напоминай про Фёдора, я всё ещё поражен тем, что он так решил поступить, — вытаскивая того из дома вожатых, проворчал он. Зачем вообще Фёдор наказал им найти работу, но при этом устроиться на одну и ту же хотя бы по двое? Возможно, ему казалось, что так сильнее сузится круг возможных мест, которые пострадают от от их действий. Так ещё и "отчёт" создателю нужно было отправлять, словно они совсем маленькие. Ладно, стоило признать, что жаловался Куро только по той причине, что ему достался этот... — Ай, пусти, Куро! Я же не до конца волосы уложил! — вожатый уже решил не слушать чужие возгласы, ведь вот-вот уже должен был подъехать автобус с детьми. Он должен был прибыть прямо... — Сейчас, — и как по щелчку, на горизонте показался белый (казалось, ещё со времён СССР) транспорт. За ребятами уже стояли уже две молодые девушки-вожатые и четверо парней. Было страшно? Может, немного. Это ведь нужно было находить подход к каждому, усмирять непослушных, в случае чего в конфликтах разбираться... Безусловно теория у Маку была, а вот что могло обстоять на практике? Неизвестно. Что ещё сильнее вымораживало, так это беспечность его знакомого: Ромео вообще не беспокоился о предстоящей смене либо очень профессионально это скрывал. — Добро пожаловать в детский лагерь "Любовь"! Все вожатые поприветствовали прибывших детей от мала до велика. Куромаку знал, у них будет младший отряд, состоящий из детей от семи до двенадцати лет. И это однозначно будет безумно трудно, ведь груз ответственности был невероятным: перед руководством, родителями детей и перед самими детьми. И он бы не беспокоился настолько сильно, если бы в напарники ему не отдали Ромео. Мол, "вы же знакомы друг с другом? Значит, работать будете слаженно". Ну что за бред? Так вообще не работало, в их случае уж точно. Но приходилось мириться с тем, что было. Приходилось мириться с тем фактом, что ему, скорее всего, на протяжении трёх недель придётся горбатиться самому, пока второй делал бы всё, не прикладывая малейшего усилия. «Лишь перед глазами не флиртовал с теми двумя девушками-вожатыми, иначе я окончательно разочаруюсь в его компетентности», — вздыхая, пересчитывал детей тот. Ровно двадцать, как и было написано в списке. — Меня зовут Ромео, а это – Куромаку. Мы будем вашими вожатыми! Надеюсь, мы поладим, — внезапно решил подать голос коллега. Ну, хотя бы не молчал и на том спасибо. Возможно, из него ещё можно было выбить хоть какой-то толк. Трудные времена начинались, но Куромаку всё же был уверен, что сможет без серьёзных проблем справиться с ними и что получит полезный опыт работы с детьми. Только бы Ромео не мешал, а так, всё должно было пройти как по маслу. — Говорить, что делать им я буду сам. А ты не мешайся под ногами и постарайся тоже делать так, как я скажу, — второй вожатый, конечно, удивился, но согласился. Кажется, с неохотой.

***

Куро знал, что будет тяжело. «Но не настолько», — отбой уже должен был быть как час назад. А может вообще два часа назад. Куро не следил за временем, а пытался утихомирить парней. Пускай девочки вели себя более прилежно и ушли спать по расписанию, однако шум мальчишек даже их разбудил. Теперь женская часть группы негодовала, почему это парни могли не спать, а им было нельзя? Вообще эти первые дни не задались с самого начала. После всеобщей линейки и знакомства друг с другом, младшие и средние отряды пошли в столовую. И такое началось, что даже в худших кошмарах не представишь. Многие дети друг друга не знали, поэтому вели осторожнее. Но стоило только всем узнать имена друг друга и, как говорится, "поймать волну", то постоянные крики и шум не покидали это место ни разу. Да, это было ожидаемо, однако некоторые из отряда Куромаку и Ромео буквально кидался едой в других детей. Кто-то разбил посуду, причём непонятно: специально или случайно, кто-то просто напросто отказывался есть, хотя им обязательно нужно было принять этот приём пищи, ведь всё-таки растущий организм и до ужина было довольно много времени. Маку не понимал, как вообще смог более-менее утихомирить их отряд в первые пару дней. Возможно, на детей ещё действовал фактор какого никакого уважения перед старшими. Незнакомые люди, все дела. Однако этой ночью все рамки дозволенного были разрушены в щепки. — Юра, положи Володины очки, умоляю. Саша, Влад, хватит там разговаривать, я вас слышу! — то одному, то другому делал замечания. На него обращали внимание на пару секунд, а затем снова продолжалась сущая вакханалия. Одна девочка подошла и подёргала за край рубашки: — Маша, не сейчас. Иди спать, пожалуйста. — Но остальные девочки тоже не спят. Они говорят, что лягут обратно, только если мальчики утихомиряться, — виновато пролепетала девчонка. Куромаку измученно посмотрел на неё: — Ох, хорошо, иди обратно в постель. Дай мне ровно десять минут и всё будет тихо, — пообещал тот. Сам первый вожатый очень надеялся, что сможет сдержать данное обещание. Девочка кивнула, но напоследок спросила: — А почему только Вы парней укладываете? А как же второй вожатый, Ромео? Ромео? А как он мог тут помочь. Куромаку тут вспомнил, как он попросил его принести мелки для конкурса, так этот гений, миллиардер, плейбой, филантроп умудрился уронить их в ближайшую речку. Как так вышло? Честно, Куро тоже задавался этим вопросом. Очень долго. Очень настойчиво. Пришлось просить у другого отряда эти несчастные мелки. — Он тут не помощник, поверь мне. А теперь иди-иди и не мешай, — даже слегка подтолкнув, сказал ей. — Знаешь, обидно вообще-то, – неожиданно откуда-то раздался знакомый голос. — Ты всё ещё за те мелки дуешься, а, Кур? Я же извинился и объяснился, — обиженно посмотрел в серые глаза, будто он вообще самый добрый и прекрасный ангел на всём белом свете. — Дело не только в мелках, а в том, что ты даже простые вещи сделать не способен. Думаешь, я позволю тебе уложить этих детей? — Ты мне даже шанса не дал! Это нечестно, между прочим, — показушно скрестил руки, впервые заговорив по эту несправедливость. В его словах был смысл, но они ведь так долго знакомы. Куромаку не утверждал, что знал Ромео как свои пять пальцев, но явные представления у него точно были, по которым спокойно можно было судить. Были же, да? — Ну же, Куро, давай. Иначе к нам другие вожатые и придут. Очень вряд ли, что нас по головушке погладят за это, — к сожалению, язык фактов был на этот раз на стороне Ромео. У серого не было идей, как можно было успокоить детвору, поэтому оставалось только... — Хорошо, твоя взяла. Но у тебя есть... Примерно семь минут, чтобы их уложить, — посмотрев на часы, подытожил вердикт. Ромео посмотрел на него с такой... Благодарностью. И ещё он улыбнулся. Да. Не своей привычной "соблазнительной" и высокомерной улыбкой, а какой-то искренней что ли. — Спасибо, Кур, я не подведу, — после этих слов в Куромаку откуда-то прилетела подушка. — Эй! Кто это сделал?! Так, если никто не признается, то — — То вы не услышите страшилку на ночь! — закрыв чужой рот рукой, воспользовался моментом Ромео. Страшилка? Каким образом она должна была заставить их спать? — Извините, это я был, — отозвался откуда-то, кажется, Юра. — А что за страшилка? Она про лагерь? Она страшная? — наконец отдав очки соседа по кровати, подошёл к вожатым с горящими глазами. — Так-так, давайте по порядку. Для начала всё дружно укладываемся в свои кровати. Это во-первых. А во-вторых, никто, повторюсь, никто из вас не должен издавать и писка. Иначе атмосфера будет не такой, согласны? — отдав подушку юноше, подмигнул мальчишкам Ромео. И, боже, его услышали. Все единодушно бросили свои занятия и легли обратно. Уже только от этого факта у Куромаку глаза на лоб полезли. Вот так легко завладеть вниманием детей? Он бы скорее поверил, что коллега на них заклятие наложил, чем поверил в то, что это он что-то делал не так. — Страшилку! Страшилку! Страшилку! — шёпотом, зато хором, просили дети. — Хорошо-хорошо! Только тихо и будет вам страшилка, — и вот опять все слушались. Кажется, Куромаку даже позабыл, как звучала тишина в кругу большого скопления людей. — Отлично, думаю, можно начинать, — Ромео встал посреди комнаты, чтобы его все точно видели. Куромаку же остался стоять у дверей. Посмотрим, что этот парень придумал. — Итак, история эта основана на реальных событиях! Держите у себя это в голове. И не просто на реальных событиях... Это произошло прямо здесь, в этом лагере, — ребятишки на этих словах ахнули в унисон. Куро лишь закатил глаза. — Жила когда-то ещё во времена СССР одна очень трудолюбивая и прилежная девушка по имени... Курокайхо. — А почему имя такое странное? — спросил кто-то. — Она была иностранкой! Всё, не перебивай, пожалуйста. Девушка была умна, красива и вообще самой-самой. Конечно, многие пытались добиться её внимания, но та отказывала каждому, даже не давая никому шанса. Курокайхо всегда твердила, что никто ей не нужен, что отношения – пустая трата времени, — на эти слова Куромаку мысленно согласился с героиней. — Её нельзя было подкупить конфетами, цветами и даже стихами! К ней нужен был особый подход, но что мог сделать мужчина, который и близко не мог сравниться с её умом? Именно этим вопросом задался Роман – местный красавчик среди девчонок. У него было не меньше фанатов, чем у Курокайхо, только у женского пола. Парень, который до беспамятства влюбился в Курокайхо. Только ей он хотел посвящать своё время, но был наслышан про довольно скверный характер. Сквозь десятки, а то и сотни проб и ошибок он таки смог добиться от неё одного свидания и затем второго. А на третьем они уже объявили себя парой! — Вы, вроде, страшилку обещали, а не мелодраму, — ответил недовольно Юра. — Я ещё не договорил! Не перебивайте, я же попросил! — забавно, но Куромаку всё это время внимательно слышал Ромео. Он считал, что быстро заснёт от чужого рассказа, но нет. То ли было в слабом, но интересе в развязке, то ли было дело в самом Ромео, который так хорошо рассказывал историю. Непонятно. — Но счастье их продлилось недолго. Помните, я говорил, что они оба были популярны среди противоположных полов? Так вот, многие из тех, кто были отвергнуты ими пожелали мести. А девчонки итак недолюбливали Куро, так ещё она волшебным образом согласилась встречаться с самым красивым парнем из всех отрядов, хотя до этого мигом всех отшивала. И парни тоже не любили Романа, ведь тот умудрялся влюблять в себя их девушек без особого труда. Время было тогда... Суровое. Дети жестоки, ненависть затуманила рассудок. Этой ночью, да-да, именно этой ночью, в этом лагере, ребята позвали Курокайхо на озеро. Она ничего не заподозрила. Девушка уже спускалась по лестнице, где был водоём, как вдруг одна из девчонок толкнула её. Курокайхо кубарем покатилась, пока сзади неё слышались слова ненависти и даже смешки. Вот только никто не подозревал, что девушка больше никогда не встанет и не посмотрит на них, ведь удар был такой силы, что тело докатилось аж до земли, почти до самого озера! Только тогда ребята осознали, что Курокайхо не двигалась. Всё испугались и стали звать вожатых. Её пытались спасти, но всё было безуспешно. Она скончалась на следующее утро, а преступники сказали, что был несчастный случай. Куромаку был в шоке от такого расклада событий. Какого чёрта он рассказывал это детям? — Так, всё, быстро заканчивай... — было полез затыкать горе-рассказчика, однако был прерван. — Нет, Кур, сейчас будет самое интересное. Вы же хотите услышать, что было дальше? — на свой вопрос мальчишки дружно и энергично закивали головами. — Отлично. Роман не смог принять эту утрату. Он любил её всем сердцем и даже не подозревал, как жить дальше. В общем, его мёртвое тело вскоре нашли у того самого места, где толкнули Курокайхо. Самое главное, что он оставил записку всем остальным. Она гласила о том, что парень прекрасно знал, что это никакой не несчастный случай. Роман пообещал, что каждого, кто являлся причиной смерти Курокайхо, в 2:22 часа ночи он заберёт с собой. Никто, конечно, не поверил в этот бред. До тех пор, пока не начались первые пропажи. Сначала пропала та самая девочка, которая толкнула Курокайхо. Потом пошли и остальные. Таким образом, здесь бесследно пропало около пятнадцати подростков, — после вышесказанного Куро посмотрел на время. Удивление на секунду его сковало, ведь сейчас как раз было два часа ночи двадцать две минуты. — Ходят легенды, что это был не только мстящий за любимую дух, а они вдвоём вместе устраняли обидчиков. — Но он или они оба уже успокоились после этого, правда же? — немного дрожащим голос спросил, кажется, Володя. — Ох, мой дорогой, ты ничуть не прав. Говорят, что их призраки так и не смогли достичь покоя. И теперь, каждого, кто не спал в два часа ночи двадцать две минуты, они забирали с собой в то озеро! Даже таких маленьких, как вы. Ведь считали, что это кто-то снова планирует столкнуть бедного подростка у того самого озера... — сделал интригующую паузу, —... На которое мы завтра с вами пойдём! Поэтому, ребята, если вы не хотите той же участи, то быстро все пошли спать! На этом история Ромео была закончена. Куромаку стоял, открыв рот в изумлении и непонимании, а мальчики, тем временем, хором крикнули "есть" и быстро легли на подушку. — Вот и молодцы, спокойной ночи. Молитесь, чтобы Курокайхо и Роман не пришли за вами, — напоследок добавил в конце тот, победно закрывая дверь. Куромаку же сразу схватил розоволосового за шкирку и потащил на улицу, едва переходя на крик: — Ты вообще головой думаешь?! Кто детям рассказывает такие истории на ночь?! Ты в своём уме?! — вожатый держал Ромео за воротник, трясся того с теми силами, что у него остались. — Воу-воу, полегче, дорогой. Чего ты так реагируешь то? — недоумённо спрашивал в ответ. — А то, что своими историями ты наоборот им спать не дашь! — Эй, современные дети не настолько доверчивые. Это во-первых. А во-вторых, ты вообще не видел, с какими глазами они слушали? Им было интересно, а не страшно! И отпусти меня, пожалуйста, а то дышать трудно. Куромаку высвободил коллегу и посмотрел на него уставшим взглядом. Хотел ещё как-то отругать или что-то сказать, но их прервала открывающаяся дверь: там стоял Юра. — Юра? Ты чего не спишь? — спросили два вожатых в унисон. — Не ругайтесь только! И Романа с Курокайхо не зовите, пожалуйста! Я просто пришёл от всех нас передать, что страшилка была классной! Спасибо большое! — радостно проговорил мальчишка. — А вы ещё придёте, вожатый Ромео, рассказать страшилку? А то вожатый Куромаку ничего такого не делает... — возмущённое "кхм" тут же было услышано. — Извините, вожатый Куромаку! — Знаешь, Юр, я думаю, что мы вместе с Куромаку приду... Расскажем вам что-нибудь на ночь. Завтра, — присел на одно колено, положив руку на детское плечо. — Правда-правда? Разве вожатый Куромаку умеет интересно рассказывать? По нему не видно, просто, — серый ещё больше был в возмущён, однако знак от Ромео не позволил это как-то прокомментировать. — Перестань так думать про Куромаку! Он тоже может быть очень даже интересным рассказчиком, когда захочет. Завтра ночью мы это вам и докажем, — встав, пообещал парень. — А теперь быстро на боковую, отбой произошёл уже как четыре час назад. И Юра кивнул, возвращаясь в дом. — Надеюсь, сегодня нас больше никто не потревожит, — облегчённо вздохнув, прикрыл глаза Ромео. — Только если Роман и Курокайхо, — усмехнувшись, добавил Куро. Ромео оценил поддержку темы. — О, так тебе понравилась страшилка? — Я этого не говорил. Но должен сказать, что она вышла... Занятной. Есть у меня к ней парочка вопросов, но как для выдуманной истории попугать детишек вполне сгодиться. — Вообще-то эта страшилка и в правду где-то есть в интернете. Я её откопал, когда искал информацию про этот лагерь. Поменял имена, некоторые детали добавил или опустил и вуаля, — развёл руки, будто тот являлся магом. — Правда? И как же по-настоящему звали героев? — Ммм, Мария и Алексей. Да, именно они. — А почему ты решил их поменять на такие... Такие странные? — Куромаку задался этим вопросом, когда услышал "Курокайхо", а когда и вовсе появился "Роман", то вопросов стало лишь больше, но задавать было почему-то то ли страшно, то ли неловко. — Не понимаю, чем они тебе не понравились. Ну имена и имена, что бубнить то? — глупо спросил собеседник, будто вообще не понимая, о чём ему говорят. — Почему они созвучны с нашими именами, а, Роман? — чуть ближе приблизился, словно пытаясь в чужих карих глазах найти ответ на вопрос. — Я всё-таки умею складывать два плюс два, если ты не забыл. — Ну, я... Эм, в общем... — Ромео явно не ожидал, что его так легко раскроют, даже не церемонясь. — Это настолько очевидно? — Вот и сам признался. Теперь я точно уверен, — отдаляясь, ухмыльнулся своему небольшому триумфу. — Чёрт, какая же ты всё-таки хитрая, Курокайхо, — парень был в шоке с того, как же просто попался на такую лёгкую уловку. Умеет же этот серый добиваться своего. С детьми, конечно, такого пока не вышло, но ещё всё впереди. — Хорошо, я скажу, только если ты скажешь, почему выбрал работать вожатым, — надо же было хоть как-то продолжать себя защищать, а не поднимать белый флаг сразу же. Вместо ответа его встретил удивлённый серый взгляд. — Что? Мне правда интересно. У тебя наверняка было больше всего выбора среди всех нас. Почему именно вожатый? — видимо, реально был заинтересован, раз всё ещё ждал чужого ответа. Куромаку постоял вот так, кажется, с минуту, а затем всё-таки решился ответить: — Я хотел научиться работать с детьми. Я рассматривал один из вариантов для своего будущего. Им оказался учитель. Однако дети для меня это слишком неизведанная тропа, поэтому я захотел "потренироваться" на этих, чтобы потом было легче. Ну и денег заодно подзаработать. Теорию я выучил успешно для экзамена, вот только практика оказалась такой... — Сложной? — закончил за него второй вожатый. — Да, — обречённо выдохнул тот. Не любил он признавать, что ему было сложно. И ещё больше было труднее признать, что где-то его знания не всегда помогали. — Почему школу рассматривает? А университет? — Хочется именно заложить интерес к учёбе с раннего возраста. Начальная школа для меня уже слишком, а вот средняя и старшая... Им бы мне хотелось помочь, — его желание было таким, вроде, простым, но приятным, что ли? Хотел нести молодому поколению знания... Ну разве это не звучало похвально? — Вау, не ожидал от тебя такого, Кур. — Я сам не особо ожидаю. Повторюсь: это один из вариантов. Но профессию учителя я рассматриваю довольно серьёзно, поэтому... Поэтому да, — уже решая не продолжать говорить, переключил внимание на Ромео: — А ты, Роман, зачем имена поменял? Выждав несколько секунд, словно надеясь, что Маку даст заднюю, Ромео всё же признал поражение: — Помнишь, я говорил про четвёртую причину, по которой я увязался за тобой, а не за остальными? — собеседник кивнул, однако по лицу было видно, что он не понимал связи. — Короче, я не ради девушек-вожатых сюда пришел. Хотя они красивые, правда. Я пошёл на вожатого... Из-за тебя, Маку. Мне хотелось провести больше времени с тобой, — вот так легко и просто высказал свои мысли Ромео. Как же долго они копались в его голове, трудно даже представить. — Что? — только смог выдавить. — Из-за меня?Это какая-то шутка, Ромео? — шок застыл на чужом лице. — Нет, я не шучу, когда искренне кому-то признаюсь... Особенно в чувствах. — В чувствах? Погоди, я не понимаю, — и не нужно было понимать, ведь его заключили в крепкие объятия. С Ромео он никогда не обнимался. С Ромео он никогда не ощущал чего-то такого. Просто "такого". Куромаку даже не мог подобрать правильное слово, чтобы описать это чувство, что зарождалось где-то в подкорках мозга и в самом сердце. Маку не знал, что нужно было делать. У него однозначно не было инструкций к подобным действиям. Однако парень решил, что ничего лучше, кроме как обнять Ромео в ответ, не будет. Сейчас это было правильно. Сейчас это было то, что нужно им. Этим двум предстояло ещё написать кучу историй для детворы, провести конкурсы и мероприятия. У них ещё чуть больше двух недель времени разобраться в том, что произошло между ними тогда. Но в чём однозначно они были уверены: не зря этот лагерь назвали "Любовь".