Чужое счастье

День начинался прекрасно. Прекрасное утро прекрасного дня. Энди улыбнулась, выходя на улицу. Еще почти никого не было, когда она бежала к метро. А все потому что в последнее время что-то изменилось на работе. Бесконечный ворох поручений, беготня – это все было прежним. Но изменилось настроение. И появилась эта своеобразная игра. Энди выбирала каждый день наряд, а Миранда оценивала. У них теперь была своя система оценок. И в коллекции Энди уже было несколько кратких улыбок и однажды… Энди прикрыла глаза, сидя в вагоне метро… однажды Миранда, разговаривая по телефону, прикусила губу. В офисе было еще совсем пусто, и Энди смогла, никуда не спеша, распечатать график Миранды, положить на ее стол газеты именно в том порядке, в котором она предпочитала их просматривать. На круглом столике в углу ее кабинета осталась забытая чашка из-под кофе, а розы в вазе начали вянуть. Справившись со всем, она вышла в приемную как раз вовремя – в дверях показалась Миранда. Тот самый момент. Расстегивая свое пальто, она окинула взглядом девушку. - Прелесть, - улыбнулась женщина и протянула Энди пальто с сумкой. Не бросила на стол, а подала в руки. – Примерку передвиньте в графике на три. Сначала мне нужно будет пообедать с Ирвом. И позовите Найджела, как только появится, пусть захватит эскизы для разворота. И, Андреа, - она остановилась в дверях кабинета. – Принесите мне два кофе. Сейчас. Энди улыбнулась и окрыленная приятным словом, как можно быстрее побежала к лифту. До начала рабочего дня оставалось еще больше часа, и никто – никто, кто в своем уме, не станет звонить в офис Миранды Пристли до начала ее дня, так что приемную можно оставить пустой. Поднимаясь обратно, она взглянула на себя в зеркало, на мгновение вспомнив себя здесь в первые рабочие дни. Голая гордость и амбиции. Сейчас все немного иначе. Аккуратно поставив на стол редактора стаканчики из старбакс, она поправила чуть покосившийся журнал в стопке, и не заметила, как вернулась Миранда. Женщина обошла стол, взяла один из стаканов с кофе и, помедлив, протянула его ассистентке, кивнув на стул. Андреа тут же присела. - Вчера я дала тебе три статьи. Что ты думаешь? - Да… я прочитала их, но… я не очень разбираюсь в этой теме. Но мне понравилась стилистика написания второй, про кольца и перстни. Миранда откинулась на спинку своего кресла и задумчиво сжала губы. - Мне показалось, что ты немного серьезнее начала относиться к карьере в «Подиуме». Без истории развития модной индустрии ничего не получится. Статья про кольца никуда не годиться только потому, что там перепутаны все даты. Стилистика, которая тебе понравилась, взята из одного из номеров позапрошлого года. Материал – из бульварной газетки. А раз ты не увидела ни того, ни другого, сегодня скажешь автору, что он уволен, – она склонила голову к плечу, давая понять, что не сердиться. – Работай. Энди приняла все комментарии абсолютно спокойно. Она и представить не могла, что Миранда спросит ее мнение, поэтому не очень старалась разобраться. День закрутился в обычном темпе. Но будто на заднем плане царапала неловкость – после одобрения ее платья получить наказание за небрежно прочтенный материал, ведь это все же было ближе ей, чем подбор одежды. Планерка была в самом разгаре, когда в очередной раз зазвонил телефон, и Эмили, поднявшая трубку, подскочила со стула. Подскочила и унеслась в кабинет Миранды. Энди проводила ее недоверчивым взглядом. - Я не помню, чтобы звала Вас, Эмили. Идите и займитесь делом, - Миранда даже не повернула головы. - Миранда, звонили с охраны. Там стоит мистер Томлинсон. Только это заставило Миранду отвлечься и на мгновение удивленно замолчать. - Вы сказали, чтобы они пропустили его? Не стойте, встретьте его. Планерка разом закончилась, что однако вызвало только радость у всех, кто находился в кабинете. Сама же Миранда напряженно стояла у стола. Энди со своего места молча наблюдала, ей ничего не поручали. Через несколько минут вошел высокий мужчина в очень дорогом темно-синем костюме. Отглаженные брюки, белая рубашка, галстук и паше в цвет… с букетом в руках. Цветы тут же были отданы помощнице, а мужчина прошел в кабинет, с порога начиная разговор. - С девочками все в порядке, я пришел повидать жену, раз дома это почти не удается сделать, - Энди видела, как расслабилась и немного неуверенно улыбнулась Миранда. А потом Эмили закрыла за ним стеклянные двери и, подхватив Энди под локоть, утащила ее на кухню. - Теперь мы будем здесь. Двери в приемную я закрыла, никто не посмеет войти, в ее кабинет – тоже. На кухне стульев не было, поэтому рыжая села прямо на пол у стены. - Садись, это может быть надолго. Из кабинета был слышен разговор, тихий смех, но слов нельзя было разобрать. Зазвонил телефон, и Энди как можно быстрее подбежала к своему столу. - Офис Миранды Пристли… А дальше она не услышала, потому что как-то само собой получилось – она взглянула через стекло дверей кабинета. Только с ее места был виден угол, в который Миранда уходила, чтобы побыть в невидимой зоне... вот и сейчас стояла там со своим мужем. А он целовал ее. Его пальцы скользнули по ее шее, плечам, она послушно опустила руки, и жакет упал на пол, оставив ее в блузке и в чертовом карандаше, в котором она выглядела как… Энди сглотнула. Стивен остановил руки на ее бедрах, скользнул выше к пояснице, прикасаясь смело, но деликатно – точно по линии приличия, и за поясницу прижал женщину к себе, окончательно уничтожая ее помаду. А Миранда… целовала в ответ, обняв его под пиджаком, и слушала, что он шептал ей в губы, судя по поднимающимся уголкам, что-то приятное. Энди положила трубку и, вернувшись на кухню, села на пол рядом с Эмили. - Они целуются! – в шоке прошептала она. - Ну да, они женаты, знаешь ли, - Эмили пожала плечами. – Кто звонил? - Не знаю… - Эмили удивленно посмотрела на коллегу и хмыкнула. - Он обожает ее, - задумчиво протянула Эмили, обхватив колени руками. – Ты бы видела, как он за ней ухаживал! Девочкам, воспитанным на «Золушке», такое в самых розовых снах не привидится. Ее кабинет просто не мог вместить всех цветов, которые он дарил. Концерты, выставки, спектакли… она сдалась после уикэнда во Флоренции, куда он ее увез послушать оперу. Домогался больше полугода. - А она что? – от рыжей было непривычно слушать такие откровения. - А что она? Как обычно отстраненная холодная сука. Но и она поплыла в конце. Однажды она пришла в голубом платье, сияя глазами и кольцом на пальце, и я поняла, что он получил свой подарок. Видимо, даже ее можно убедить. Он, по сути, отличный вариант для нее. Чертовски умный, с отличным чувством юмора, баснословно богат. Он тоже разведен, взрослый сын. И просто одержим ею. Поэтому он так бесится, когда она задерживается. Хотя… его понять можно, правда? – Эмили криво ухмыльнулась и толкнула плечом сидящую рядом Энди. – Миранда тоже очень горяча. Энди совсем, совершенно и абсолютно не была готова обсуждать сексуальную жизнь Миранды. И вовсе не потому что интересно не было. Было. А потому что почувствовала себя… смешной. Ей то казалось, что протянулась какая-то ниточка взаимопонимания между ними, что это может что-то значить. Но что это, ради всего святого, может значить для женщины, к ногам которой уже положили мир. Послышалось легкое шуршание открываемой двери, и обе помощницы подскочили на ноги. Энди несмело вышла следом за Эмили из кухни. Миранда стояла в приемной уже снова в жакете, под руку с мужем. И пока Стивен что-то говорил Эмили, Энди перехватила взгляд женщины. Она не хотела смотреть на нее, не хотела видеть следы помады, румянец, но все же не выдержала искушения увидеть распаленную Миранду. Не было никаких следов поцелуев и жарких объятий, никакой стертой помады – все как всегда безупречно. Только глаза. Темные, горячие глаза мазнули по младшей ассистентке, не в силах или без нужды фокусироваться, и Энди показалось смущение в них. Невозможно остро захотелось узнать, что он шептал ей. - Книгу жду вечером. Андреа, примерка на завтра. Предупредите всех, что у них будет на один день меньше времени на работу с ошибками – в их интересах быть завтра готовыми. Стивен забрал пальто супруги и потянул ее к выходу. Уже в дверях Миранда снова коротко взглянула на Энди и отвернулась. Вечером она никак не могла найти себе место. Упросив Эмили отвезти Книгу, она быстро сбежала домой. Нейт был рад, но это почему-то не интересовало. Вино на кухне нашлось быстро, какие-то остатки вчерашней пиццы… Энди пила бокал за бокалом, в какой-то момент начав плакать. Все было бесполезно. Сказке конец. И сегодняшнее утреннее «прелесть» ничего не значило. Маленький осколок света в ее памяти. Было глупо, тысячу раз глупо мечтать о таком. Но как всегда невозможность достижения или получения обличает истинную ценность и отношение. И Энди начинала понимать всю глубину ямы, в которой увязла. И да, утром, когда она летела в офис почти на два часа раньше, ее состояние можно назвать влюбленностью. В мир, в работу, в красивую одежду, и в Неё. А сейчас, через двенадцать часов, она получила вполне себе зрелое чувство, окрашенное в черно-красный цвет боли и горечи – цвет отказа? Что теперь было делать? Как с этим чувством в груди дышать, работать и да, есть же еще Нейт. Уснула она поздно, изводя себя мыслями о том, куда он забрал ее с работы, и чем они занимались потом. Всю ночь ворочалась, убегая от снов, в которых Миранду целовал ее муж, расстегивая на ней блузку, прижимал к постели… она слышала ее стоны… а потом будто бы она сама поцеловала Миранду. И ощущение непокорных губ под своими заставило ее проснуться от жестокого приступа желания. Утром, разумеется, Энди чувствовала себя по-настоящему несчастной. Быстро проглотив приготовленный парнем завтрак, она оделась, взяла сумку и вышла на лестницу. Сегодня, впервые за несколько месяцев, она серьезно обдумывала смену работы. Она не знала, как теперь посмотреть на Миранду. Конечно, ничего не случилось. Мало ли, где они целовались с Нейтом – никогда их это не смущало. А тут в своем кабинете, за закрытой дверью, с законным мужем. Она не подсматривала за ними, и в увиденном, в принципе, не было ничего неприличного – его руки тогда на ней были восхитительно галантны. Голова раскалывалась нещадно. - Прекрати это, ради Бога! – Миранда почти шипела на ассистентку, когда та слишком порывисто забрала стакан из-под кофе, и остатки выплеснулись на ковер. - Простите, Миранда… я сейчас все уберу… - Мне не нужна сотня извинений! Мне нужна работа! Она раздраженно встала со своего кресла, давая помощнице больше места, чтобы убрать, взяла эскизы и направилась в приемную. - Эмили, я в арт-отдел. Проследите, чтобы к моему возвращению младшая ассистентка пришла в себя. Эмили подпрыгнула на месте и вызвала клининг. - Отойди оттуда! Только пятно размажешь! Энди виновато проскользнула в кухню, чтобы выбросить мусор, и прижалась лбом к холодной плитке стены. Надо было взять себя в руки. - Что с тобой? – слова прозвучали скорее непонимающе, чем воинственно. – Ты очень странно себя ведешь в последнее время. - Мне надо уйти отсюда, Эмили. Я не могу больше работать здесь. - Что ты несешь?! – вот теперь в голосе слышались все оттенки злости. - Видеть Миранду сил больше нет, - Энди продолжала прижиматься лбом к стене. Эмили молчала. По слышимому дыханию было ясно, что ей много есть, что сказать, но она молчала. - Но почему? Ты же вроде привыкла. Она, конечно, не ко всем так вяжется со странными заданиями как к тебе, но ты же справляешься. Гарри Поттер – это да, верх идиотизма, но и с ним ты справилась… что случилось-то? Эмили оттолкнула Энди от стены и увидела абсолютно несчастное лицо. - От парня, что ли, ультиматум? – она нахмурилась. Энди смотрела в ее глаза и давила в себе ужасное желание признаться. Ничего не случилось ведь! Как объяснить, что с ней происходит? Как объяснить, что вдруг все стало таким очевидным. Тот визит Стивена на прошлой неделе будто сдернул пелену с глаз. И теперь все так прозрачно и обнаженно невозможно… огромные глаза наполнились слезами, она только качает головой, не в силах произнести и слова. - Эмили! – послышалось требовательное из приемной, и рыжая, жестом приказав Энди оставаться тут, убежала. Энди зажмурила глаза, закрыла их руками и снова прижалась к стене – хотелось кричать. Она слышала, как в приемной, вот прямо за стеной, говорила такая ей дорогая женщина, такая нужная… такая бесконечно далекая и недостижимая. Слезы текли ручьем. Она зажмурилась еще сильнее, зажала руками уши, чтобы не слышать этот голос. Эмили вернулась и взяла рыдающую Энди за плечи. Энди отчаянно качала головой, продолжая сжимать губы, чтобы Миранда не слышала всхлипов, ее глупой истерики – ни к чему это. Эмили развернула ее от стены к себе, вытерла ладонью лицо, убрала челку, прижала холодное полотенце ко лбу, к щекам. Но Энди все равно отказывалась открывать глаза – ей впервые в жизни хотелось умереть. Прямо сейчас. Хорошо это не могло закончиться. Ноги подкосились – Эмили помогла опуститься на пол и села рядом, совсем как тогда, когда рассказала ей такую красивую историю, такую, какой история ухаживания только и должна быть. - Я не могу… прости, не могу пойти к ней… - Энди схватила Эмили за руку и прижалась лбом к ней – неважно куда и как – глаза были плотно закрыты. Пусть Эмили была невысокого мнения о ней, пусть ехидничала, пусть почти презирала, но сейчас она была здесь, держала дурацкое полотенце, позволяла плакать на плече. – Почему так… ну почему? Ну почему именно она… - слезы снова потекли, а дыхание стало судорожным, Энди снова прижала руки к лицу. – Почему она любит его… почему только его… - она все равно не могла это произнести. Это должно исчезнуть, пройти. Ей так больно… Постепенно рыдания стихали, и Энди смогла дышать ровнее, упираясь лбом в плечо рыжей, пока та поглаживала ее саму по плечу. В конце концов, может, со временем это забудется… она открыла опухшие глаза и заморгала. Разве Эмили сегодня в розовой блузке? Понимание молотом ударило по голове. Миранда молча вытерла последние слезы влажным полотенцем и протянула его Энди. Извиняться, наверное, было ни к чему. Обреченность ее положения и ситуации была на ее стороне – можно молча выслушать приговор, хуже то что уже могло быть? Миранда поднялась на ноги, помедлила и протянула девушке руку, предлагая помощь. Энди неуверенно взглянула в лицо женщины, обхватила ее руку своей и тоже поднялась. Кивнув, Миранда вышла из кухни, куда через минуту заскочила Эмили с огромными от ужаса глазами. - Прости, прости! Она спросила, где ты, и ты плакала, она услышала и не позволила мне… - быстро говорила британка, сожалея. Через какое-то время приведя себя в порядок, Энди заняла свое место за столом, и день продолжился. Миранда не звала, и Книгу поручила сегодня доставить Эмили. Что ж. Энди закончила разбираться с письмами, собрала свои вещи и отправилась домой. Там предстояло еще объясняться с Нейтом. Хотя, что тут было объяснять, с ним то как раз давно все было ясно. Она шла по улице, опустошенно раздумывая о том, что Миранда могла бы поговорить с ней. Или, например, остаться подольше, или поручить Книгу… но она действительно была старше, она была замужней женщиной, и поступила, пожалуй, единственно правильно, у нее на все это был свой взгляд. Взгляд, с которым надо считаться, раз уж Энди так неожиданно воспылала к ней… когда это началось – неизвестно, оно просто было. Больше она не спешила на работу пораньше. Они обе негласно решили избегать лишних разговоров и встреч. Энди не чувствовала себя обиженной, нет. Миранда делала все очень деликатно. Она не игнорировала ее и не делала вид, будто той нет. Но не произносила имя, не просила что-то лично, не комментировала, не оценивала и даже кофе просила через Эмили, поручив ей распределять между ними задания. Энди в какой-то момент поняла, что играет роль молчаливого исполнителя, или лишилась права голоса. На все показы и примерки теперь ездила Эмили. И, надо было признать, Энди скучала по Миранде. По ее вниманию, ее словам, оценкам, странному чувству юмора. Но на душе после тех слез на плече у Миранды стало чуть легче, светлее. Своеобразное у нее вышло признание. - Андреа, - послышалось негромко из кабинета. Энди совсем не ожидала услышать свое имя спустя несколько недель, но быстро поднялась и подошла к столу. – Мне нужно, чтобы Вы определились: остаетесь ли здесь или мы ищем новую ассистентку. Миранда крутила в руках очки, не глядя на нее. - Вы хотите, чтобы я ушла? – неожиданно внутри не было волнения. Она чувствовала, что все так и должно быть. Ей было дано достаточно времени, чтобы успокоиться. - Этого, насколько я поняла, хотели Вы. В сложившейся ситуации, думаю, это хороший выход. А вот сейчас стало больно, в груди тихонько заныло. - Хорошо, Миранда. Я сейчас же принесу заявление, - женщина кивнула и вернулась к ноутбуку. Так Энди уволилась из «Подиума». Без выговоров, без ошибок. Ее не выгнали, ей пошли навстречу. Со временем острота прошла. Она перестала воспринимать эту боль как наказание или отказ. Миранда не причинила ей боли, не разбила сердце и действительно ни в чем не виновата. Просто в жизни, видимо, редко что идет по плану. Она ужасно скучала по своей своенравной начальнице, по адреналину, который она всегда приносила с собой. Работа в «Зеркале» была интересной. В целом, она получила то, что и хотела с самого приезда в Нью-Йорк. И, конечно, и в этом помогла Миранда, написав рекомендательное письмо. Гэрри, уже потом, признался, что это была самая короткая и самая впечатляющая рекомендация, которую он видел в жизни. Энди улыбнулась – да, в этом была вся Миранда. Однажды увидев ее, пообщавшись с ней, почувствовав ее одобрение, попробовав ее внимание – ты навсегда оставался в ее плену. С этим невозможно было бороться, только смириться. Смириться Энди надо было и с тем, что она навсегда останется раненой любовью к Миранде Пристли. И эта рана сделает ее лучше. Вдохнув поглубже, Энди бодро зашагала домой. Конец (ли?)