Укажи пальцем на родную галактику

«Если вселенная бесконечна действительно значит есть куча копий нашей планеты где-то сейчас происходят те же события копия меня пишет копию песни этой»

Noise MC

Арсений всю свою жизнь верит, что его судьба ходит где-то совсем близко, но он никак не может её поймать. Тем не менее, он точно знает, как распознаёт её, ведь когда-то давно в детстве, бабушка раскрыла Арсению мировую тайну, как именно определить родственную душу. Смотря на свой указательный палец, бывший мальчик и нынешний мужчина понимал, что у его судьбы, на том же самом месте будет идентичная родинка. Так было у мамы и папы, у дедушки и бабушки и у Арсения. Только, когда он найдёт. Воодушевившись тогда, Попов рассматривал пальцы всех девчонок в его классе, в театральном кружке, на танцах, рисовании. Ещё тогда он немного отчаялся, ведь на детских пальцах был либо лак, либо краска, шариковая паста или вообще песок. С возрастом эта привычка и установка никуда не делась. Каждый раз заводя новое знакомство, Арсений ненароком поглядывал на пальцы. Те были теперь с длинными ногтями и украшены множеством колец и перчаток, но той самой родинки-не было. Теперь степень отчаяния росла в геометрической прогрессии. Арсений сам ругал себя за убежденность в детской сказке, но ничего не мог с этим поделать. И ладно бы, если те, с которыми он встречался, были интересными. Попов бы возможно и закрыл глаза на отсутствие родинки, но девушки были до ужаса скучными и Арсений искренне недоумевал, почему так происходит. —Меня зовут Оля, а ты Арсений, да? Он? Арсений, да. —Да, приятно познакомиться. Совершенно неприятно познакомиться и осознавать это было куда неприятнее того тяжелого аромата, что исходил от Оли.Смотря на пустые глаза напротив, красные ногти и разговоры ни о чем, Арсений все больше скатывался по дивану куда-то вниз. К самобичеванию. Этот ресторан он выбрал только потому что ехать недалеко, да и открылся он совсем недавно, ведь на прошлой неделе только довешивали буквы над парадным входом. "Space" так называлось это место, было действительно космическим, и стараясь отвлечься от мыслей, что он опять проштрафился и девушка сидящая напротив, его совершенно не заинтересовала, Арсений с только приходящим удовольствием. рассматривал обстановку: глубокие синие стены, где-то градиентом переходящие в чёрный; острые звёзды, которые светятся в полутьме люминесцентной краской; вихри шелковой материи, которая кажется чем-то внеземным, ведь колышется от легкого ветра, создаваемого потолочными вентиляторами. Здесь прохладно, как подстать космосу и Арсения даже немного стала есть совесть, ведь выбирал ресторан без должной эмоциональной окраски, которая ему между прочим присуща. Сидящая напротив Оля сюда абсолютно не вписывалась, у неё были широкие манеры, завышенные амбиции, сбитые речи об успешном успехе и Попов с грустью думал, что если ей и есть место в этом космическом пространстве, то только в качестве неизведанного или в край, космического мусора. Думая об этом, Арсений вновь стал ругать себя за подобное отношение. Сам выбрал, сам договорился о встрече, так почему ему так плохо видеть её и понимать, что хотел бы остаться один и погружаться в атмосферу этого места? Здесь нет места шуму, тут глубоко и тихо. Эта тишина поглощает любые звуки и шорохи, а кожаные диваны по обе стороны от стола, лишь сильнее утягивают в космический омут. —Вы готовы сделать заказ? Рядом возник официант, которого можно смело отнести ко внеземной цивилизации. Белые вьющиеся волосы, отливающие серебром, блестящие в омуте полумрака зеленые кошачьи глаза,легкая улыбка и длинные пальцы, которые держали небольшой планшет для заказов. —Да, —включился Арсений и опустил глаза в меню. На него, сверкающими буквами смотрели довольно-таки странные блюда, которые по-хорошему надо было изучить перед подходом официанта. Арсений закусил губу и нервно забегал взглядом по столбцам и предложенным блюдам, пока зеленые заинтересованные глаза смотрели на острый профиль посетителя и что-то выискивали. —Давайте я наверное,—вскинула брови Ольга и официант перевёл незаинтересованный взгляд на неё —Это... метеоритный дождь? Что это? —Блюдо из трюфелей в сливочном соусе и базиликом, все это подаётся в широкой и глубокой тарелке, в картине метеоритного потока. —Фигня какая-то. — цокнула девушка и брови Арсения взлетели наверх. Он принялся с ещё большим усердием смотреть в меню. —У вас тут блюдо… "Комета" в сладком, это что такое?— мягко поинтересовался Арсений, заглядывая в глаза терпеливому официанту. Тот по-кошачьи улыбнулся и слегка прогнувшись в пояснице, опустился локтями на стол. —Смотрите, — от него пахло мятой и яблочным уксусом, а Арсений то и дело смотрел на длинные окольцованные пальцы, которые наверняка были прохладными и мягкими,—Это десерт из карамели и яблок. Яблоки запекаются при определенной температуре, позже их по особой технологии нарезают, и потом они засахариваются в горячей карамели несколько минут. Как вам? Арсений честно сказать не сильно то и вникал в смысл слов, ведь, пусть и наглым, но все-таки образом, он пялился на ровный нос, длинные ресницы, кошачью улыбку и блестящие глаза официанта, которого оказывается звали Антон, как гласил бейджик на его синей рубашке. —Это.. очень здорово, — проморгался Попов, а официант с чеширскими манерами отпрянул от стола,—Пожалуйста метеоритный дождь, комету и..что ты будешь пить? Оля фыркнула и ткнула пальцем в первым попавшийся коктейль. —Ага, Андромеда, хорошо, — закивал головой Антон, набирая в планшет заказ, —А вы, что пить будете? Я могу посоветовать "Волосы Вероники", это очень нежный и воздушный коктейль, вам должно понравиться. —Да, звучит неплохо. —Значит ваш заказ: два метеоритных дождя, две кометы, коктейли "Андромеда" и "Волосы Вероники". Все верно?—Антон поднял хитрые глаза на Арсения и тот, крепко сцепил под столом руки, потому что невообразимо захотелось потрогать шёлковые щёки официанта. —Д-да, спасибо. "Все дальше было бессмысленно" подумал Арсений, смотря на удаляющуюся широкую спину официанта.И этот вечер, и этот день, и эта встреча- все это, было теперь бессмысленно, ведь только что, Арсений наконец понял, зачем он сюда пришел. И это уж точно не для долдонящей без остановки Оли, которая должна была стать центром сегодняшнего вечера, но не стала. Оглядываясь вокруг, мужчина начинал замечать, как ранее разбросанные хаотично звезды, стали соединятся в созведия, названия которых он когда-то учил. Вот большой пёс, возничий, дракон,Кассиопея, лира, кит,пегас, феникс и кажется, хамелеон. На глазах рождаются галактики, метеоритные дожди, кометы и далекие планеты.Здесь все измеряется в световых годах, и с теперь уже легкой душой, Арсений думает, что ни в одном из них, он не хотел бы быть вместе с Олей. И дело уже даже не в её характере или образе жизни, возможно, он бы закрыл на что-то глаза, ведь полюбил бы её; все дело в официанте, который скоро принесёт с собой метеоритный дождь, комету, галактику Андромеду и созвездие волос Вероники. Переведя взгляд уставших глаз на Олю, Арсений вдруг понял, что она все это время что-то говорила и его посетило чувство жалости. Ей также одиноко как и ему, также некому рассказать все, что сидит в душе, вот только разница в том, что она все выскажет, откроется можно сказать случайному незнакомцу, а он так не может. И это вызывает долю восхищения в Арсении. Зеленая рубашка, которую Арсений предусмотрительно закатил, теперь просилась раскататься обратно, потому что постепенно становилось всё прохладнее. Задумавшись над тем, что это не совсем верно, что возникает желание закутаться, ведь так делают в магазинах, чтобы посетители не занимали долго примерочные, Арсений принялся натягивать примятые рукава на тонкие запястья. —Ваш метеоритный дождь,—возник рядом Антон и с особой легкостью поставил две тарелки на стол. Это действительно было похоже на космическое явление, ведь даже неведомый Арсению соус создавал штрихи мимолетного движения, а сливочный соус выглядел горящими планетами вокруг. —Вы замерзли?—обеспокоено спросил официант, глядя на немного озябшего Арсения, который вопросительно вскинул бровь,—Рукава откатали, руки спрятали. —А-э, да. Замерз немного.— смущенно кивнул Попов и слабо улыбнулся, смотря как Антон подошел к барной стойке в конце зала, и взяв в руки пульт, уменьшил подаваемый холод. Прохлада постепенно сошла на нет и Арсений расслабился. Занятая блюдом Оля ничего не говорила и мужчина решил последовать ее примеру. Не сказать, что Попов был любителем чего-то нового и изысканного, но и попробовать он не был против. Хоть и стоило это удовольствие очень не дешево, а свидание перестало быть свиданием еще даже не начав им быть, Арсений не испытывал жалости по поводу потраченных средств, сам недоумевая, как так вышло. Конечно же он понимал, что все дело в загадочном официанте, что плавно двигался по всему залу, разнося заказы остальным посетителям. Он выглядел действительно как кот из Кэролловской сказки, ему не хватало только возникать в воздухе и летать по залу без помощи ног. Было видно, что он очаровал не только Арсения, но и многих посетителей которых тот обслуживал. Те оборачивались в след ему с живым интересом в глазах, а позже, перешептывались, делясь впечатлениями. Арсений специально медленно ел, чтобы как можно дольше рассматривать Антона.Несколько раз ему пытались в расчетную книжку вложить номер телефона и даже выходило, но официант очаровательно улыбался и выкидывал бумажку в урну за баром, за что получал насмешливый взгляд бородатого бармена. Смотря в собственную пустую тарелку и на подкрашивающую губы Олю, Арсений понимает, почему в их сторону движется Антон с подносом. —Сейчас принесу десерт, он как раз готов. С тем, что комета выглядит сногсшибательно и действительно космически, Арсений с Олей соглашаются сразу, как столько Антон вынес ее из кухни.Это были два глубоких прозрачных блюда, в которых лежали шары, покрытые карамелью. Они светились подобно настоящим кометам, а горячая карамель, придавала вид горящего небесного тела, что летит и даже на внеземной скорости не может остыть. —Ваш десерт, приятного аппетита. Острожно едите, прежде чем есть, необходимо наколоть на шпажку кусочек и поду- —Блядь!—грязно выругался Арсений, чувствуя, что раскаленная карамель капнула на бедро. Он не заметил, как официант молниеносно схватил салфетку и принялся собирать карамель, потому что было довольно-таки больно, аж до искр из глаз. Зачем так горячо? —Извините, возможно, нужно было дать остыть блюду чуть дольше. Пройдемте со мной. Арсений резко встал и запыхтел о том, что ему вовсе не нужна помощь, но бедро адски пекло, а смотрящий прямо в глаза Антон, что уже вел его в глубь зала, не дал шанса сказать нет окончательно. Глаза официанта испугано бегали по лицу Арсения, который сейчас не очень соображал отчего именно у него ведет голову: от раскаленной карамели на бедре, или от холодных пальцев Антона, что чувствуются даже через рубашку. —Я не хотел, извините пожалуйста. Нужно было действительно подождать, пока остынет, она не должна так капать! Арсений нашел в себе силы перехватить прохладные пальцы, что закатывали рукава рубашки. —Антон, все в порядке, я не буду писать никаких жалоб- —Да причем тут жалобы!—смотрел куда угодно, только не на Арсения Антон,—Вам же больно. Арсения подобная забота заставила улыбнуться и сжав чужие руки в легкой хватке, прижал их к чужой груди, а после, открыл кран и принялся холодной водой смачивать штанину, вместе с горящей кожей. Антон смотрел на спокойного гостя, что сжимая губы, спокойно смачивал штанину и потихоньку сам приходил в себя. —Давайте…я наложу мазь, холодная вода не очень поможет, это же карамель,— спокойно проговорил Антон, остановив движение руки, одним касанием,—У нас тут аптечка у шефа в кабинете, если вы посидите здесь всего минуту, я сбегаю. Арсений, смотря на всю происходящую ситуацию, прикрыл глаза и слабо фыркнул. Вот он, тот официант, который пять минут назад лавировал меж столиков с очаровательной улыбкой и кошачьей харизмой, а сейчас, глядящий потеряно, но также невообразимо привлекательно, ведь белые волосы в туалетном свете, теперь высвечиваются нимбом, а длинные холодные пальцы обхватывают его собственные, так спокойно и так правильно, будто они знакомы всю жизнь, а не каких-то полчаса. От волнения Антон вспотел, отчего ему на лоб приклеилась мелкая волнушка и Арсений готов поклясться, что ничего так сильно в этой жизни не хотел, как убрать ее пальцем в общую густоту. Идя на риск с поднятой головой, он высвобождает руку из под Антоновой, позволяя ей лежать на собственном бедре, а сам, плавным движением совершает задуманное. Зеленые глаза напротив теряют искреннее волнение и темнеют, становясь чисто изумрудными, а пухлые губы мягко улыбаются, ведь их хозяин чувствует, что в волосы робко вошла вся пятерня. —Не надо никуда идти,—тихо прошептал Арсений и перевел взгляд на губы,—Я как нибудь сам справлюсь, Антон. Не чувствуя больше боли от ожога из-за лежавшей сверху прохладной кисти, Арсений провел рукой по щеке официанта и заглянул в чужие глаза с немым вопросом. —Ваша дама, такая скучная.—промурлыкал Антон, подставлять под чужую ласку, прикрывая глаза от неизведанного удовольствия. —Она не моя дама,—в тон ответил Арсений заправил белоснежную прядку за ухо,—Я с ней в первый раз увиделся. —И сразу изменяете?Тц-ц-ц, как некрасиво с вашей стороны.—фыркнул на ухо Антон и подошел в плотную к Арсению. —Что же поделать, если меня очаровал зеленоглазый официант. —Как тебя зовут?—сдался Антон и провел носом по ушной раковине, вдыхая запах хлопка и немного мускуса. —Арсений. —Арсе-е-ний,—плавно протянул Антон, хрипло шепча в чужое ухо,—Ты безумно красивый, Арсений. Ответом Антону стал легкий поцелуй в щеку, и поняв, что ему дают зеленый свет, Шастун наощупь нашел чужие губы. Сидящая в зале Оля уже позабыла об Арсении, посчитав его неудачником, и уже во всю сидела в запрещенной социальной сети. Арсений же, подставляя шею под чужие поцелуи и выгибаясь в спине, лишь тихо стонал в чужие губы и надеялся, что их никто не услышит. Их действительно никто не услышит. В этом космическом пространстве, где миллион других галактик и миллиард других планет, созвездие «Волос Вероники» наконец нашло своего возлюбленного, который на своем теле собрал такую же галактику, с кучей созвездий и горящих, колючих звезд. Будто ударившись током, Арсений слегка отпрянул от мягкого Антона и взяв чужую руку в свою, аккуратно перевернул ладонь вверх, увидев то, что искал столько лет. На указательном пальце сидела точно такая же родинка, как и у него. Все Арсеньевские родинки Антон Шастун будет целовать еще не один раз, создавая новые галактики и уж точно не в пределах одной вселенной.