Всё для тебя

      Годжо могут считать идиотом. И, возможно, он даже согласится с этим, но никогда не признает этого вслух, ухмыляясь и делая вид, что не понимает, о чём ему пытаются сообщить. Однако так могло быть, но Сатору даже не даст знать никому, от чего его посчитают придурком ещё больше, чем думают про него сейчас.       Всё дело в Юджи. Тот самый Итадори Юджи, который появился в его жизни так резко из-за съеденного пальца Сукуны аж четыре года назад. А ведь, не сделай он так, они бы не встретились. И Годжо даже рад, что существует такое мощное проклятье. Точнее, существовало. Уже год как великие маги смогли одолеть Рёмена, который высвободился из тела Юджи и был повержен. Тогда для магического мира настал праздник, ибо заклятый враг погиб, и настало счастливое будущее для растущего поколения.       Сатору всего двадцать восемь лет. Когда он только встретил Итадори, ему было двадцать четыре, а подростку — пятнадцать. Тогда он поразил Сильнейшего своей храбростью и физической силой, что у него была. В каких-то моментах был не особо опытен в силу возраста, но это не страшно. За время обучения в техникуме он набрался опыта, сражаясь с очередными проклятиями первого уровня, доходя до особого. Годжо действительно гордится парнем, называя его глубоко в сердце любимым учеником, вкладывая в это звание намного больше смысла, чем может показаться на первый взгляд.       Шли месяцы, годы, а Сатору всё больше проводил времени со студентом, украдкой глядел на него дольше дозволенного, восхищался его боевым духом в таком юном возрасте. Ведь до поступления в техникум Юджи был самым обыкновенным подростком, ходящим на дополнительные курсы и заботящимся об единственном родственнике — дедушке. После смерти того парень не терял духа и был готов на всё, чтобы спасти человечество. От осознания этого факта у Годжо не хватало слов сказать ему, как он им гордится. Попросту не умеет, но очень хочет. Потому что понимал, что влюблялся в него.       Это было запрещено. Нельзя любить своего студента, который значительно младше него, но Сильнейшему было всё равно. Он ничего не мог с собой поделать, ведь при каждом взгляде на Юджи сердце замирало. Если бы не повязка, прикрывающая глаза, то все бы точно раскусили настоящее отношение преподавателя к своему ученику. Потому что он постоянно на него смотрел, не отрывая взгляда каждый раз, когда выходила возможность. Сатору был окрылён любовью и вёл себя, как дурак, что остальные списывали на его обычное поведение.       Вообще, ему было на руку, что у Годжо такая репутация: человек, любящий нарушать чужое личное пространство. И он этим активно пользуется — не упускает момент, чтобы лишний раз прикоснуться к своему личному источнику счастья и желания жить, защищать мир, защищать свой сорт слабости. Потому что, да, его слабое место — Юджи. И какое счастье, что этого так никто и не узнал. Сатору убьет любого, кто посмеет отрубить хотя бы волос с его головы.       Когда он понял свою влюблённость, то сначала был смех, мол, да не может такого быть. Сатору Годжо, сильнейший маг во всём магическом измерении, обладающий невероятной харизмой, красотой и умом, влюбился в простого ученика. Хотя, это сомнительная мысль, ибо Итадори не был простым учеником. Он был необычайно красивым, умным, заботливым, тактильным до безумия, весёлым, мужественным. Сильнейший готов целыми днями перебирать прилагательные, точно описывающие юношу. Потому что всегда знал, что в Юджи скрывается много особенного. И был прав. Ведь просто своим существованием заставил влюбиться наилучшего шамана в современном мире.       После осознания своих чувств Годжо не пытался избегать подростка. Наоборот, он был так ими окрылён, что позволял себе быть ближе к нему настолько, насколько это возможно. Юджи порой смущался из-за постоянных объятий своего сенсея, но также был рад, что у них были хорошие взаимоотношения. Потому что Сатору бы не позволил случиться обратному. С самого первого взгляда он ощутил в этом парнише надежду на светлое будущее. Он был словно спасательный круг, за который цепляешься из последних сил, пока сам задыхаешься в мировом океане.       Да. Сатору влюблён и очень сильно. Вряд ли позволит кому-либо сделать больно его счастью. И будет неважно, если Итадори сам влюбится в кого-то другого. Годжо будет рядом всегда — наблюдать со стороны, жить благодаря единственному свету жизни среди тёмных коридоров и тихо любить. Главное, чтобы его лучик не угасал никогда.

***

      — Хей, Юджи, — с широкой улыбкой тянет его в объятия Сатору, когда оказывается в его комнате, на что тот со смущённой улыбкой прижимается головой ему в живот, ибо сидел на кровати, а сенсей стоял. Эта поза была уже привычной. Итадори будто ощущал себя в безопасности, находясь рядом. От этого становилось неловко, но не менее приятно.       — Здравствуйте, Сатору-сан. Вы в хорошем настроении? — отстраняет голову, чтобы посмотреть на его лицо. На глазах, к сожалению, была повязка, но это было на постоянной основе, так что парень привык.       Годжо совсем недавно стал просить называть его по имени. Около трёх недель назад. Это до ужаса смущало Юджи, но приносило удовольствие преподавателю. Потому юноша звал его Сатору-сан, чтобы порадовать старшего.       — Да. У меня прекрасное настроение, и я захотел кое-куда тебя отвезти, — улыбается Сильнейший, потрепав такие родные волосы любимого… Студента.       — Ого. Куда? Сейчас? Не слишком поздно? — засыпал вопросами Итадори, на что сенсей ухмыльнулся.       — Меньше вопросов, Юджи-кун, — он коснулся пальцем его носа, на что тот очаровательно покраснел. Какая милота. Было бы хорошо, если бы он имел права коснуться губами вместо пальца, но понимал, что нельзя.       Когда-нибудь Сильнейший решится признаться ему в своих чувствах. Но самая главная задача — не терять из вида Юджи, быть рядом и радовать как можно больше, засовывая свою любовь куда поглубже, акцентируя своё внимание только на счастье самого Итадори. А про себя успеет подумать потом.       — Ну хорошо, — отзывается парень, получая в ответ любящую улыбку.       — Замечательно. Тогда собирайся, — чуть не хлопает в ладоши Сатору и, напоследок потрепав ему волосы, отстраняется из объятий и уходит из комнаты Юджи, чтобы пойти в свою.       Оказавшись на безопасной для него территории, Годжо укладывается на диван и смотрит в потолок, не переставая улыбаться. Кто-то может страдать из-за неразделённой любви, но Сатору поступает по-другому. Вместо того, чтобы задумываться о ложных надеждах и убиваться, он направляет свою любовь на человека, в котором видит желание жить. Плевал на то, что его могут отвергнуть в любой момент. Пока Юджи улыбается, на душе Сильнейшего вечная весна.

***

      Юджи часто замечает пристальные взгляды к своей персоне от своего преподавателя. И неважно, где он оказывается — сенсей будет поблизости всегда. И сначала это пугало и настораживало, но со временем Итадори даже становилось мало, ибо иметь возможность быть рядом, но при этом быть так далеко было невыносимо. Потому что ему хотелось большего.       Объятия сенсея смущали до покраснения, но успокаивали. Дарили ощущения тепла и уюта, которого порой так не хватало. Юджи чувствовал себя: в безопасности, когда Сатору-сан был рядом; особенным и в какой-то степени любимым. Ведь Годжо обнимал в основном только его. Конечно, он знал, что все ученики магического техникума — любимчики Сильнейшего, но порой сам даёт себе надежду, что Юджи не такой как все, как бы клишированно и стереотипно это ни было. Ему нравится думать, что сенсей дарит ему внимания больше, чем остальным.       Потому что любит. Любит до потери сознания и постоянного смущения. Никто не мог вызывать такую бурю эмоций, которую дарил Сатору. И мысленно представляет, что бы было, будь у них всё взаимно. Годжо бы наверняка не упускал его из объятий, дарил всё своё внимание и целовал… Ох, как же Итадори мечтает ощутить вкус губ своего преподавателя. До безумия интересно, они мягкие или слегка суховатые? К сожалению, он никогда не узнает, но поддаваться грёзам не перестаёт. От этого жизнь становится ярче.       Он никогда не озвучит свои чувства. Ему нравится то, что происходит между ними сейчас. Не хочет получать отказ, а затем — игнорирование, словно его никогда не существовало. Юджи понимает, что им быть вместе не суждено, поэтому все их моменты, проведённые вместе, ценит и хранит в своей памяти.       Будет любить тихо, забирая всё, что Сатору ему может предложить, не догадываясь о его чувствах. Звучит эгоистично, но Итадори думает, что это лучше, чем получить реальный ответ невзаимностью. Он хочет хоть немного побыть счастливым после всего, что они пережили.

***

      Сатору ведёт парня, глаза которого были закрыты его повязкой, за руки, стараясь быть осторожным, чтобы не дать ему упасть. Юджи, веселясь, не перестаёт спрашивать, что задумал сенсей. Годжо же постоянно улыбается до ушей, чувствуя в груди огромную нежность, которую испытывает по отношению к юноше от его голоса и смеха. Это самые прекрасные мелодии для ушей шамана. Лучшего он никогда не услышит. Ни одна музыка не сравнится с красотой звука, издаваемого Итадори. Сатору мог поспорить и выиграть, в этом не должно быть сомнений.       — Сатору-сан, долго ещё? — уже уставая ходить, постанывает Юджи. Они идут около пяти минут, а до этого ехали на машине примерно полчаса. И всё это время у парнишки перевязаны глаза, которые хочется открыть, чтобы увидеть, куда его ведёт учитель.       — Почти пришли, — улыбается Сатору, не преставая на него смотреть. Он радуется этой возможности, ибо у Итадори закрыты глаза, а у Сатору нет ни очков, ни повязки, что позволяет видеть его любимого ученика во всей красе.       — Ну ладно, — прикусывает губы Юджи, чтобы сдержать рвущуюся улыбку. Годжо ощутил резкое желание его поцеловать, но трясёт головой, чтобы не испортить романтический момент.       — Сейчас тебе нужно снять обувь, — говорит Сильнейший, внезапно остановившись и убрав руки.       — Зачем? — непонимающе спрашивает младший, на что Сатору приближается к его уху и шепчет:       — Доверься мне. Всё будет хорошо.       Юджи доверяет. Настолько, что готов доверить ему свою жизнь. Потому, краснея, он снимает ботинки и ступает голыми ступнями на… Песок? Пошевелив пальцами ног, он точно ощущает песок. Почему? Где они? Неужели…       — Теперь давай я открою тебе глаза, — встав позади парня и прижавшись к нему, продолжает шептать на ухо и развязывает узел. Тело Итадори покрывается мурашками от близости и смущается.       Как только с его глаз слетела ткань, Юджи зажмуривает глаза, а потом открывает. Перед ним предстала картина: солнце, готовое вот-вот выйти из горизонта и тянущееся к облакам; его лучи обдавали ярко-жёлтым, переливаемым с розовым, что предвещало о тёплой погоде завтра; безграничный океан, где не переставали звучать всплески волн; вокруг царила идиллия, спокойствие, уют. Юджи ощутил восторг, что учитель привёз его на пляж, где они могут побыть одни и посмотреть рассвет. Его сердце забилось чаще от переизбытка чувств, ведь настолько романтичным в его жизни не было ничего и никогда. И это сделал Сатору. Его любимый и неповторимый преподаватель.       — Нравится? — спрашивает Годжо, вставая рядом. Ему безумно нравится результат — парень, приоткрывший рот, не мог перестать глядеть на открывшийся ему вид. Юджи завороженно переместил свой взгляд на сенсея и засмотрелся в его небесно-голубые глаза, что своим цветом были сравнимы с бесконечным потоком вод, а своим естеством заставляли погрузиться в их глубину, забывая, где они находятся.        — Да, — шепчет он, имея в виду далеко не океан. Только об этом не знает Сатору, подумавший, что тот говорит про его сюрприз. Они смотрят друг на друга, едва дыша и не переставая улыбаться.       Годжо в который раз осознаёт всю свою любовь к этому очаровательному подростку: он любит его всего и целиком — с кончиков волос до пят. И готов делать для него всё, что скажет ему Юджи. Потому что по-другому теперь не может.       — Всё для тебя, Юджи, — он признается. Когда-нибудь потом. Сейчас он может лишь обнять его за плечи и прижать к себе, смотря на поднимающееся постепенно из горизонта солнце и всплески океанских волн.       И всё-таки, Сатору дурак. Но он ни о чём не жалеет.