Дом у Маккенези

- Ты им понравишься, - заверила парня Кейтлин, когда они ехали в машине. Аарон смотрел в окно, на серую дорогу и зелёные деревья, сменившие городские дома. Впереди показалось незаметное среди многоэтажок голубое небо. Пара выехала утром, чтобы весь день провести в доме Маккенези. Закончился первый учебный год и первый год их отношений. Тайные встречи в библиотеке, ночные переписки, разговоры за парами - год запомнился именно таким, но теперь им не нужно было скрывать отношения. - Надеюсь, - ответил Аарон. Ему было все равно на мнение будущих тёщи и тестя о нем, но Кейтлин поддерживала связь с родителями, о которых всегда хорошо отзывалась, и парень не хотел ничего портить. Он знал, что такое плохие отношения с родителями и желал любимой никогда не сталкиваться с этим. Впереди показался небольшой дачный домик. Супруги Маккенези выбрали место для отдыха недалеко от города, куда не доносился быстрый темп вечно спешащих куда-то людей и машин, но при этом природа лесов не взяла все полностью в свои руки. Над зданием из белого дерева возвышались редкие зеленые деревья. Когда Аарон и Кейтлин подъезжали, Миньярд заметил на веранде несколько горшков с цветами. Хоть он и не углубляться в ботанику, но ещё со школьных уроков помнил, что эти растения очень капризные к уходу. Судя по состоянию цветов, родители Кейтлин были с ними бережны. Марисса, мать Кейтлин, вышла на звук подъезжающей машины. Лицо женщины озаряла улыбка счастья от долгожданной встречи с дочерью и её парнем. - Наконец вы приехали, - сказала Маккенези, когда пара вышла из машины, и обняла дочь. - С самого Рождества не виделись. Здравствуй, Аарон. Рада наконец с тобой познакомиться. Отпустив дочь, Марисса на несколько секунд заключила в объятия Миньярда. - Здравствуйте, мисс Маккенези. Это взаимно, - ответил Аарон. Когда женщина убрала руки, он провел ладонью по волосам и сделал несколько шагов в сторону Кейтлин, приобнимая её за талию. - Давайте пока что пройдём в дом. Роберт следит за выпечкой, но скоро мы выйдем во двор. - А что вы готовите? - поинтересовалась Кейтлин, направившись в дом. Блондин, не убравший руки, пошёл с ней, и скоро пара поровнялась с женщиной. - Клубничный пирог. Мы недавно первый урожай собрали и решили приготовить, - ответила мать, и глаза Кейтлин радостно загорелись. - Аарон, ты должен будешь это попробовать! Папа готовит лучший клубничный пирог. - Обязательно попробую, - согласился Миньярд, заходя с девушкой в дом. Стены прихожей были увешаны фотографиями семьи Маккенези. Каждая из них была сделана в разные года, аккуратно выведенные карандашом в крайнем углу изображения, чтобы не забыть. Когда они прошли на кухню, парень увидел стеклянные окна, выставленные почти полностью в одной из стен, и между одним из рядов такую же стеклянную дверь. По всей комнате распостранялся приятный запах запечённого теста и клубники, который заставил парня представить выпечку, о которой говорила будущая тёща. Аарон редко баловаться клубникой, предпочитая ей яблоки, а в летнее время - кисловатую вишню, но в некоторых сочетания даже клубника превосходила любимые фрукты и ягоды. - Привет, пап, - поздоровалась Кейт и обняла стоящего возле духовки мужчину в фартуке. Получив ответное приветствие, она представила своего парня. - Знакомься, это Аарон. Роберт обернулся и увидел перед собой парня, который ростом его был примерно на полторы головы. Он протянул Миньярду руку, и вместо того, чтобы как-то пошутить, что с парнем из-за его роста происходило часто, спросил. - Ну что, Кейтлин не обижаешь? - сказал мужчина серьёзным тоном, от которого блондин напрягся и кинул быстрый взгляд на девушку. Маккенези старший улыбнулся и похлопал парня по плечу. - Не волнуйся, я не серьёзно. - Мне волноваться нечего. Я люблю Кейт и ничего плохого ей не сделаю. Просто напряг такой вопрос в начале разговора, - ответил Миньярд, направив взгляд прямо в глаза будущего тестя, в которых наряду с теплотой появилось уважение и доверие. - Я знаю, нам Кейт много о тебе говорила. - Милый, ты про пирог не забыл? - вмешалась в разговор Марисса, посмотрев на часы. - Мне кажется, уже стоит его доставать. Прозвенел звонок будильника, и мужчина выключил звук. - Теперь стоит доставать, - повторил он и опустил дверцу духовки. Если ранее запах пирога просто просочился сквозь отверстия, то теперь он ударил в ноздри, заманивая к приготовленной выпечке. Этот сладкий запах редко можно было встретить, но если он встречался, то был бесподобен. - Аарон, ты какой чай любишь? - спросила женщина, включая электрический чайник и доставая четыре кружки. - Черный, с тремя ложками сахара, - автоматически ответил блондин, уже привыкнув к этому вопросу. Мариссе пришлось перебрать несколько коробок с чаем, которыми, казалось, был заставлен полностью один из шкафов, и Миньярд хотел уже согласиться на одиноко стоящий зелёный чай, но коробочка с чёрным все же нашлась. - Мы ещё имбирные пряники приготовили, - сообщила Марисса, и через несколько секунд у неё в руке появилась миска с угощением, которая быстро перекочевала на стол. - Нужно чем-то помочь? - спросила Кейтлин, наблюдая за родителями. - Нет, не волнуйся. Лучше расскажите, как учёба. И на тренировках как? Аарон, если не ошибаюсь, ты играешь в команде лисов. Как ты успеваешь все совмещать? - спросил Роберт, разрезая пирог на куски. - Спокойно совмещаю. Днем - учёба, вечером - тренировки. - Не устаёшь? - уточнила супруга мужчины. Чем больше родители Кейтлин интересовались Аароном, тем больше его это напрягало. Подобное было для него непривычно, странно и настораживающе, но, посмотрев на спокойное лицо любимой, на душе стало теплее. - Устаю, конечно, как и любой другой студент, но жить можно. Марисса удовлетворённо кивнула на ответ блондина и обратилась к дочери. - А у тебя что с учёбой? Все успеваешь вместе с отдыхом? Рассказ Кейтлин выдался более подробным и ярким. Несмотря на частые созвоны с родителями, она все равно могла рассказать об учебных днях и тренировках лисичек так, словно это была их первая встреча за год. Аарону нравилось слушать рассказ девушки, комментарии её родителей и видеть теплую, приятную и доверительную атмосферу дачи Маккенези. Вечер четверо провели в разговорах ни о чем, шутках и поедании клубничного пирога, которым Аарон восхитился не только из-за запаха, но и из-за вкуса. Около двадцати минут Миньярду понадобилось на то, чтобы так же беззаботно влиться в разговор семьи. И он чувствовал себя членом этой самой семьи Маккенези, чего он не чувствовал рядом с холодной и отстраненной матерью, за которую цеплялся из всех сил. Сейчас ему не нужно было это делать. Он и так негласно был принят в семью, и для того, чтобы убедиться в этом, не стоило и спрашивать. Это чувствовалось.