First and last love

Вдыхая морской воздух, я прикрыл глаза, ветерок игрался со мной, обволакивая, щекоча кожу и развевая волосы. Вот оно. чувство, которое я искал много лет. Чувство свободы, безопасности.. Давно я позабыл значения этих слов. Взгляд переместился на море, оно завораживает. Волны соревнуются между собой, показывая свою мощь. Они бьются друг о друга, и, отдав победу другому, отчаявшись доплывают до берега. Море.. снова смотрю на эту воду, я, кажется загипнотизирован. Оно поражает и притягивает взгляд. И море всегда разное. Иногда нежное и теплое, оно ярко светится под лучами солнца, так что глазам становится больно смотреть на его сверкающую гладь. Иногда море грозное и темное. Оно перекатывается огромными валами, бурлит белой пеной, с грохотом разбивается о камни. Но такое море тоже очень красиво, ведь красота бури столь же сильно завораживает и покоряет нас, как и красота штиля. И особенно мне нравится море на закате, когда последние лучи солнца окрашивают воду в розоватый цвет. От солнца к берегу протягивается волшебная дорожка, по которой так легко уйти в мир красоты и фантазии. Я блаженно вдохнул морской воздух. Никак не могу надышаться. Столько лет бегства, а теперь я свободен. Если бы не Хван Хенджин, чье имя и фамилию я теперь ношу, кажется, не получилось бы ничего. Паспорта тут покупают за тысячи долларов, а у меня есть лишь оставшиеся 20 баксов. Я безмерно благодарен ему. Мне нужно остановится в какой нибудь гостинице.. Гуляя по улицам Рио-де-Жанейро, город в Бразилии, я смотрел на свет ламп, на здания и звезды. Эти же созвездия были на лице моей любви, моего Rayon de lumière. Его поймали гестапо и отправили в концентрационный лагерь, как я слышал, он умер от голода. Были очевидцы, что видели тело моего возлюбленного. Я хотел отдать ему паспорт покойного Хвана, что был у меня, но не успел. Мой мальчик мертв. Я больше не смогу услышать этот детский смех. В такие годы, в самое тяжкое время, он никогда не давал мне грустить. Всегда был рядом, давал надежду на наше обреченное будущее. - Rayon de lumière.. Tu me manques bébé - произнес я куда то в небо, надеясь, что это дойдет до него. Все так же гуляя по улицам, все так же скованно, я надеялся, что меня не поймают. А ведь у меня есть паспорт. С Хваном мы были очень похожи внешне, никто бы и не понял, что этот паспорт не мой, однако я все же был начеку. Мой взгляд упал на светящийся набор букв, «Sombra», гостиница. Я зашел внутрь. Меня сразу же встретил мужчина, на вид лет 50-60-ти лет. - О, добро пожаловать, хотите остановится у нас?,- сказал он по португальски. Покойный Хван научил меня этому языку, чему я был очень рад и безмерно благодарен. - Сколько стоит у вас номер, по дешевле, желательно. - Эмигрант?- сказал он так же на португальском,- на бразильца похож не был, я слышал даже акцент. - Да, именно. - Из Франции? - Верно. - Могу предложить вам комнату на втором этаже, 50 долларов в месяц. У меня было всего 20. - Но так же можете оплачивать каждый день, вам так выйдет дороже, 10 долларов,- продолжил он. Другого выхода, кроме как согласится у меня не было, ведь почему то знал, дешевле гостиницу не найду. - Хотя постойте. Есть еще одна комнатка, освободилась недавно, в месяц она стоит 30 долларов, в день 5. - Мне подходит. - Что-ж, тогда можете поселяться, вы будете оплачивать по дню, или на месяц вперед? С кармана старого костюма, что достался мне от покойного Хвана, я достал 5 долларов и отдал ему на руки, после чего, мужчина дал мне ключ от номера. - Вот и рекрасно. Я Эндрю Скотт,- он протянул руку. - Хван Хенджин,- немедля я ее пожал. - Можете пока осмотреть комнату, а я принесу нам попить. Вы ведь пьете? - Да, несомненно. - Вот и прекрасно. После я направился на второй этаж. Зайдя в комнату, меня окутало странное чувство. Горе, тоска, отчаянность.. Я не хотел ни на миг оставаться здесь, я хотел к морю, хотел к волнам, я хотел снова чувствовать то, что чувствовал у берега. У меня не было ничего с собой, кроме паспорта, само собой, и фото моего Rayon de lumière. Я снова тосковал..Хотя, была ли секунда, что я не думал о нем? Как бы я не хотел, я никогда не забуду моего лучика, мою первую и последнюю любовь. *** Мы сидели с Эндрю за столом и пили водку, что он предложил. - Тут есть места, где я мог бы работать? - С твоей внешностью, тебя бы в модели забрали,- добро посмеялся он. Я не раз получал комплименты на счет внешнего вида. Но зачем мне эта красота, когда на душе пусто? Когда моё сердце разрывается от боли, а мысли и воспоминания медленно сжирают меня изнутри. - У меня есть товарищ, а он наверняка найдет тебе работу, я в этом уверен. - Я готов работать по - черному. Эндрю снова посмеялся. - Заниматься наркотой и пойти на дно? «Я уже на дне» - промелькнуло где то в голове. - Все таки я вас познакомлю. Он парень хороший, да и ты выглядишь молодо, чтобы сидеть за нелегальную работу. - Я буду весьма рад, если вы сделаете это. Дверь в холл открылась, на пороге показался парень. - Лукас, здравствуй!- с улыбкой встретил его Эндрю, - присаживайся к нам, у нас, кстати, новенький. Хван Хенджин. Это, мистер Хван, Лукас Силва. - Очень приятно,- сказал мне Лукас на чисто португальском. Скорее всего чистокровный бразилец. - Взаимно,- сказал я и пожал ему руку. - Как там у вас с Адрианом?- обратился к бразильцу Эндрю. - Да кончено всё. - Как так.. Силва пожал плечами, мол, закроем тему. Гомосексуалист, понял я. Мы сидели втроем и пили водку, я очень часто замечал на себе взгляды Лукаса. Это настораживало. - Так, вы сидите, а я пойду к Павелу, посмотрю, как он там. После того, как Скотт вышел, Лукас повернулся ко мне. - Ты гомосексуал?- весьма неожиданный вопрос. - Ну, не сказать что да, но и нет тоже не подойдет. Он смотрел на меня с удивлением. - Скорее да, чем нет?- сказал он. - Верно. - Эмигрант? Ты, наверное, ищешь работу, так? - Да. - Я могу предложить кое что. У меня есть бутик, я продаю ювелирные изделия. Будешь помогать, там не много нужно знать. - А зарплата? - В день 15 долларов. Конечно же, я согласился. Он дал мне адрес бутика и мы договорились встретиться завтра. Неужели работа сама нашла меня? *** Ночью я не мог уснуть. Мысли снова пришли ко мне. Явились и сидят в самых темных уголках сознания. Они шепчутся, винят меня во всем, винят в смерти моего Rayon de lumière..Моего лучика. Они кричат, что я не должен был оставлять его в тот день. Они метают меня со стороны в сторону, указывая пальцем, мол, «Он виновник! Только он!». - Pardonne moi mon amour,- сказал я отчаянно, будто это успокоит мои мысли. Будто они перестанут преследовать меня. *** Днем я направился в бутик Лукаса Силва. - Здравствуй, Хенджин. - Здравствуй, Лукас. - С минуты на минуту должны придти клиенты. Две женщины, супруги Феррейра. Я знал, что в Бразилии разрешены однополые браки. Вдруг зазвенели колокольчики, что весели над дверью. Зашли две женщины средних лет. Одна была чуть выше второй. Тощая, но одета весьма дорого, как я мог бы понять. На шее висели разные кулоны, на руках были браслеты, большие серьги и шапочка на голове. Вторая, что ниже, была чуть упитанная. На ней так же было много украшений, она чуть прихрамывала. - Здравствуйте, Силва. - Ох, вы как всегда прекрасны, Мариа Феррейра. Шарлотта, выглядите восхитительно! - Благодарю, Лукас,- сказала та, что пониже и тихонько посмеялась. - Что соизволите приобрести? - Кольца, Силва. - Секунду! Лукас скрылся за шторкой. Спустя пару секунд вернулся с бархатной коробочкой, в которой лежали кольца разных видов и форм, одно было красивее другого. - Посмотрите, это новинки. Итальянские.- сказал он с гордостью, протягивая коробочку дамам. Женщины разглядывали каждое издание. - Это не золото, Силва. - Еще какое золото, о чем вы. Вот, мой сотрудник, он из Италии, хорошо разбирается в таких вещах, правда Хенджин? - Все верно. Золото настоящее, да и посмотрите, как это кольцо прелестно будет смотреться на Вас. Подходит под ваши глаза. Они - как стеклянные окна, как неизвестная глубина океана, в которую хочется окунуться, чтобы узнать, что в них таится.- я просто не мог его подвести. Дама ахнула и расплылась в блаженной улыбке. - А мне? Мне какое подойдет?- желая услышать подобное, сказала та, что пониже. - Вот, взгляните на этот изумительный зеленый камень. Он то и подойдет под ваш цвет глаз. - Какой цвет? Какой он, опиши мне. - Словно лес, в котором так и хочется заблудится. - И все? Ну ладно, мы забираем. Сколько с нас, Силва? - 15 тысяч долларов. Та, что выше протянула деньги. Супруги покинули помещение, явно оставшись довольными. - Это было восхитительно, Хенджин! Вот, твоя заслуга,- он протянул мне 500 долларов. Я был крайне удивлен, это же целое состояние… Я взял их и положил в карман пиджака. - Нужно отметить. У меня есть коньяк 34-го года. Изумительный. Тебе понравится. Коньяк и вправду был хороший. Лукас спрашивал меня о личной жизни. Все таки что то тут не чисто. - Как ты добрался сюда, Хенджин? - Родом я из франции, но уже лет пять проживал в Германии, там за мной «охотились» гестапо. У меня был знакомый, который.. Я хотел сказать про паспорт. Но не очень вызывал у меня доверия этот приятель. Мне пришлось соврать. - У меня был знакомый, который помог мне отправится в Америку. Там я выучил английский-бостонский. Знакомый же научил португальскому. Мой..мой любимый человек остался в Германии. Его схватили и, мне пришлось приехать одному. - У тебя был парень? - У меня был возлюбленный. - А сейчас, есть кто то? Я не успел договорить, но из услышанного он обратил внимание лишь на то, что у меня был любимый. - Сейчас никого нет. Но я люблю его до сих пор. - старался ответить помягче. - Разлюбишь. - О чем ты? - Да так!- сказал он с улыбкой. Разлюблю? Хотел бы я разлюбить и забыть навсегда. Уж слишком больно мне делает любовь к моему лучику. - Я познакомлю тебя с моими друзьями, вряд ли сегодня к нам кто то зайдет. Пошли. Встав из-за столика, мы направились к его приятелям. Шли не очень далеко, примерно минут 15 и мы были у большого дома. Я бы сказал, особняка. Лукас открыл дверь, и через двор мы пошли к входной двери. Он постучался. Дверь нам открыл мужчина, на вид лет 27, скорее всего, мой ровесник. - Лукас, как же давно не видел тебя. Кто это с тобой? - Это мой новый товарищ, Хван Хенджин. Мы пожали друг другу руки и он впустил нас внутрь. Помещение было большое, в белых цветах. Множество картин французских художников висели на стенах. - Откуда ты, Хван? - Из Франции. - А внешность у тебя явно не французская. - Моя мать была кореянкой,- я пожал плечами. Меня настигли воспоминания о маме. Ее застрелили гестапо. - Шампанское будете? Мы с Лукасом согласились выпить. - Ой, что это я, даже не представился. Меня зовут Маркус Коста. Вскоре к нам присоединились еще несколько приятелей Лукаса. Луис Мануэль, Антонио Гомейро, Бернарду Диас - они были родом из Бразилии. Фред Андерсон и Энтони Борден были из Англии. Я познакомился со всеми, мы очень много говорили, я даже устал. Вечером я решил отправится к морю. Там я найду покой.