я подарил тебе свое.

***

Профессор Ким Намджун стоит перед аудиторией, полной студентов-медиков, его взгляд прикован к их лицам — строгий и цепкий. Намджун посвятил свою жизнь развитию кардиохирургии и обмену знаниями, необходимыми для спасения жизней, он и сам действующий кардиохирург, «один из самых лучший в моей клинике!» — проносится голосом Сокджина в его голове, и он позволяет себе потянуть вверх уголок губ — совсем незаметно для того, чтобы это можно было назвать хотя бы подобием улыбки. Он любит свою работу, окей? Он действительно посвятил ей все свою жизнь, и он не терпит тех, кто относится к ней легкомысленно. Намджун точно может сказать, что половина из этих студентов не имеет никакого понятия, о чем он им так старательно вещает уже целый семестр, а скоро экзамены, на которых снова придется выслушивать бред студентов, жалобы и угрозы в духе золотой молодежи комедий — пресловутое «да вы вообще знаете, кто мой отец!» не вызывает уже даже раздражения. Профессор начинает лекцию, его голос привлекает внимание: — Вы знаете, что кардиохирургия — точная и требовательная область. Те, кто подходит к ней без преданности делу, причинят только вред. В этой комнате мы уважаем сложность человеческого тела и важность каждой жизни, к которой мы прикасаемся — Конечно же, именно в этот момент двери аудитории распахиваются, открывая молодого человека, запыхавшегося и взъерошенного. Лицо профессора Кима остается суровым, когда он смотрит на опоздавшего, даже тихая болтовня студентов резко обрывается, ожидая ставшего уже привычным мини-шоу. — Подходим к профессии со всей серьезностью, не так ли? Пунктуальность имеет решающее значение в этой области и опоздание может стоить жизни, — замечает Ким, его голос наполнен смесью разочарования и авторитета, который давящим куполом накрывает аудиторию, заставляя студентов чуть ли не задержать дыхание, но.. ..но это же Чон Чонгук, поэтому он лишь пожимает плечами, кое-как ловит спадающий с них рюкзак и с совершенно невозмутимым лицом выдает: — Приятно знать, что вы тоже скучали по мне, профессор, — и проходит на свободное место, игнорируя одногруппников, которые, хоть и должны были привыкнуть уже к постоянным выходкам, каждый раз удивляются, как в первый. Собственно, что говорил Намджун о несерьезном отношении к профессии? За годы практики у него было достаточно студентов, которые заваливали экзамены, не ходили на пары, или и вовсе срывали их, угрожали, мстили, показательно игнорировали его на лекциях и еще куча всего, но Чон Чонгук смог переплюнуть даже самого раздражающего из них. И нет, он был достаточно умен, легко улавливал материал и действительно прикладывал усилия, но тратил свой интеллект, по скромному мнению Кима, совершенно бездарно, да еще и иногда переставал видеть всякие границы и не просто пересекал их, вежливо постучавшись в дверь, а со вкусом сносил половину выстроенных Намджуном социальных барьеров за раз. Намджун даже жаловался своим друзьям, на что те только тупо гиенили и вставляли свои пять копеек юмора в каждую их встречу, намекая на то, что студент в него просто влюблен. Не то, чтобы это стало открытием. Чон был очень и очень очевиден в своих мотивах практически с их первой встречи, совершенно не скрывая своих чувств, напротив, он вываливал их на Намджуна снегом, который скатывается с крыши и, если вы оказываетесь в этот момент внизу, то сотрясение — минимум, чем вы можете отделаться. Намджун пока умело уворачивается, не ходит близко к домам и внимательно читает все предупредительные обозначения, но тут же поскальзывался на наледи, совершенно забывая смотреть под ноги. Так что..да, Чонгук был зимой с ее непредсказуемой погодой, но Намджун любил спокойную мягкую весну и чувство стабильности, совсем не привыкший к бурным метелям. Чонгук же..пытался. Он пытался, окей? Он получил множество отказов, но совершенно не в его характере было сдаваться, когда он отчаянно сильно хотел чего-то. Оглядываясь назад, он может признать, что некоторые его способы были спорными и, мягко скажем, не отличающимися особым уровнем интеллекта, но порой Чонгук был практически в отчаянии или ситуации полнейшей импровизации, потому что мозг иногда совершенно не справлялся с нагрузкой, которую испытывал рядом с профессором, зато тело двигалось на рефлексах. Во время одного из лабораторных занятий Чону представилась возможность произвести впечатление на Намджуна — помогая профессору с демонстрацией, он случайно уронил муляж сердца, в результате чего тот ударился о чужую ногу. Пока мозг обрабатывал информацию, тело уже наклонилось близко — вообще-то, явно ближе, чем это было необходимо. Чонгук на автомате прошептал извинения, его глаза были прикованы к Киму, пока он говорил — будь они в романтическом фильме, на фоне уже играла бы музыка и камера крупным планом показывала любовь в глазах и мягкие улыбки. Однако, они были не в фильме, а на паре, где Намджун просто поднял бровь и отступил, сохраняя почтительное расстояние — в его глазах бегущей строкой пронеслось четкое «сохраняйте дистанцию» и окей...Чонгук не тупой, он знает, что иногда лучше отступить. Вообще-то, Чонгук пытался идти и совершенно другим путем — он знал, что был умным и был уверен в своих знаниях, так что во время очередного занятия он попытался произвести впечатление на профессора, поделившись своими знаниями о редком сердечном заболевании, о котором написано всего пара научных статей. Чонгук точно описал симптомы, причины и возможные методы лечения в мельчайших деталях, однако Намджун просто закатил глаза и прервал его на середине ответа, заявив, что это заболевание является предметом базового медицинского образования. Чонгук ЗНАЛ, что это совершенно точно не так и в других обстоятельствах обязательно бы начал спорить (вообще-то, другие преподаватели его за это чуть-чуть недолюбливали, потому что с высоты своего эго не могли признать, что какой-то студент знает больше, чем они), но что-то ему подсказывало, что сейчас дело не в этом — скорее всего, профессор Ким сегодня не в настроении, а испытывать его терпение лишний раз очень не хотелось. Чонгук был прав — терпение профессора оказалось не бесконечным, так что в итоге у них все-таки произошел тот самый разговор — справедливости ради, Чон знал, что это обязательно произойдет — навык критического мышления у него все еще на высоком уровне (и не его вина, что порой, при взаимодействии с Намджуном, он резко опускается к отрицательным значениям). Так что..да? Когда профессор подсел к нему в пустом кафетерии со своим этим серьезным выражением лица, Чон точно знал, что его сейчас ожидает. И оказался прав. Стоит отдать профессору должное, он не ходил вокруг да около, просто сказал: — В первую очередь, мы профессионалы. Мы должны сосредоточиться на нашей работе, а не на наших личных чувствах, мистер Чон. — Намджун сделал паузу, его глаза встретились с чужими, голос был твердым, но Чонгук словно уловил в нем долю сочувствия, — Вы заканчиваете свой четвертый год, я вижу, что вы неглупый молодой человек, так что прошу не лишать этот мир еще одного специалиста, которым вы можете стать, если переключите всю свою страсть и силы на обучение, а не на какие-то глупости. — Впервые встречаю столь умного человека, который с такой легкостью называет себя лишь глупостью, — внутри скопилось раздражение и злость, но Чонгук заставил себя принять как можно более расслабленную позу и спокойным голосом продолжил, — вы знаете, что я уважаю вас, мистер Ким, но при всем моем уважении, считаю, что даже вы не можете решать за меня, думаю, моей страсти хватит на все. — Чонгук, послушайте, я лишь — — Отлично, — Чонгук знает, что это неуважительно, вот так перебивать старших, но, если этот разговор продлиться еще хотя бы пять минут, он не уверен, что сможет и дальше контролировать свои эмоции, — предлагаю вам условие. Я не позволю себе ни одной выходки в вашу сторону, пока не добьюсь хотя бы чего-то в нашей профессии. Обещаю, что впредь буду держаться на почтительном расстоянии, но и вы пообещайте, что сдержите свое слово и дадите мне шанс, когда я выполню ваше условие. — Это даже звучит смешно, Чонгук. Мы говорим сейчас о жизнях людей, вы будущий врач, это не какая-то игра или глупый спор! — Никто, кроме вас, и не считает это игрой, профессор, — лицо студента неуловимо тускнеет, изнутри давит разочарование и утекающая надежда, но Чонгуку уже нечего терять, он и так уже поставил все, что мог, — Просто пообещайте. — Хорошо, я обещаю, — неожиданным ответом, кажется, удивлены оба, особенно Ким, не привыкший давать пустых обещаний. Но что-то ему подсказывает, что это верный ответ, к тому же, Намджун — реалист. Он не строит воздушных замков и понимает, что учеба в медицинском — процесс очень длительный, должно пройти еще минимум пять лет, чтобы Чонгук стал специалистом хотя бы базовой категории, а за это время утечет много воды — чувства пройдут, Чонгук забудет о нем, так что лучше позволить всему идти своим чередом.

***

Семь лет спустя во время медицинской конференции доктор Ким оказывается среди своих коллег, обсуждающих последние разработки в области кардиологии — ничего такого, типичное мероприятие для их сферы, но Намджун надеется на что-то интересное. «А вот кажется и оно» — думает он, когда видит взволнованное лицо подходящего к нему коллеги. — Ты уже познакомился с доктором Чон Чонгуком? — указывая на молодого, врача в другом конце комнаты, спросил он, практически светясь от восхищения. Намджун с кислой миной наблюдает за этим щенячьим восторгом и считает, что для полной картины не хватает только хвоста, — Он сделал себе имя в медицинском мире, просто посмотри на те исследовательские работы и статьи, которые он опубликовал в таком юном возрасте. Я думаю, вы двое неплохо поладили бы, Чонгук сегодня явно в центре внимания — Из потока мыслей мозг вырывает знакомое имя и Намджун словно просыпается. Подождите, что он только что услышал? Не может же это быть — Взгляд доктора Кима остановился на молодом докторе, и его сердце, кажется, пропустило удар — как кардиохирург, Ким считает, что это не к добру. Мог ли это на самом деле быть тот самый Чон? Тот, кто так настойчиво преследовал его несколько лет назад? Трудно поверить, что он мог достичь так многого за такой короткий промежуток времени. Намджуну показалось, что он сходит с ума, слишком много неожиданной информации разом поступило в его сознание, но он, охваченный любопытством, нагружал его еще больше, издалека наблюдая, как доктор Чон ведет оживленную беседу с другими людьми. Мысли крутились вокруг Чонгука, он размышлял о превращении дерзкого и местами наивного студента, который преследовал его, в успешного и известного врача, стоящего перед ним. Стоит признать, что удивление с каждой минутой уступало мыслям о неподдельном восхищении, и, возможно, некоторой гордости. Воспоминания об их прошлых взаимодействиях всплыли на поверхность, вызывая чувства упущенных возможностей и нежности одновременно. Часть его хотела подойти к Чонгуку, посмотреть, так ли сильно он изменился, как успел уже придумать себе Намджун. Тем не менее, другая его часть колебалась, задаваясь вопросом, не лучше ли оставить прошлое в прошлом и избежать потенциальных сложностей, которые могли бы возникнуть, учитывая некоторые обстоятельства. Чонгук же не замечал чужих метаний, стоял посреди коллег, увлеченный беседой. Несмотря на его профессиональные достижения и уверенность, излучаемую его манерами, в его глазах мелькал намек на нервозность каждый раз, когда он мельком видел своего бывшего профессора. Он намеренно погрузился в дискуссию, делая вид, что не замечает его присутствия, но его периферийное зрение никогда не теряло из виду человека, который когда-то играл настолько важную роль в его жизни. «Кого ты обманываешь — нагнетало подсознание, — был ли вообще хотя бы день, когда ты не думал о нем?» Не был. Поэтому он будет полным идиотом, если не заговорит сейчас с тем, кто прочно поселился в его сердце, не желая покидать его. Так что Чонгук взял себя в руки и сделал первый шаг. — Доктор Ким, — поприветствовал он, легкая улыбка заиграла на его губах, когда он протянул руку для крепкого рукопожатия, — Приятно видеть вас снова после стольких лет. Я не ожидал, что мы с вами здесь пересечемся. В эту секунду Чонгук не был уверен, вспомнит ли его профессор после стольких лет. Оставило ли их краткое общение в студенческие годы неизгладимое впечатление, или они были просто тусклым воспоминанием в обширной истории карьеры доктора? Когда их взгляды встретились, а руки соединились в крепком рукопожатии, вопросы повисли в воздухе, безмолвно надеясь увидеть знакомую искру узнавания в глазах старшего. Мысли Чонугка блуждали по извилистому пути, который он прошел с момента их последней встречи — путешествие было напряженным, наполненным бесчисленными часами самоотдачи и неустанной решимости. Он вспомнил бесчисленные бессонные ночи, проведенные за учебой, неустанную погоню за знаниями и жертвы, на которые он пошел, чтобы достичь этого решающего момента. Безусловно, Чонгук делал это все не только для признания его заслуг Намджуном, он любил свою профессию и отдавался ей со всей серьезностью и решимостью, но не признать, что профессор служит для него ориентиром тогда, когда все валилось из рук, было бы неправильно. Намджун же вздрогнул он неожиданности — он не ожидал, что его бывший студент станет инициатором разговора — годы явно сформировали из молодого врача более уверенного в себе человека. — Мистер Чон, — легкая улыбка появилась на лице Намджуна, когда он отреагировал на неожиданный жест, — или, правильным будет сказать, доктор? Волна облегчения окутала Чонгука, когда он заметил проблеск узнавания в глазах доктора Кима. Оно смешалось со счастьем быть признанным своим давним наставником, осознание того, что Намджун помнит его, вызвало трепет удовлетворения в его жилах. Это была маленькая победа в путешествии, которое они оба прошли, и это наполнило его вновь обретенным чувством уверенности. Несмотря на это, Чонгук расслабляется, и на буквально на глазах превращается в того самого улыбчивого студента, который флиртовал с Намджуном налево и направо, проваливал тесты и опаздывал на пары. По мере того, как между ними разворачивался разговор, в Кима проносились мириады мыслей. Он не мог не отметить достижения своего бывшего студента, его интеллект и профессионализм, которые он излучал одним лишь своим присутствием. Однако среди этих наблюдений его осенило новое осознание — Чонгук вырос в красивого и обаятельного человека — вспыхнувшая искра интриги не потухала, чем раздражала и так напряженную сейчас нервную систему. — Я поражён, Чонгук-щи…вы так изменились и действительно… — Эй, хен, странный из тебя специалист, — неожиданно прерывает его Чонгук, — я думал, в нашей профессии мы лечим сердца, а не разбиваем их! — тон, больше похожий на детское бухтение, был настолько несопоставим с возмужавшей фигурой, что Намджун, который очень пытался удержать лицо, прочистил горло и.. …вдруг начал хохотать.

***

Уютная гостиная пары была тускло освещена, мерцающий свет свечей создавал теплую и интимную атмосферу. Мягкая джазовая музыка играет с винтажного проигрывателя, наполняя воздух успокаивающей и романтической атмосферой. В комнате царила успокаивающая тишина, нарушаемая лишь случайным шелестом бумаг и тихим царапаньем ручек по бумаге. Чонгук погрузился в научную статью, сосредоточенно нахмурив брови. Намджун, сидевший напротив него, старательно просматривал студенческие эссе, методичным отработанным движением делая исправления. Время от времени их глаза встречались мимолетными взглядами, передавая чувство удовлетворенности их общей гармонией. Иногда Намджун тяжело вздыхал и бормотал себе под нос тихие ругательства, замечая, что студенты в край обленились и пишут какой-то бред, на что Чонгук хихикал, поддразнивая Намджуна по поводу того, что у него, должно быть, есть собственный настойчивый и увлеченный им студент. «Готов поспорить, что у тебя есть кто-то такой же, как я, — тот, кто не принимает отказа и полон решимости завоевать твое сердце», — смеялся он, на что Намджун закатывал глаза, все так же тихо добавляя, что настолько раздражающий уником у него был только однажды. После минутного молчания воздух прорезал голос Чонгука — Намджун знал этот тон, младший всегда использовал его, когда был в настроении немножечко испытать его нервы. — Знаешь, — начал он, поддразнивая, — ты несколько раз пытался разбить мне сердце, Намджун, не могу поверить, что ты сначала отвергал меня, а потом и вовсе забыл о своём обещании и я пытался флиртовать с тобой еще год! Легкая улыбка тронула уголки губ Намджуна. — Справедливости ради, — начал он, притягивая Чонгука ближе, — я подарил тебе свое.