Мара!

Эцуко вышла из черной машины и остановилась перед ступенями, ведущими в поместье. Поместье в европейском стиле, как и все загородные дома состоятельных людей, выглядело достаточно богато, чтобы приезжий человек оценил колорит проживающих здесь людей. Эцуко в свою очередь стало здесь неуютно. Она понимала, что это чувство продиктовано ее более скромной жизнью. Она выдохнула, чтобы казаться более уверенной, поднялась по ступеням и нажала на звонок. Послышался приглушенный звон за дверью, после которого она услышала звуки движения и дверь открыла женщина средних лет. - Доброе утро. Я приехала по приглашению Кииоши Нагасима, - сказала Эцуко. Служанка ей кивнула и пригласила в дом. Девушку провели в гостиную. В гостиной за журнальным столом сидели трое. Красивая лицом и фигурой, в стильном костюме женщина. В ее взгляде, который она бросила на Эцуко, чувствовалась строгость, уверенность в себе и самодостаточность. Ее представили как Мизуко Нагасима. Следующего представили молодого парня – Кииоши Нагасима. Красивые черты лица были прямыми генами матери. Под хлопковой рубашкой проглядывался накаченный рельеф мышц. Он приятно улыбнулся Эцуко, пригласив ее сесть на свободное кресло. Девушка сразу же почувствовала расположение к этому парню, хотя и не могла объяснить, чем он ее очаровал. Третьим человеком, которого представили девушке, была поникшая и осунувшаяся девушка – младшая сестра Кииоши и одна из близнецов - Харуми. Она была с такими же красивыми чертами лица, что и ее мать и брат, но из-за невероятной худобы всего тела, впалых щек и кругов под глазами Эцуко испытывала к ней жалость. По ее пустому взгляду можно было предположить, что мысли ее совершенно в другой реальности. И девушка, которой больше нет на этом свете, но которую также было важно представить, старшая сестра близнец – Харуки. - Думаю, вы слышали, что произошло в этом доме, и что от вас требуется, но дабы исключить недомолвки, я считаю важным еще раз обговорить ситуацию, - сказала Мизуко после знакомства. - Первое и основное, ваше приглашение основывается на слухах, как бы смешно это ни было, которые услышал мой старший сын Кииоши в институте от других людей. По этим слухам вы обладаете невероятной способностью ощущать сверхъестественное. И вы помогли уже достаточному количеству людей, основываясь на ваших способностях. - Мизуко, хочу лишь уточнить, что я не ручаюсь за наличие у себя способностей. Я чувствую правильное решение и крайне редко смутно вижу что-то, что не видят другие. Могу предположить также, что подобными способностями обладает каждая женщина, которая может утверждать, что у нее есть женская интуиция. Все эти моменты я обговаривала по телефону с ваши сыном, - Эцуко бросила взгляд на Кииоши. Тот лишь кивнул, подтвердив слова девушки. -Замечательно. Мой сын тратит время и ресурсы семьи на шарлатанов, которые хотят нажиться на горе других. -Я не… - хотела защитить свою честь девушка, но ее перебила Мизуко. - В любом случае, раз вы приехали, из уважения к нашему достоинству, мы не выгоним вас, не удостоверившись, что вы и вправду ничего собой не представляете. Второй момент или суть проблемы, ради которого мы вас позвали. В комнате нашей погибшей дочери, двигаются и разбиваются вещи. Иногда может быть беспорядок, хотя туда запрещено кому-либо без повода заходить. Сначала были предположения, что это слуги. Даже после увольнения старых слуг с новыми были те же проблемы. Но все они утверждают, что в комнату не заходят. Было принято позвать экстрасенса, и наша семья выбрала вас. Ваша цель выяснить, что происходит в комнате моей погибшей дочери и решить эту проблему. На этом можно закончить экскурс. Вопросы у вас есть? - Это может быть не совсем тактично, но отчего умерла Харуки на самом деле? -Она умерла во сне из-за оторванного тромба… Женщина уже хотела продолжить свое объяснение, как ее перебил крик Харуми. Та начала истошно кричать. Мизуко позвала слуг, начав успокаивать младшую дочь. В этой катавасии было мало что понятно, но единственное, что разобрала Эцуко, было слово «Мара!». Эцуко вывел из комнаты Кииоши. Они прошли дальше в дом, дабы не мешать слугам и матери успокаивать сестру. Парень мило и виновато улыбнулся - Должен принести извинения за грубость своей матери по отношению к вам. У нее не было оснований вас оскорблять или называть шарлатанкой. Моя вина, что я ее не предупредил о ваших умениях. Я был уверен, что это никак не повлияет на нее, с учетом того, что она ко всему сверхъестественному относится скептически. В ее оправдания могу сказать, что ей пришлось стать такой строгой. Наш отец крайне редко появляется в поместье и еще реже проводит время с семьей. Вот и приходиться матери быть достаточно строгой, чтобы дети выросли неизбалованными. Сама она также из богатой семьи, вышла за отца, потому что их поженили родители. Ее во много раз ограничивали в деньгах, по сравнению с нами, поэтому она знает им цену. А также мать исключает людей, которые хотят нажиться на нашей семье. - Извинения приняты, хотя и было несколько неожиданно услышать нападки, когда вы сами меня и пригласили, - ответила улыбкой на улыбку парня Эцуко. – Вы можете докончить мысли своей матери о смерти вашей сестры? -Только немного, поскольку, еще раз приношу извинения, мне надо уже уезжать на важные пары. Я, как и вы, учусь в институте. Вы меня можете понять, когда ожидается предмет с крайне строгим педагогом и что будет за опоздание к нему. Возвращаясь к теме о сестре, ее нашли мертвой утром. Нет никаких явных признаков болезни или повреждений. Как я слышал, она умерла во сне из-за оторванного тромба. После этого младшая сестра начала постоянно говорить про Мару, духа кошмаров и паралича, как будто тот ее убил. Это может звучать странно, но я не представляю другого объяснения смерти своей сестры. И моя младшая сестра также не может принять смерть Харуки. Я так их обеих люблю и оттого мне так больно видеть, что даже после смерти сестра хочет что-то сказать. Взгляд Кииоши поник. Было понятно, что ему было очень тяжело говорить о сестрах. У Эцуко было еще много вопросов, но она боялась сделать ему больно, поэтому они стояли молча некоторое время, пока Кииоши не посмотрел на часы. -Простите, я уже опаздываю. Надеюсь, вы сегодня проведете продуктивный день. Ах, еще один момент. Наш семейный врач предположил, что Харуми могла сойти с ума из-за смерти Харуми, но почему она кричит про Мару он не представляет. Также известно, что после смерти сестры, она целый день сидела в комнате Харуки, заперев себя изнутри. Вечером дверь выломали. Из обычной девушки она превратилась в… такую. Может, в нее кто-то вселился или она видела призрака. Может это была Мара, не знаю. Но будьте аккуратны, мне кажется, эта комната сводит с ума. На этом молодые люди попрощались. Девушка провела взглядом уходящего Нагасиму, смутно понимая, что она чувствует к нему все большее расположение. «Его харизма поражают» - промелькнуло у нее. Пока они вели диалог, сестру успокоили, и одна из служанок подошла к Эцуко, чтобы провести ее в комнату Харуки. Комната была очень светлой и чистой. Вещи были расставлены идеально. «Скорее всего, думала девушка, все расставили по местам уже после смерти Харуки. Слуги отлично постарались». Никаких признаков сверхъестественного не было. Девушка осмотрела всю комнату. В шкафу висели милые и приятные вещи, пахли они цветочным ароматом. Двуспальная кровать, аккуратно застеленная белым постельным бельем, выглядела мягкой и удобной. Позолоченные поручни отсвечивали солнце и добавляли света. Прикроватные тумбочки были наполнены разной мелочью. Ничего не давало подсказку, где искать что-то сверхъестественное. Эцуко подошла к книжному шкафу. Большое количество книг и журналов о японской, скандинавской, греческой и других видов мифологии. «Уже по разговору Кииоши можно было понять, что молодое поколение этой семьи верит в призраков и духов». Девушка взяла первую попавшуюся книгу, открыла ее, как услышала странный звук. Обернувшись, она заметила, что дверца шкафа была приоткрыта. Ее взяла настороженность. Она медленно начала подходить к шкафу, взвешивая, что могло повлиять на его открытие. Классическое объяснение сквозняка могло подойди, поскольку все окна комнаты были открыты, как только служанка отперла дверь. Эцуко аккуратно открыла дверцу – без изменений, те же вещи и тот же цветочный запах. «И правда сквозняк». Девушка закрыла дверцу и обернулась. Прямо перед ней промелькнуло темная сущность в сторону окон, и те с громким стуком хлопнули, чуть не разбив стекла. Эцуко стояла паразилованная страхом некоторое время, после чего подбежала к окну и посмотрела вниз. Второй этаж. Следов того, что кто-то спрыгнул нет. Деревьев или лиан поблизости также нет. «Показалось?» - мелькнула мысль. За спиной что-то упало. Она выдохнула и повернулась. С книжной полки упала книга. Девушка подняла раскрывшуюся книгу. Первое, что бросилось ей в глаза, «МАРА - в славянской мифологии призрак, привидение. Персонаж низшей мифологии народов Европы. В европейской мифологии — злой дух, демон, садящийся по ночам на грудь и вызывающий дурные сны, сопровождающиеся удушьем под весом демона, отчего сами дурные сны также стали носить имя кошмара». «На что намекает Харуки…» - подумала Эцуко. Эта мысль преследовала Эцуко все утро. Все время она находилась в комнате, желая увидеть очередной знак или то существо, что не побоялось солнечного света и ее присутствия и возникло днем. Чем больше она сидела в комнате, тем мрачнее комната ей казалась. Сначала девушка предположила, что это из-за солнца, которое медленно двигалось по своей небесной оси. Но сгущающая тьма становилась тяжелой и вязкой, а свет, хотя еще был день, был намного слабее. Перерыв был только к обеду. Они почти молча отобедали с Мизуко, которая спросила о новостях. Эцуко решила не делиться с ней увиденным. После обеда Эцуко все время находилась в комнате Харуки, пересматривая ее вещи и читая книги. Она постепенно начала знакомиться с умершей девушкой. Теперь она была уверена, что обе девочки увлекались сверхъестественным. В книгах и журналах были разные пометки. Помимо этого, Эцуко нашла альбомы с рисунками. Она проследила, как забавные рисунки начали переходить в более мрачные, но в тоже время невероятно прорисованные работы. Рисунков семьи почти не было: если раньше Харуки рисовала не только мифических зверушек, но и их семью, то со временем с семейных рисунков стали пропадать сначала отец. «Он и правда очень много работает, » - подумала Эцуко. А потом мать с братом. «Они были занята своими делами, не могли уделить достаточно времени сестрам». Через время с семейного рисунка пропала и Харуми, это объяснить девушка не могла, в своей голове она сделала пометку, что об этом надо узнать у Кииоши. Они были близки, но по какой-то причине стали далеки. Затем Харуки рисовала либо себя в полном одиночестве, либо себя в компании воображаемых друзей, а затем пропала и она, а рисунки приобрели тревожные черты. Пока Эцуко все это рассматривала, в комнате стало еще темнее. Хотя по времени сумерки только наступали, девушка уже включила свет прикроватной лампы. Она провела еще время за изучением записей в дневнике Харуки, хотя записи были менее красноречивыми, чем рисунки. Наступил ужин. Уже приехал Кииоши. Они поужинали вчетвером. На вопрос, какие новости после целого дня в комнате, Эцуко только покачала головой. Ничего. Мизука хмыкнула, посмотрела на сына взглядом полным разочарования. Эцуко это заметила, но не подала виду. После ужина было решено разойтись по своим комнатам. Кииоши решил самостоятельно показать девушке, какая из комнат отведена ей. Пока они шли по коридору, они молчали. Но доверившись своим ощущениям, Эцуко поделилась с Кииоши своими наблюдениями. После чего она спросила: - Почему Харуки перестала рисовать Харуми на своих рисунках? Как ты думаешь? - Полагаю, это связано с тем, что их расселили. – Заметив непонимающий взгляд девушки, парень продолжил объяснение. – Раньше они всегда спали в одной кровати или хотя бы в одной комнате. Но со временем это стало неприемлемо для матери, и она решила их разделить. Причем комнаты их были в совершенно разных частях поместья. Скорее всего, это сделали, чтобы по ночам они не бегали друг к другу, а начали уже вести самостоятельную жизнь. Харуми это давалось проще, чем Харуки. Хотя и младшая, она стала вести себя более уверено. Она поняла, что хотя у нее с сестрой одно лицо, они совершенно разные. Они индивидуальные. А Харуки вынесла другой урок – у нее как будто отнимали частичку себя. - Вот как… Можно тебя попросить об одолжении. Они подошли к комнате Харуки. Девушка включила свет. - Опиши комнату, как ты ее сейчас видишь? - Странный вопрос, конечно… - но заметив серьезный взгляд Эцуко, парень улыбнулся и ответил, - комната подростка, прилично обставлена, есть один шкаф, одна кровать… - Нет, нет. Я не об этом, - перебила девушка, - что ты чувствуешь в этой комнате? Ты видишь, что она мрачная, а воздух тут очень тяжелый. Кииоши с минуту подумал, после чего ответил отрицательно. Эцуко лишь кивнула. Понятно. -Мне стоит к этому настороженно отнестись? – со смехом, но несколько удивленно спросил парень. – Моя сестра… -Нет, не стоит. Все нормально. – Решительно перебила его Эцуко. – Я не схожу с ума. Кииоши улыбнулся. Они выключили свет и вышли. Когда девушка обернулась, чтобы закрыть дверь, она увидела темный силуэт рядом с кроватью. Это существо смотрело прямо на нее. Эцуко медленно стала спиной отходить от открытой двери, смотря прямо на силуэт. Она чувствовала, какое зло и ненависть исходит от этой сущности. Если бы она была сейчас там, думала она, оно бы схватило ее и убило. - Ты это видишь? – шепотом спросила Эцуко у Кииоши, когда уперлась спиной в его грудь. Все это время он стоял удивленный и внимательно следил за девушкой. Он бросал настороженный взгляд в комнату, куда смотрела и девушка. -Я ничего не вижу. Что там? - Там кто-то стоит. И он хочет убийства. Я вижу это по его ауре… - Мне зайти туда? Включить свет? Эцуко не знала, что ответить. Сущность начала приближаться к проему двери. Медленно дверь начала закрываться, а размер черного существа увеличивался с каждым его шагом. «Оно становится злее и ненавидит с каждым днем все больше». Этой ночью девушка спала плохо. Знала, стоит закрыть глаза, как она снова окажется лицом к лицу с демоном. На следующее утро, хотя она и испытывала страх, она снова была в комнате Харуки. Вышла из комнаты она только раз. Ей захотелось воды, а кран в ванной Харуки не работал. Девушка шла по направлению к кухне, когда увидела красивого блондина средних лет, который стоял рядом с семейным портретом Нагасима. Эцуко и незнакомец встретились взглядом, оба кивнули друг другу в приветствии. Девушка не смогла побороть любопытство и подошла к нему. Из краткого разговора стало понятно, что это лечащий врач семьи Нагасима, о котором упоминал Кииоши. Именно он диагностировал смерть Харуки. Как оказалось, он был другом семейства уже долгое время, еженедельно он приезжает осмотреть младшую из сестер. По его примеру Кииоши также решил пойти учиться на медика, хотя он это и не признает. Что же было с Харуки в последние месяцы жизни? Она начала слабеть на глазах как физически, так и психологически. Предрасположенность хорошо видно на примере ее младшей сестры Харуми. Как видела Эцуко, девушка странно себя ведет. А если у одного есть проявления психического расстройства, то у другого близнеца есть предрасположенность. По поводу Мары: они это придумали. Это очевидно. Ничего сверхъестественного не существует. - И должен заметить, что если вы воспринимаете слова этих детей за чистую монету, вам бы не мешало самой настороженно относится к своему психическому здоровью, - улыбнулся добродушно, но с долей высокомерия врач. - Этот разговор должен остаться между нами. Мизуки и так не рада вашему бесполезному пребыванию, так если она узнает, что вы копаете глубже в личные проблемы семьи, она вряд ли позволит вам остаться тут еще. Некоторые скелеты должны остаться в шкафу. За исключением этого, Эцуко все время провела к комнате старшего близнеца. Теперь комната была мрачной, несмотря на солнце за окном. Видеть без света в ней было невозможно, а потому весь день и вечер, что она там была, работала прикроватный светильник. Эцуко было все тяжелее. Она чувствовала, что ее жизненные силы уходят, кто-то питается ее энергией. Она думала о том, стоит ли здесь находиться. Но ее чувства кричали, что она должна остаться и найти ответ на вопрос, что здесь происходит. Эти чувства заглушали крик разума, который всеми силами пытался доказать девушке, на какой риск она идет, а главное, непонятно, ради чего. Темной сущности и паранормальных вещей она не видела целый день. Не считая тяжелого воздуха комнаты и темноты, окружающей ее, все было нормально. Когда наступало время ужина, девушка встала с кровати и еще раз оглядела комнату. Ничего. Она подошла к двери. Дернув ее, она поняла, что та закрыта. Первое, что она подумала: «Также было и с Харуми. Специально она не закрывалась здесь». Эцуко обернулась и посмотрела вокруг – никого. - Я хочу помочь тебе, - сказала она в пустоту, - Я только ради этого здесь. Если ты Мара, как ты представилась с помощью книги, я не понимаю, почему ты хочешь убийств. Ты питаешь кошмарами и дыханием сонного, тогда в чем логика пугать всех. Могу предположить, что ты не Мара, а кто-то другой. Дай мне подсказку, и я могу тебе помочь… Девушка заметила движение рядом с кроватью. Под одеялом кто-то лежал. Девушка снова попыталась открыть дверь. Заперто. Она начал стучать в дверь. Еще раз посмотрев на кровать, она встретилась взглядом с существом. Оно стояло прямо рядом с ней. Его глаза были налиты кровью – это единственное, что увидела Эцуко, после чего призрак взял ее голову и несколько раз ударил голову девушки об дверь. Кровь начала заливать ей глаза. Так было, пока она не потеряла сознание.

***

Эцуко проснулась в своей кровати. Было уже утро. Голова невероятно сильно болела. Она приложила руку к голове с повязкой. Девушка помнила, что произошло вчера. Расскажи кому, не поверит. Ее мысли перебил разговор за дверью. Слышался голос Мизуко «Ты понимаешь, что она задумала? Специально решила причинить себе вред, дабы с нас взяли компенсацию за моральный и физический урок. Что за взгляд, Кииоши? Думаешь, ее решил ударить несуществующий призрак? Я возмущена тем, что ты пригласил ненормальную в наш дом. Выпроводи ее культурно, может предложить деньги, если на то пошло, но чтобы ее тут не было, а ее родители мне не названивали с возмущениями. Времени у тебя до завтра. Завтра, как ты помнишь, приезжает отец. И я не хочу выслушивать его претензии насчет этой девушки». Послышался стук отдаляющихся каблуков и в это же время аккуратно открылась дверь. Кииоши нес емкость с холодной водой. Заметив взгляд девушки, он мило улыбнулся. - Доброго утра. У тебя чуткий сон, раз ты услышала, как я открываю дверь. Или ты услышала слова матери? Крепкое словцо она может сказать, хотя и неверное. – Парень поставил емкость на столик рядом с кроватью, достал тряпку и аккуратно вытер лицо девушки. -У нее есть основания думать и говорить все то, что она думает. Если бы я была таким же скептиком и не знала себя, я бы объяснила ситуацию точно также -Как-то ты самокритична. Я бы на твоем месте начал объяснять ситуацию со своей стороны. -Кому объяснять? Людям, которые мне никогда не поверят? – девушка ухмыльнулась. Но ее ухмылка пропала, когда она встретилась взглядом с Кииоши. - Я тебе верю. Чтобы это не значило в данной ситуации. После этих слов они помолчали некоторое время. Эцуко была удивлена его словам. После них на сердце стало тепло. Она поняла, что влюблена в этого парня. Но поскольку он из богатой и обеспеченной семьи, ее чувства будут выглядеть как минимум лицемерно. Обычная девушка не может любить парня из богатой семь просто так. Всем движут деньги. Это все знают. Да и насколько она знает, Кииоши уже давно посватан с другой девушкой из такой же обеспеченной семьи. Ее счастью завидуют за пределами всех институтов. Дошло даже до скромного института, в котором учиться Эцуко. Раньше она не понимала, почему все утверждают о будущем счастье этой особы, но проведя время с Кииоши, она поняла, какое семейное счастье ее ожидает. Ее, но не Эцуко. Как будто прочитав мысли девушки, парень заговорил на эту тему - Наверно, сейчас не время, но мне очень хочется открыть тебе душу… -Потому что в таком состоянии я не смогу убежать? – оба посмеялись. - Не знаю, чем это продиктовано. Может, похожей на женскую, но только мужскую интуицию, о которой ты говорила, когда впервые сюда пришла. Помнишь, я рассказывал тебе, что мою мать выдали за отца не по своей воли? – Девушка кивнула. – Меня ждет такая же участь, и это ни для кого не секрет, полагаю. Девушка, на которой мне велено жениться, мне совершенно неинтересна, но ее деньги интересны моим родителям. Не скажу, что меня пугает перспектива всю жизнь быть в материальных отношениях и банально не хотеть приходить домой, но меня возмущает возможное оскорбление моей чести. Заметив непонимающий взгляд, парень продолжал - Не так давно я видел своего отца с любовницей. Это точно она, поскольку такими поцелуями случайных девушек не одаривают. Я могу только представить, что узнает мать, находясь в таких отношениях. Тебя не только не любят, но еще и унижают за твоей спиной. И я уверен, что если пойду по пути отца и матери, я попаду в эту же яму. Этого я позволить не могу. Пока Кииоши раскрывал свою душу перед Эцуо, та, несмотря на головную боль, приподнялась, а потом села. Как только парень закончил свой рассказ, она мягко положила руку ему на плечо. Не зная, что сказать, она ограничилась жестом. Кииоши, погруженный в свои мысли, продолжал: -После того, как я увидел своего отца с любовницей, я отказался от наследства. Я решил, что не хочу быть связан никак с этой семьей. Хотя у меня и есть что-то светлое, мои сестры, но я потерял и их. Как только я закончу медицинский, я думаю уйти из семьи. Буду снимать квартиру, работать где только можно, и потихоньку выплачивать родителям деньги, которые они потратили на меня в процессе учебы. Представление этого вселили надежду в сердце Эцуо. Хотя она и хотела смолчать, сердечный порыв, словно пульс, появился из ее спрятанных эмоций. - Знаешь, - сказала она, - если бы ты не был таким богатым, то у такой простой девушки из простой семьи были бы шансы на семейное счастье с тобой. Повисло молчание. Эцуо осознала, что почти призналась в любви парню, которого не знает, но не жалела об этом. Она была рада проявить свою любовь хотя бы таким образом. Намного лучше, чем закопать их в сердце. Необъяснимый порыв эмоций также нахлынул и на Кииоши. Приподнявшись с края кровати, где он сидел все время, он аккуратно обнял девушку. Его подбородок аккуратно лег ей на макушку, от которой исходил запах шампуня с примесью крови. Ему стало больно от мысли, что такая нежная и честная девушка пережила за эти пару дней в этих стенах, пока он был в институте. Сама же девушка упиралась в плечо парню. От его рубашки исходил аромат постиранных вещей. Но он не перебивал запах здорового и крепкого мужского тела, который просачивался через хлопок. Она почувствовала легкое возбуждение по отношению к нему, хотя и осознавала, что удовлетворить его она не сможет. Ее мысли пронеслись как скоростной поезд «Вот бы обнимать его как можно дольше. Или хотя бы провести вместе как можно больше времени. Даже в одной комнате…». Внезапно, ее пришло осознание, что делать. -Кииоши, - сказала девушка, отталкивая парня. Как бы ей не хотелось быть с ним, это невозможно, - я поняла, что я должна сделать в комнате твоей сестры. Кииоши решительно покачал головой. -Это даже не обсуждается. Ты отдыхаешь здесь столько, сколько тебе надо. Если ты плохо себя чувствуешь, мы вызовем врача. Ты его не знаешь, но он отличный специалист. Я… -Ты равнялся на него при выборе профессии, хотя никому об этом не говоришь? – закончила за него девушка. Парень удивился и показал это всем своим видом. – Врач приходил на второй день, когда я была здесь. Он мне это и сказал. -Что он тут делал? -Приходил на осмотр Харуми. Встретились с ним, когда он смотрел на ваш семейный портер. Но когда я его увидела, у меня были не самые приятные предчувствия. Этого же не может быть, верно? -Что он любовник моей матери? Харуми мы возим к другому специалисту – хотя Кииоши и пытался скрыть эмоции, его злость было видно по вздымающейся жилки на шее. Девушка поняла, что и без того разрушенный отцом семейный уют разрушился окончательно. Эцуо положила свою ладонь на его. Они встретились взглядом. -Так вот, Кииоши, я должна помочь тому существу, что заключен в той комнате. Дух злой и желает крови, а я знаю, как облегчить страдание этого демона. Но ты должен мне поверить и помочь. Тебе следует попросить Мизуки оставить меня на ночь в комнате Харуки. Но ты не должен заходить в комнату при любых обстоятельствах. А также не спрашивай у матери про врача. Это все мы обсудим после. И если я правильно предполагаю, то все скоро встанет на свои места. – Я помогу тебе, но только при нескольких условиях. Я буду сидеть недалеко от комнаты Харуки. Плюс ко всему, хотя я очень против этой задумки, ты мне первому объяснишь, что случилось. После общего обсуждения, Эцуо легла в комнате Харуми. Мизуки отказывалась от идеи девушки, но Кииоши смог уговорить мать. Самым весомым его аргументом стало «Пожалуйста. Ты же знаешь, что я никогда не о чем не прошу. Пусть это будет моей первой и последней просьбой» . Перед уходом из общей комнаты, девушка слышала, как Мизуки спросила у парня «Что это было, Кииоши?». После этого Эцуо весь день лежала в кровати Харуми. И хотя она и чувствовала головную боль все время и была крайне ослаблена, на быстро провалилась в долгий сон. Девушка несколько раз просыпалась среди ночи и засыпала снова. Она слышала шаги, прикосновения к одеялу или к телу. Слышала шепот и открывания дверей, падение книг и звуки ветра. Все смешалось в одно лихорадочное состояние. За все это время она не открывала глаз, хотя звуки вокруг настаивали, чтобы она узнала об источнике шума. Эцуо чувствовала, что сейчас нельзя открывать глаза. Когда она проснулась в очередной раз, что-то лежало рядом с ней. Оно продавливало матрас своим телом, как будто засасывая девушку в пропасть. Хотя Эцуо и была в сознании, она делала вид, что спит. Но он ощущала, что существо знает, что сейчас она не спит и чувствует его присутствие. Существо медленно подвинулось к уху девушки и шепнуло «Не убивай…» Девушка открыла глаза. Не было видно ничего, кроме приоткрытой двери комнаты. На подсознательном уровне она поняла, что это Мара – та, о ком она читала на днях. Боясь пошевелиться, она смотрела за движениями существа. Оно медленно двигалось к ее кровати. Страх связал тело, превратив его в бесполезную материю. Глаз все никак не могли привыкнуть к темноте, а потому она не видела, что подкрадывается к ней. Она видела только очертания, хотя и несколько размытые. Что ее удивило, Мара в книге и Мара в ее комнате отличались внешне. Силуэт этой не выглядел сверхъестественно, он был похож на силуэт человека. Тень подкрадывалась все ближе, а глаз видели все лучше. Она не может поверить в это. Существо достигло девушку. Внезапно, оно хватает девушку за шею и начинает её душить. «Не Убивай… Ма…» - проносится в ее голове, и Эцуо просыпается утром. Она вскакивает с кровати и бежит прочь из комнаты. На первом же кресле вразвалку спит Кииоши. Девушка подбегает к нему, начинает его аккуратно трясти. Тому понадобилось время, чтобы прийти в себя. Эцуо рассказала, что произошло в ночь, когда его сестра умерла. -Пойдем, надо рассказать об этом твоей матери. Через время они были в ее комнате. Мизуко была возмущена такому отношению со стороны девушки и ее сына, но возмущение ее убавилось, когда Эцуо рассказала, что произошло. После этого во многих, если не во всех, новостях всплыли подробности этого дела. Мизуки Нагасима со своим любовником долгое время травили дочерей-близнецов Пентобарбиталом натрия. Это доказывают отпечатки пальцев на баночке с этим лекарством. Выписал его никто иной, как семейный врач, с которым у Мизуко уже долгое время были романтические связи. Постепенно у первой дочери стало резко ухудшаться самочувствие, она все меньше стала общаться с людьми. Она закрывалась в своей комнате и разговаривала с воображаемыми друзьями. Как можно предположить, ее предрасположенность к психическому расстройству и прием таблеток сыграли роль. Другая дочь не пила таблетки в таких количествах, поскольку значительно больше была вне дома. В ночь, когда Харуки Накасиму убили, Мизуки поссорилась со своим мужем и свою злость решила выплеснуть на дочь, считая, что ее жизнь станет лучше, когда она избавиться от всех детей своего мужа. После смерти Харуки, Мизуки позвонила своему любовнику. Тот на утро заключил диагноз «Смерть во сне из-за оторванного тромба». После она закрыла в комнате умершей дочери младшую из близнецов, Харуми, ссылаясь, что это все проделки мифических существ. После пережитого пострясения, Харуми также начала сходить с ума, и травля ее таблетками началась активнее. Старшего сына Кииоши Нагасиму Мизуки не травила, поскольку тот отказался от наследства отца как раз в тот период. Как сказала Мизуки «Я просто хотела быть счастливой с любимым человеком. Обвинить в этом меня никто не посмеет».