Дневник Вожатой

Понедельник       Завела себе дне--——-----

…

Вторник       Не имею представления, как вести дневник. До конца смены осталась неделя, в следующий вторник уже отъезд, а у меня пустой лист. Вспомнила о нём только после того хаоса, которым сопрвождался приезд новенького. Утром я буднично обошла площадь с утра и ушла к себе. Славя перехватила управление толпой из отрядов после проведённой разминки.       Днём Славя занималась подготовкой к заселению новенького. Персунов Семён должен был заехать сразу после обеда, поэтому переодеть, покормить и провести по лагерю его нужно было в индивидуальном порядке.       Славя умничка, но новенькому всё равно досталось от Ульяны. Сделала выговор, Семён, правда, ушёл голодным. За день он не разговаривал даже со мной. Сначала я подумала, что он обиделся, но пришла к выводу, что он просто такой. В восемнадцать лет уже готов лечь и помереть.

…

Среда.       Я буднично обошла площадь и ушла к себе. Славя перехватила управление толпой из отрядов после проведённой разминки.       Семён решил пойти на физкультуру. Может быть, ему понравится и он куда-то запишется? Это как минимум избавит меня от нескольких минут стыда перед начальством по поводу того, есть ли у меня навыки работы с людьми, которые я оттачиваю в их лучшем ВУЗе, или я проучилась четыре года зря и ещё один год мне не поможет. В любом случае, это хорошее продвижение для моего трудного пионера, словно мне не хватает рыжей егозы.       Я решила вернуться на площадь, с блокнотом я точно выгляжу умнее себя обычной. Ульяна на удивление ведёт себя послушно, растолкать Алису ей точно стоило сил. Надо проверить, не упустила ли я чего вчера. Теперь Тихонова возьмёт за привычку светить задницей перед Семёном, даже встала в первый ряд, чтобы оказаться пред ним. Лена с первого дня ходила кругами вокруг Семёна, но оба непробиваемые дураки. Если подтолкнуть, правда, нужно будет разбираться с ненужной интимной близостью, поэтому просто посмотрю. Под конец смены можно будет немного помочь и попросить у Виолы контрацепцию.       Неожиданно: Семён затесался в компанию бегунков. Может, ему ночью приснилась Славя, что он так подскочил? Или так, или её чары добрались даже до непробиваемого домового сыча. Надо посмотреть, куда Славя бегает. Может, они сходят с дистанции пораньше, а Славя их прикрывает? Не верить своей лучшей пионерке и лучшему, чем я, человеку — глупо, но проверять откровенно лень.

…

      Обожаю цветущую сирень, но ненавижу пчёл. Говорят, они не атакуют, но их жужжание я терпеть не могу, равно как и не могу терпеть, что они меня используют как посадочную площадку. Попробуй дёрнуться — вдруг посчитают за атаку? Ушла внутрь, устроила в домике небольшой сквознячок.       Семён только что снова спрашивал Славю. Говорит, нашёл резинку для волос. Пионер не удосужился показать потерянный предмет, но я сказала, куда ему идти. Вряд ли он, конечно, её найдёт там.       Пока писала список дел для Слави, Семён вернулся. Весь на адреналине, боится смотреть в глаза. Кажется, застал Алису за пакостью и та его запугала. Славя придёт — попрошу занять Семёна, чтобы не шастал. Если он найдёт с Двачевской общий язык, будет куда хуже. Пока она ещё заразная для общества.

…

      Двачевская добилась своего. Перед отбоем завела Семёна на пляж. Подумала, что так может начаться немного пугающая, но всё же дружба, но закончилось всё классически: косипоша повёлся и остался в одних трусах. Решила не поднимать эту тему, чтобы не смущать пионера лишний раз. Алису тоже не трогала; скандал на такой почве администрации не нужен. Четверг       Утром забегалась, даже не сразу вспомнила, что мне нужно писать. Пока перечитывала, заметила, что в дневнике второй раз не пишу про Мику. Надо исправлять, навещу её в музыкальном клубе. Предложу пригласить Семёна в музыкальный кружок. Кстати, о Семёне — вчера он слушал музыку. Какой-то очень компактный проигрыватель, поинтересоваться не дал, на предложение обсудить технику с кибернетиками надменно хмыкнул. Понимаю его, но оставаться совсем сычом нельзя. И как мне из такого пионера сделать человека?       Ах да, Семён снова бегал со Славей после зарядки. Молодец. Предложила ему записаться на бадминтон к Лене. Отнекивался, упомянула волейбольный кружок со Славей — пообещал подумать.

…

      Семён снова забегал к Славе, заметила краем глаза. Потом ушёл в сторону библиотеки. Странно, что она сидит дома в это время. С другой стороны, он перестал слоняться по лагерю, а у Слави бывает не дольше пару минут. Любые вопросы по лагерю — к ней, а не мне. Ровесницы, конечно, ближе, но я старше его всего на несколько лет, почти вчерашняя школьница! Обидно: то тётя Оля для восьмиклассниц, то Ольга Дмитриевна для всех, кто старше. Ужасно эффективная субординация, как в армии. А может, Славяна ему понравилась? Удивляться нечему, но где Славя, а где Семён?

…

      Моя любимейшая помощница словно читает мои мысли. Тоже направила Семёна к Лене. Теперь он безвылазно сидит в библиотеке.

…

      Виола пришла ко мне под вечер. Попросила контролировать свой отряд. На вопрос, о чём она, ответила, что онанизм в кустах — отчаянное занятие, и кто-то из пионеров недостаточно устаёт. Конкретики не дала, пошутила про «врачебную тайну». Из трёх парней на подобное способны все. В туалете я бы и сама не стала ублажаться, а в душевых всё же полно народу. Естественно, при соседе в доме ещё попробуй извернуться, чтобы вышло незаметно. Ладно, я… С ключами от лагеря. С утра только Славя не спит, и спрашивать о содержимом сумки некого. Пятница       Да благословит бог японцев и их массажёры. Вчерашние записи вырвали меня из рабочего потока и напомнили о телесных желаниях. Заодно унесла из столовой пару ватрушек, почти что прям из грузовика.       Вчера красноречиво намекнула Семёну на то, что у него появилось свободное время на свои дела перед сном: подложила упаковку салфеток на его тумбу и твёрдо назначила время обхода. Эффект на глаза, упаковка уже вскрыта.       Семён снова ходит на физкультуру, отказываться не планирует. Записала его в итоге задним числом в музыкальный кружок и к журналисткам, вечером подложу обходной, чтобы он свою фамилию вписал. Оказалось, у него и читательский билет есть. Чем бы пионер не тешился, лишь бы это было не моей проблемой.

…

      Славя сегодня немного взведённая. На вопрос отшутилась, отмахнулась, и споткнулась на месте. Вынудила её отказаться от дел на сегодня, послежу за поведением.       Пляжный день проходил обычно. У Слави новый купальник — если от этого она нервничала, то неудивительно. Пожурила её за излишне открытые чашки (хотя мне ли её осуждать, сама-то какой взяла?), сижу и завидую белой завистью из-за ровного загара даже там, где загорелой быть стыдно. Кажется, моя помощница не совсем простая.       Ульяна вдохновилась опытом Алисы над Семёном и утащила одежду Лены прямо из кабинки, пока та переодевалась — визг ужасный, зеваки пытались «случайно» проходить мимо кабинки, пока Славя бегала за рыжей. Встала и упёрлась спиной, чтобы прикрыть заметную щель меж стенкой и стойкой, успокаиваю Лену через стенку и подписываю в блокнот.       Семён отчаянно хочет подсмотреть в записи, показала ему язык. Лена сломалась от нервов. Принесли всю одежду, уговаривали одеться и выйти даже домой при желании. Отказывалась уходить с пляжа, отказывалась одеваться. Славя умница, смотрела за всем лагерем, пока уговаривала Лену сделать хоть что-то. Отогнала группу поддержки из Мику и Слави. Семён выглядел обеспокоенным, но влезать не стал. Пришлось зайти и одевать её, как маленькую. Тихонова молча дала натянуть на себя купальник и нашла себе место на пляже в тени. Перед Леной краснела не меньше, чем она сама, но удалось справиться профессионально. Алису наказывать было бесполезно, ей уйти с пляжа — это награда, а не наказание. Ставлю вторую черту на корке блокнота. Если наберётся третья, поедет домой с фанфарами.       Заклятые подруги — самое мягкое определение, которое можно дать тандему Лены и Алисы. Придумала заставить Алису извиниться перед Тихоновой, но в порыве поиска прощения весь пляж чуть не увидел грудь неуспешно пытавшейся раздеться Двачевской.       Хоть эта с линиями от загара.       Ульяна снова играет слишком честно и приняла домашний арест. Двачевская ушла на сцену.

…

      Одевая Лену, чувствовала не стыд и не ощущение заботы за великовозрастным ребёнком, а вожделение. Лена не стеснялась и не пряталась; я еле одёрнула себя, чтобы не ущипнуть её за грудь (чуть ли не хуже моей, в её возрасте…) или снизу ради хоть какой-то реакции. Без писка и щебетания и правда было слишком непривычно. Суббота       Вчера вымоталась, после признания блокноту так и уснула. Проснулась раньше, на улице духота, дождь точно будет. Пока готовилась ко дню, пролистала блокнот. Теперь это точно запрещённая литература, для научрука перепишу с нуля, как домой приеду. Заодно вспомнила, что было лень делать, и что, раз уж так повезло, сделать было возможно как раз только утром — проследить за бегунками. В этот раз за Славей собирается та же троица. Попросила Славю при пробежке не заходить за территорию лагеря, перестраховалась, чтобы те через калитки не прошли.       Открытие сегодняшнего дня либо раскрывает мою полную некомпетентность как будущего преподавателя, либо поднимает вопрос двуличия и моральных ориентиров.       Боюсь писать в дневник все мысли на ходу, подожду вечера, произошедшему нужно улечься у меня в голове и в памяти. Открыла пару методичек на подобные случаи, буду читать. Если это вскроется, я точно окажусь и без диплома, и без перспектив на будущее.       Естественно, в любых ситуациях «действовать мягко, реагировать на усмотрение, прервать происходящее, объяснить последствия». Завуалированно спросила Виолу. От врача с её характером нельзя было ожидать ничего, кроме всученной коробки с презервативами и предложения подложить их на видное место или в карман «мальчику». Виновницу торжества Виола предложила провести через себя или не трогать вовсе. Подумаю.       Большая часть дня, не связанная с происшествием, не запомнилась никак. Из-за дождя сидели тет-а-тет с Ясеневой больше часа.       Сначала я гадала, где бегунки могут остановиться. Сразу поставила на восточную часть лагеря, поближе к душевым или питьевым фонтанчикам. Совершенно случайно заметила две золотых косы за складом. Проследовала за ними, думала, что белую спортивную форму заметят быстро, однако… Спортивные формы Ясеневой и восхищение на них глядящих затмевало разум всем, включая меня. Хотелось рыкнуть и согнать извращенцев, но Ясенева была охотницей, а не жертвой. Пришлось отпустить пионеров, чтобы не возиться с четырьями бедламами сразу.       Ясеневу всё же остановила. Сразу заявила, что увидела всё. Услышала вежливые извинения — экстренные ситуации она воспринимала куда легче меня. Я… Заставила её раздеться. Всунула внутрь два пальца, там был потоп. Славя ужасно сильно текла.       Одёрнула себя, наспех одела бедолагу, увела к себе домой за запястье. Заперлась. Раздела снова. Очень хотелось сделать всё самой, но отдала массажёр. Потребовала использовать… Как только дала ей обтереться после оргазма, одела и вывела, не сказав ни слова. Не видела в жизни такой струи. Решила не освобождать её от дел, чтобы дать ей развеяться работой. Администрацию и медпункт тоже обходила стороной, боюсь расколоться.       К тихому часу снова позвала к себе. Из-за дождя просидели всё время вдвоём, Семён чудесным образом так и не зашёл к нам. Всё равно хотелось его придушить, когда узнала, что нагота моей лучшей пионерки поставлена на конвеер ей же самой. Долго молчали, но я сдалась раньше и начала просить у Слави прощения — за бесцеремонное появление из-за спины, за эгоистичные и извращённые требования раздеться и ублажать себя прилюдно. Славя приняла извинения и сразу же выдала последний секрет: нижнего белья на ней не было не только под спортивной одеждой. Я разрешила ей вопреки всем запретам. Напоследок она протянула обратно вибратор и вышла из домика. Я не раздумывала ни секунды, и до сих пор не чувствую сожаления о совершённом.

Воскресенье       Вчера после первой половины дня все остальные события казались мелочью. Меня подменила вожатая второго отряда. Я хотела отдать ей коробку конфет, но решили, что разделим сегодня после завтрака всем вожатским составом, в честь «финишной прямой». Славя тоже провела тот вечер под её приказами.       Сегодня продолжается сравнительно буднично, разве что смотреть на мою помощницу перед пробежкой горько. Решила не запрещать «награждать». Семён продолжает ухаживать за Леной и при этом разглядывает Славю, «настоящий мужик». С другой стороны, он теперь адаптировался, и его даже можно выпускать в люди. Сам ли постарался или Славя не только сиськами трясти умеет, определить сложно. Надо готовиться подкладывать презервативы.

…

      Славяна к обеду снова просила занять её работой. Нагрузила подготовкой к концерту послезавтра. Она снова нарушила все нормы: «поздоровалась» со мной поднятием юбки. Казалось, будто отовсюду сейчас вылезет по паре глаз. Как бы грубо это ни звучало, она знает цену своему телу и активно продаёт его.       Заходила к Мику. Она готовит что-то большое на концерт, попросила ключи от кладовки под эстрадой со сценической одеждой, не стала ей мешать. Алиса на удивление проводит время с ней и даже не пытается саботировать лагерную жизнь.       Провела почти весь полдень в домике в компании Ульяны. Разговоры были ни о чём и обо всём сразу. Оказалось, что когда шило не мешается в одном месте, Ульяна становится интересной собеседницей. Не считая поведения, Советова — очередная будущая звёздочка Советского Союза. Судить её сложно: перфекционизм обходится дорого, и кто-то восстанавливает психическое здоровье долгой прокрастинацией на гамаке, кто-то — разведением хаоса подальше от родителей… Кто-то — нудизмом.       После обеда Славя отпросилась за территорию позагорать на пляже. Естественно, именно там она и зарабатывает свой ровный загар. Теперь моя Славя вывела эту просьбу в официальное заявление, отчего мне только тяжелее.       Не смогла удержаться и проследовала за ней. Полотенце с собой, а рубашка легко просвечивала голую спину. Нахалка даже не зашла толком за территорию, а улеглась прямо за кустарником на косе. От доступного и не пустого лагерного пляжа её отделяла высокая трава и дерево.       Отогнала двух зрителей из младших отрядов. Пока проводила воспитательную работу и пыталась отбелить честь Слави хотя бы относительно Виолы, прошёл час. Виола всё поняла, пришлось отдать детей вожатой отряда. Медсестра-извращенка познакомила меня с реальностью: я ведь совсем ничего не писала про остальной отряд! Сексуальная жизнь стала чуть ли не основополагающей частью лагерной жизни в последние несколько дней. В дневнике нет ни слова про Женю, но с уверенностью можно заявить, что она проспала всю лагерную смену.       Придётся много сочинять о том, как я провела своё бесконечное лагерное лето.       Собралась «догонять» Лену. Пошла к Славе, ожидая, что она знает про отношения Семёна и Тихоновой. Вместо этого увидела лежащую с своим дневником Славю. Стало интересно прочитать, что там, но снова чуть не отчитала её за наготу. Целеустремлённость пугает: даже дома она готова потратить время на раздевание.       Сложно признаться даже дневнику, но я сделала это со Славей и поцеловала её.       Чувствую себя чудесно. Очень стыдно, но лучшего чувства не было. Боюсь думать, куда это заведёт. И боюсь рыдать, когда смена кончится и мы станем обе слишком взрослыми для лагеря. Пишу односложно.       Приходить в себя буду до вечера.

…

      Озабоченный отряд. Пришла за стенгазетой, вместо законченной работы — полный альбом авторской эротики. Естественно, чтобы не дать лагерю ни малейшего шанса избежать проблем, художница по фонам из Лены такая же хорошая, как и художница по людям. Заполняю блокнот, пока Тихонова заканчивает стенгазету. Лишь бы только её рисунки были фантазиями, а не…       Я дура! Не сдержалась!       Дневник имеет поразительное свойство для меня, он даёт мне раскрывать свои самые страшные грехи уже через минуту после их совершения. Я бы с трудом сформировала мысль и произнесла её вслух Виоле, но на бумаге слова весят меньше. И я о том, как…       Я вспомнила, каково быть с девушкой в постели, и, что самое ужасное, я была трезвой и действовала с чистым умом. Глупо, грубо, некультурно, но она сама прыгнула мне в руки, не оказывая сопротивления, как какая-то овечка перед волком. Слово за слово «важный разговор» превратился в двух девушек, поочерёдно исследующих друг друга руками и языками. Лена чудесная. У неё дома творческий бардак, но Мику ночует в музклубе, а мы делим одну кровать на двоих, прижавшись друг к дружке. И, пока Лена сопит, обняв меня, как подушку, я кое-как дописываю произошедшее, потому что утром будет сложно поверить в то, что это не сон.       И я чувствую себя ужасно за то, что «изменила» Славе. Понедельник       Проснулись поздно. Правило двадцати одного дня явно работает в плюс выработки привычки только если это правило не нарушать. Пришлось будить Лену, которая впервые вспомнила моё имя-отчество с момента, когда мы вдвоём решили, что нам нужна близость и разрядка. Теперь, без этого горящего желания, мы просто чувствовали себя двумя голыми обнимающимися девушками без какой-то причины. Нежность закончилась, и я оделась и вышла, напоследок положив на стол несколько «резинок», прятавшихся в кармане, и «разрешила» тем самым нарушить запрет на излишнюю близость с Семёном.       Славя — умница, не стала меня искать и поняла, что я хочу побыть одна неважно где. Мику, наверное, успела всё увидеть, но остался один день, и такое событие слишком фантастично, чтобы в него хоть кто-то поверил, а гостья узнает, что в Союзе есть всё, включая вожатых-лесбиянок. Лагерь готовился к дискотеке. Вчера работали «главные» душевые с горячей водой, а этим вечером будут топить баню. Славя командовала отрядом не хуже меня, на главной площади уже развешивали гирлянду, а к сцене тянулись пионеры с разной аппаратурой. Тихонько сводила Лену в душевые. Мы опять сорвались и закончили мытьё в одной кабинке.       Понаписала в дневник за завтраком и хватит, в следующий раз напишу сюда только что-то важное.       Поцеловала Славю снова. Она не такая опытная, как Лена, но этим даже восхитительнее.       Концерт был великолепным. Мику и Алиса устроили не детский утренник, а настоящее выступление и рок-концерт, на том оборудовании, какое у них было. Младшие отряды были в восторге безоговорочно, старшие искушённые слушатели всё равно уважительно покачали головой навыку гитаристок.       Теперь дискотека и платье, писать будет некогда. Отдала Семёну ключ от пустого домика, напомнила про отъезд в два часа дня и полную готовность к двенадцати. Сказала, где достать презервативы. Совершенно мимо меня пролетел тот факт, что Женя тоже нашла вторую половинку в лице Электроника. Узнала об этом уже от самой Виолетты. Вторник       Со Славяной нам не хватало отведённого времени. Дискотека была оправданием, чтобы парочки растворялись в толпе и сбегали по домикам под смотрящим в сторону вожатым. Мы и сами испарились из виду, краем глаза наблюдая за тем, как Лена и Семён чуть не сбрасывали одежду прямо на улице. Мы и сами хороши — почти не разрывали поцелуй ещё по пути в домик. Внутри же… Начался настоящий разврат. Мы не могли насытиться друг другом. Я быстро стала Олей, а не Ольгой Дмитриевной, а Славяна — Славушкой. «Ножницы» сменялись «69», а в перерывах мы нежились, готовясь снова ворваться в шторм из разрывающих нас чувств. Вибратор эффективно шёл в ход, и мы прекратили только когда вспомнили о бане. Дождавшись последней очереди, мы заняли и её до тех пор, пока слабость не дала знать. Вернувшись, мы уснули мгновенно, а проснувшись с трудом огранчились одними пальчиками, чтобы успеть собраться. Затем мы разошлись почти на три часа, неспособные пересечься ни на завтраке, ни на последней линейке, ни во время сборов, и воссоединились только в автобусе. Это были наши последние часы со Славей. Автобус довозил нас в Тверь, а от неё пути всех пионеров разнились. Прощание длилось между ребятами с самого утра, и тем, кому повезло не иметь потребность торопиться на поезд или самолёт, занимали ближайшие кафе или просто шли гулять. Как вожатой, мне было больно прощаться с каждой пионеркой и пионером, и тем хуже было от того, что Славе нужно было на поезд практически сразу.       Как же не хочется, чтобы это кончалось.