Behind Blue Eyes

      Лёша проклинал всё и вся. Мало того, что он опаздывал на встречу, так он ещё опаздывал на невероятно важную встречу.       Он не знал, какому гению пришло в голову устраивать переговоры в понедельник, но он точно знал, что его будильник подвел его в самый неудачный момент. Время неумолимо приближалось к началу дискуссии, а он только бежал навстречу московским высоткам, пытаясь понять, в какой именно башне находится заветный зал.       Алексей понимал, что выглядит не лучшим образом, но совсем не прийти было бы преступлением. Волосы на его голове растрепались ужасно, рубашка выбилась из-под брюк, а закатанные рукава пиджака отнюдь не придавали его виду солидности, но на встречу он забежал именно в таком виде.       Запыхавшись извинился перед всеми и двинулся навстречу своему начальнику, бросающему на него неодобрительные взгляды. Стоило ему сесть рядом с Ильей Александровичем, как он получил ощутимый толчок в ногу от сидящего рядом, явно готовящего выговор непутёвому работнику.       Лёша наскоро поправил прическу и, кое-как восстановив дыхание, повернулся к начавшему диалог директору другой компании. Всё-таки, будучи заместителем директора, ему стоит хотя бы вникнуть в тему разговора, чтобы не пасть перед Ильей ещё ниже.       Но жизнь решает быть особенно жестокой по отношению к нему и не позволяет серьезно вникнуть в рабочие вопросы, ведь Александр Владиславович оказывается безумно притягательным. Лёше стыдно это осознавать, но он не может отвести глаз от него и сконцентрироваться на речи, а не на внешности. Ему нравятся чужие светлые пряди, нравится то, как сидит на парне строгий пиджак, нравятся его светлые глаза, от взгляда которых невольно пробегают мурашки по телу. Он мысленно даёт себе пощечину только в момент, когда замечает за собой желание схватиться за чужой галстук и притянуть за него парня к себе.       Он судорожно пытается сосредоточиться, но слова постоянно пролетают мимо него, а всё внимание концентрируется на приятном тембре Александра, на его нерасторопной и приятной подаче информации, подкрепляемой жестами. На чужие руки Алексей тоже успевает бесстыдно засмотреться.       Когда же начальник другой компании предлагает устроить перерыв, Лёша судорожно выдыхает, тут же отправляясь к кулеру и намереваясь влить в себя несколько стаканов ледяной воды.       За ним, естественно, следует Илья Александрович, начиная ругать своего заместителя за неподобающее поведение. Алексей в ответ может только кивать, не в силах выжать из себя и слова и постоянно косясь в сторону конференц-зала со стеклянными стенами, за которыми прекрасно было видно Александра, со своей идеальной улыбкой рассказывающего что-то одному из коллег.       Лёша определённо вляпался по уши.

•••

       Когда злосчастная конференция закончилась, Лёша первым вылетел из зала. Все его мысли были забиты симпатичным начальником, от чего нужно было поскорее избавляться, дабы это не зашло ещё дальше.        Пока что его хватило только на судорожную попытку нахвататься свежего воздуха после долгого скитания по незнакомому небоскрёбу. Он не знал, из-за чего именно его бросало в жар — из-за духоты в помещении или из-за собственных мыслей, но на улице попытки не сойти с ума стали более реальными.        Он подцепляет сигарету из пачки, трясущимися руками поджигает её и наконец глубоко затягивается. Сил больше ни на что не остается, поэтому он падает на ближайшую лавочку, выдыхая едкий дым.        Он понимает, что ведёт себя достаточно глупо, но сам с собой ничего сделать не может, продолжая прокручивать в голове последние часы своей жизни. Делал это Лёша, вероятно, зря, ведь таким образом только сильнее загонялся, сильнее убеждался в неправильности собственных мыслей и чувств, но совсем избавиться от них не мог.        Он надеялся, что холодный душ и пара кружек крепкого кофе помогут ему прийти в себя после произошедшего, но телефонный звонок резко вырывает его из блаженных рассуждений о возвращении домой.       На экране высветилась фотография Ильи Александровича. Стало понятно, что просто так начальник ему не стал бы звонить.       — Лёша, важное задание тебе, — говорит в трубку начальник, срываясь на рваные вдохи. Судя по всему, тот куда-то спешил.        — Какое? — Деревяшкин весь напрягся от подобной формулировки, не зная, чего ожидать и как справляться с рабочими задачами в нынешнем состоянии.        — Мы с Александром Владиславовичем собирались обсудить вопросы дальнейшего сотрудничества, но мне пришлось в срочном порядке отправиться по другим делам. Поднимешься через пару часов в тот же конференц-зал? Просто послушай и запиши, не более.       Последние слова начальника проходят мимо парня, ведь от одной только мысли о диалоге один на один с начальником другой компании у Лёши всё внутри сжимается, а сердце в агонии бьется в груди, не позволяя толком сделать полноценный вдох.       Но отказаться у Деревяшкина нет возможности. Как минимум потому, что он не смог бы в своем предобморочном состоянии придумать адекватную причину своего отказа от поручения, а потому он смог только выдавить неуклюжее соглашение и сбросить трубку.

•••

       Путь до злосчастного зала переговоров ощущался так, словно Лёша добровольно идет на казнь. Он пытался успокоить себя, дабы в очередной раз не подвести начальника, но что-то подсказывало ему, что очередная попытка сосредоточиться будет провалена.       И он оказался чертовски прав. Стоило ему перешагнуть порог, как он вновь не смог оторвать взгляда от Парадеева, в этот раз закатавшего рукава рубашки от стоящей вокруг духоты. Деревяшкин вновь пялился на чужие руки, засмотрелся на сияющие из-под оправы очков глаза и с трудом сдержал себя, когда расслабленная улыбка была адресована ему.       Понятное дело, что сосредоточиться Лёша толком не смог.       Он неосознанно что-то записывал в заметки под диктовку, а сам лишь наслаждался приятным голосом и порой зависал на выразительной мимике парня, одергивая себя лишь через некоторое время, замечая, что Александр с немым вопросом смотрит на него.       — У Вас точно всё хорошо? — интересуется он, кладя руку на чужое плечо в знак поддержки.        У Леши кожа от чужого прикосновения горит, а желание прижаться к лежащей на себе руке губами становится непозволительно сильным. В ответ на вопрос Деревяшкин может только мотать головой в стороны.        — Думаю, нам всё же стоит закончить сегодняшний разговор, Вы явно напряжены, — поднимается со своего места Александр и, к сожалению Алексея, убирает свою ладонь. Он неспешно натягивает пиджак, скрывая под ним красивые руки, и Деревяшкин понимает, что действовать нужно быстро.        — Простите, — пытается настроиться на верный лад Лёша, — а Вы не хотели бы встреться в менее формальной обстановке? Допустим, завтра вечером?        Александр смотрит на него удивлённо, но, поразмыслив, всё-таки посылает в качестве ответа очередную очаровательную улыбку и, быстро начеркав что-то на офисном листочке, передаёт его Лёше, на прощание подмигнув смущенному парню.        Деревяшкин нервно мнет в руках записку с чужим номером телефона и до последнего не верит, что его попытка наладить контакт не провалилась сразу же.        Домой возвращается Лёша в шикарном настроении. Вместо депрессивного заливания своих проблем крепким кофе он подпевает любимой музыке, играется со своими собаками и проводит битый час у гардероба, рассуждая, в чем стоит пойти на встречу.       И его точно можно было бы уличить во лжи, если бы он сказал, что их первая неформальная встреча, негласно ставшая похожей на свидание, прошла просто замечательно. Лёша впервые не был столь нервным, с упоением слушал чужие истории, с таким же энтузиазмом ведал о чем-то своём и просто ловил момент, наслаждаясь жизнью по полной.        И он ещё не знал, что в будущем покупка двух стаканчиков кофе станет ежедневной привычкой. Не знает, что полюбит Московские высотки и будет рад лишний раз в них наведаться. Не знает, что вскоре по утрам он будет просыпаться не от писка будильника, а от тёплых поцелуев. И он даже предположить не может, что на встречи они вскоре будут опаздывать вдвоём, вызывая тонны сплетен у коллег, но не обращая на это никакого внимания.        Лёша не знает, что будет по настоящему счастлив, но вскоре обязательно об этом узнает.