Дача

На даче пахло пылью и затхлостью, конечно, сюда никто не приходил уже года четыре. Его отцу было некогда (даже если у него и появлялось свободное время, Михаил предпочитал уехать в Санкт-петербург), а Даня сначала не мог туда один поехать, а затем не хотел выезжать куда-то далеко, чтобы просто пожарить шашлыки, их ведь можно просто заказать. Что изменилось? Серега в его жизни появился и решил, что жарить шашлыки в лесопосадке не ахти(хотя Даня даже не рассматривал этот вариант), так что им срочно нужно на дачу. Тут Даня и вспомнил про это забытое здание. Честно, когда он туда приехал удивился, что это здание не развалилось и даже стоит. Участок давно зарос травой, спасибо на том, что она была невысокой. У них получилась небольшая компания: Агния, она же Ася, Сережа, Денис, Никита и Вероника, а также он, Даня. Ася, как человек умеющий лучше всех из друзей жарить шашлык(Баня не был уверен в этом, но Серега его в этом заверил), ещё дома у Московского девушка замариновала мясо, которое этот же Даня и купил, а ещё отправила Дениса за продуктами и алкоголем, ведь: - Вы чего, с ума сошли?! Мы чем питаться будем там? Одним шашлыком что-ли, мы же туда на три дня едем. Я столько не приготовлю, чтобы прокормить всех нас, - Денис, конечно же пошёл за продуктами и прихватил с собой Московского, чтобы скучно не было. Сейчас это уже не так важно, ведь они на месте. Домик был обычным, и, если быть честными, ребята ожидали большего от дачи московского олигарха и депутата. Сережа конечно знал, что Данин отец очень любит простоту во всём, но не до такой же степени. А сам Московский не понимал, чего они хотят от дачи, где четыре года не ступала нога человека. Они ожидали хотя бы какой-нибудь коттедж, а в итоге обычная дача среднестатистического гражданина. Запах затхлости раздражал всех, потому общим решением было отправить Дениса и Асю готовить мангал и угли, а остальным убираться. Вероника нашла два тазика, а Никита тряпки. Спустя два с половиной часа шашлык был готов и дом был убран и проветрен. Стол, стулья и лавочка из кухни были вынесены на веранду. Тарелки, которые мыла Вероника, стояли аккуратной стопкой на столе, а рядом с ними лежали вилки и соус в глубокой тарелке. Под столом же был алкоголь и сок с водой, чтобы запивать. Сережа сел рядом с Даней на лавочку опасно близко, касаясь своим бедром Даниного от чего тот напряжённо сглотнул, пытаясь отвлечься на разговор с Денисом об учёбе и работе. Хоть они и встречались чуть больше двух лет, он всё равно остро реагировал на случайные прикосновения, особенно после долгой разлуки. Они сидели так где-то час, шашлык был не до конца съеден, оставшееся положили в холодильник, который чудом работал, вот что значит советское качество. Вероника вместе с Никитой пошли ставить чайник, ведь: -А давайте всё чайком шлифанем и потом пойдём разбираться с комнатами. Даня посмотрел на их компанию со стороны и понял, что у них из шести человек две пары и что единственные "сильные и независимые" это Ася и Денис, между которыми ток искриться который год. Ему резко стало смешно и он пьяно рассмеялся, Ася на него косо посмотрела. - Чего смеёшься? - сказала девушка, а Даня всё не мог перестать хохотать из-за своих мыслей. - Ничего, забей. -Смех без причины - признак дурачины, - Ася сказала это и закатила глаза возвращаясь к разговору с Денисом, а Даня наконец успокоился. Но тут вдруг на его бедро легла теплая рука и опустилась вниз на колено. Дрожь моментально пробила Московского и тот напряжённо посмотрел на Серёжу, который невинно улыбался. Вот чёрт, знает же, что Даня не любит проявлений чувств на людях и всё равно так делает. И с такой же невинной улыбкой он наклонился и сказал: - Как думаешь, тут хорошая звукоизоляция? - шёпотом задевая теплым дыханием ухо и сразу же отстранился делая вид что ничего не сказал, а в глазах то черти пляшут, а рука то колено гладит. Даня сейчас не особо думал, но был уверен что звукоизоляция тут явно не очень. - Не... Не знаю, - запутавшись в словах сказал Даня, продолжая смотреть на Серёжу. Это все что смог выдать его мозг. -Значит сегодня стоит это проверить, - и Данин личный чертёнок ему подмигнул. Всё ещё не убирая руку с колена. Напряжение между ними разбавили Вероника и Никита, принесшие чайник, чашки, сахар и сам чай. Даня тут же встал и ринулся помогать ребятам, а Серёжа вышел покурить. Когда кружки были пусты, а на них стали нападать комары, ребята решили всё-таки заходить в дом. Стол был оставлен на веранде, как и стулья с лавочкой, а вот посуду надо было перемыть и эту работу поручили Дане. Но перед тем как мыть посуду им надо было определиться кто где живёт. Комнат было относительно много, штук восемь, считая кухню и ванную. Да, его отец хоть любил простоту и уважал антураж старых дач, но комфорт он любил больше, от того еще в детстве Дани тут был сделан какой никакой, но ремонт. так что им можно было бы выделить каждому по помещению, но парочки решили жить вместе. Поэтому расселились они так: в самой дальней комнате, где раньше была гостевая, спали Серёжа и Даня; зал достался Денису; в когда-то детской комнате расположилась Ася, а во второй спальне для гостей Вероника и Никита. Московский спокойно стоял и мыл посуду, пока к нему сзади не подошёл Серёжа и не обнял его со спины, вызывая приятное чувство тепла в душе. Он продолжил своё дело. Наверное, если бы тут был кто-то из друзей он бы оттолкнул его или же попросил бы отойти, бросив: "Мешаешь". Но сейчас ему абсолютно ничего не мешает до тех пор, пока его любимый не решается поцеловать его в шею, а затем ещё раз. -Сереж, прекрати, - Даня тяжело вздохнул когда Татищев укусил его за мочку уха и произнёс: -А то что? - Даня даже затылком чувствовал, как этот чёрт улыбается. Конечно, Московский не мог отрицать что ему это нравится, но Серёжа обычно так себя не вёл, предпочитая отдавать контроль Дане. -Будешь мыть посуду вместо меня, - даже не повернув голову сказал Даня, продолжая отмывать тарелки. -Я и не против, - Серёжа немного отодвинул ворот футболки и поцеловал Московского в плечо, - особенно, если за это для меня будет особая награда, - ещё поцелуй, а у Дани руки немного трясутся, посуду еле держит. - Серёж, ребята сюда зайти могут, притормози, - А чёрт не слушается, целует и кусает все открытые участки, отставляя пару засосов на шее. Даня понимал почему Сережа так на него налетел, скорее всего причина была в том, что они до этого не виделись два месяца, ведь они всё так же учатся и живут в разных городах. От того парни оба изголодались друг по другу, но как бы ему не хотелось, он предпочёл бы сначала закончить дела, а потом переходить к десерту. - Так уж и быть, - запоздало ответил Серёжа и ушёл в другую комнату. Дане же так одиноко стало, плюс и возбуждение, которое начало подниматься по венам из-за действий Серёжи, тоже давало о себе знать. Через пару десятков минут вся посуда была перемыта, а Даня пошёл в их общую комнату, к своему любимому. Как только дверь закрылась он увидел Серёжу стоящего у окна. - Ты чего, обиделся что-ли? - Даня подошёл и обнял Серёжу сзади, повторяя жест любимого на кухне, - Ну ты же понимаешь, что мне нужно было помыть посуду. Серёжа резко повернулся, так ещё и с улыбкой до ушей, а затем наклонился и поцеловал, медленно, наслаждаясь. - Я скучал, - прошептал Сережа отстранившись и стал хаотично целовать лицо Дани, - ты не представляешь как же я скучал, - он касался губами лба, щек, носа, подбородка и так отчаянно и с любовью шептал одни и те же слова. У Дани тепло в груди разливается, не часто его любимый таким бывает. У Московского улыбка до ушей и так хорошо в голове, ни мысли, только губы Серёжи на его лице и тепло, безграничное тепло - Я тоже, душа моя, я тоже, - а Серёжа после этих слов снова к губам чужим прильнул и целовал так отчаянно и нежно, что у Дани что-то защемило в душе. Они с поцелуями от окна к кровати подошли, Серёжа нажал на чужие плечи, Московский повиновался и лёг, а Татищев навис над ним, пытаясь в памяти момент запечатлеть. Затем продолжил своё дело. Он с губ перешёл на шею. Даня млел от этих прикосновений. -Стой, стой, стой. - резко сказал Даня, со сбившимся дыханием и полушепотом, - Давай сейчас оба в душ, а затем продолжим? Хорошо? - Да ты издеваешься! - раздосадовано сказал Серёжа и встал, он понимал, что помыться надо, но желание затуманивало разум, - только чур по отдельности, иначе до комнаты обратно мы не дойдём. - Хорошо, я первый. Время длилось до ужаса медленно, но наконец они оба сходили в душ с влажными волосами стоят в комнате и вновь целуются. И да, Сережа в этот раз напор увеличивает, кусается и язык в рот заталкивает, руками беспорядочно водит и ягодицы сжимает. А Даня же поддаётся, управление Серёже отдаёт, а сам отвечает чуть спокойнее, и размереннее. Футболку Московского Татищев быстро снимает и теперь уже не шею с лицом целует, а сразу плечи. Даня голову назад откидывает и руки в волосы запускает, тянет их, перебирает, сводя любимого с ума. Им хорошо, они снова падают на кровать и Даня вновь внизу. Его целуют, заставляют сердце стучать с бешеной скоростью. До тех пор, пока Даня не берёт любовь свою за подбородок и не притягивает для поцелуя, моментально меняя позиции. И вот теперь он сидит на чужих бедрах и сам начинает шею целовать, параллельно футболку задирая. Он там одному ему известные узоры выводит, по напряжённому животу скользит и сам уже улыбается с огнём в глазах. Даня целует ворот футболки и понимает, что она ему мешает, потому стягивает её с возлюбленного и продолжает поцелуями опускаться. Он случайно ягодицами задевает бугор на штанах Серёжи отчего тот судорожно вздыхает. Даня не торопится, ведь у них вся ночь впереди. Он медленно опускается до соска и втягивает его, лижет и слабо кусает, а Серёжа под ним дышит тяжело, судорожно, руки на плечи Данилины кладёт, за реальность уцепиться пытается. Московскому только на радость такая реакция парня, он сам уже на взводе. Руки немного дрожат, он одной в матрас упирается, другой по напряжённым мышцам живота водит, дразнит, издевается, нервы испытывает, только непонятно чьи. Он ниже опускается, дышит тяжело, так ещё и руку на бедра любви кладёт, вверх-вниз двигает, параллельно живот расцеловывая. Руки Серёжи покоятся в волосах Дани, он прогибается и тяжело вздыхает. Московский вдруг резко поднимается и губы любимого целует, кусает. У него самого голова кругом, он бедрами об чужие трётся, вздыхает. Терпение лопается. Серёжины штаны с бельём летят в сторону. Даня ниже опускается, внутреннюю часть бёдер целует, дразнит, а затем он на член переходит и тут Сережа тихо стонет. Татищев руку к лицу приложил, не одни же всё-таки, да и он не уверен, что звукоизоляция хорошая, хоть и обещал её проверить. Даня тем временем в рот берёт, заставляя всё внутри Серёжи трепетать. Он вниз не смотрит, знает же, что от вида рта Московского на его члене точно с ума сойдёт, только глаза закрывает и старается бедрами навстречу не двигать. Но Даня резко останавливается и шёпотом говорит: -Растянешь меня? - улыбается, словно кот и языком по губам водит, смотрит с желанием, а у Серёжи дыхание перехватило, нечасто его Сокровище на смены ролей соглашается. Татищев Московского за подбородок берет, целует, к себе притягивает и быстро положение меняет, теперь уже Сережа сверху на любимого смотрит и налюбоваться не может. -Смазка у меня в рюкзаке, в большом отделе, там же презервативы. - коротко говорит Московский и ждёт, мучительную минуту, ёрзает. Серёжа тюбик на тумбочку кидает, а сам Даню целует, за отсутствие извиняется. Губы медленно с лица на шею перемещаются и всё ниже и ниже. Даня терпеть уже не может, навстречу бедрами толкается, стоны сдерживает, а потому задыхается. - Ты можешь уже начать? - беззлобно, но с небольшой каплей раздражения шепчет Даня, а в ответ только коварную улыбку получает. У них это общее улыбаться лукаво, с хитринкой, когда кто-то из них что-то задумал. Вот и сейчас его змей искуситель явно что-то затеял. Дане даже не хотелось знать, что именно, пока он не почувствовал чужую руку на своём члене. Ткань штанов ощущение притупляла, но приятно было до одури, до звёзд перед глазами. А Сережа останавливаться не собирался, лишь шорты с Дани снял, мокрое пятно на белье любимого его явно раззадорило. Он поднялся выше и стал живот Дани расцеловывать, пока не дошёл до резинки трусов, он её чуть оттянул и поцеловал, слыша, как Даня судорожно вздохнул. Улыбка стала ещё шире, он рукой под бельё залез и провёл по члену вверх-вниз, слыша, как над его головой прозвучали неразборчивые звуки. - Серёж, - задыхаясь позвал Даня, обращая взор на своё лицо, - ты... Ты можешь начать? -А если не могу? - Серёже до безумия хотелось, но желание подразнить Даню было сильнее. -Так смоги, - как-то слишком громко сказал Московский, закрывая глаза и прогибаясь в спине. У Серёжи отчего то все предохранители сорвало из-за этой фразы, он с Дани трусы быстро снял и к смазке потянулся. - Ты точно хочешь? - спросил Серёжа на всякий случай, получая в ответ очень красноречивый взгляд. - Да, да, да, только быстрее пожалуйста, - словно в бреду шептал Даня. Серёжа Московского слушается, ноги его к себе на плечи закидывает, тюбик открывает, на пальцы содержимое выдавливает и входит одним на две фаланги. Его тут же сжимают и Сережа шепчет: - Расслабься, - целует, живот, грудь и шепчет что-то успокаивающее. Даня под такой заботой сразу млеет, расслабляется. Серёжа палец дальше вводит, за реакцией любимого следит, только бы больно не сделать. Растягивать Даню всегда было волнительно и долго, но зато затем наступало блаженное удовольствие. Удары кровати об стену, хлюпающие звуки и сладкие стоны, этого всего так не хватало им двоим эти пару месяцев. Оргазм первым настиг Даню, что с громким стоном и именем любимого на губах кончил. Они лежали не в силах даже пошевелиться, было так хорошо и пусто в голове. Серёжа очнулся первым, он пошёл к своему рюкзаку и достал оттуда пачку влажных салфеток, чтобы вытереть ими Даню. - Пошли в душ, а затем постельное поменяем, - прохрипел Даня хватая Серёжу за руку. - Пошли. *** "Утро добрым не бывает" - известная всем фраза и Даня был с ней ужасно согласен, особенно в этот день. К ним в комнату влетел Денис с какой-то глупой мелодией на колонке и крикнул: - Подъём, голубки! Серёжу такое не брало, он спал даже не замечая громкую музыку и крики друга. Они оба были в футболках, но засосы на шее это всё равно бы не скрыло, потому Даня одеяло почти что до ушей натянул и возмущённо рявкнул, но получилось скорее обиженно: - Отстань, зачем так рано будить? Музыка на этих словах выключилась, а Денис вопросительно посмотрел и затем рассмеялся. - Правду говорят: «Влюблённые часов не замечают". Сейчас пол второго дня, мы уже обедать собираемся, а у вас всё рано, - Даня на это лишь нахмурился. - Иди, я Серёжу сам разбужу, - хрипло сказал он, всё ещё не отойдя ото сна. Денис с улыбкой до ушей вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. Даня же наклонился к возлюбленному и шёпотом начал: - Кот, пора вставать, - в ответ ему недовольно промычали что-то неразборчивое, - ну, Серёж, уже пол второго дня. Ребята беспокоятся. Серёжа глаза зажмурил и потянулся, а когда он их открыл удивлённо посмотрел на любимого. Татищеву было тяжело поверить, что рядом с ним Данечка лежит, будит его и улыбается. За столом на веранде все сели как и вчера. Даня смотрел в тарелку, не хотел видеть ехидного взгляда Дениса, который точно заметил засосы на его шее. Они ели в тишине, пока Сережа её не прервал. -Денис, а чем ты ночью занимался? - слишком радостно спросил Сережа, а Дане плохо стало, он понимал, что после этого подкол последует от Романова. - Чем ещё ночью можно заниматься? Спал, конечно же. - озадаченно ответил Денис. - Правда? Видимо, у нас засосы подушки ставят, - и тут у Московского глаза чуть из орбит не вылетели, он на Дениса посмотрел, а у того и вправду красовался засос на шее, - Ася, ты в следующий раз его замазывать засосы научи, а то неприлично же.