Волшебная лампа

Малфой слышит звук дождя, который непрерывно бьет по окнам. Он слышит свою помощницу Джинни через закрытую дверь, которая даже не пытается быть тише и как будто специально хочет, чтобы все в отделе услышали о ее «слишком азартном парне». Она уже в сотый раз повторяет, что он «зациклен на играх» и она хочет расстаться, пока он «не стащил все драгоценности из дома». Затем Драко слышит отчетливый голос Поттера, ее лучшего друга со времен Хогвартса, который, по соображениям Джинни, должен ее понимать как никто другой. Он говорит ей что-то про то, что нужно это обсудить с ее молодым человеком и вместе решить эту проблему, на что она лишь хмыкает и еще больше раззадоривается. Малфой в очередной раз удивляется: насколько нужно быть дураком, чтобы не догадаться, о чем и с кем ей сейчас стоит действительно поговорить? Еще с самого детства Поттер неразрывно связан дружескими узами с Джинни, и даже после выпуска он пошел работать в Аврорат лишь с одной целью, которая сейчас активно с ним обсуждает «мужское достоинство». Драко лишь надеется, что это достоинство никак не касается физической составляющей, и в очередной раз слышит звук грома. Он на некоторое время забывается в своих мыслях, из-за чего совершенно не замечает, как к нему в кабинет заходит мужчина в форме, похожей на его. Белая рубашка с вышитой маленькой буквой «А» на правой стороне около грудной клетки, синие брюки и красный плащ, который он по привычке поправляет, когда садится. — Сегодня опять слушаем аудио-подкаст «Уизли и Поттер не могут просто напиться и признаться друг другу»? — Блейз тянет уголок губ наверх, закидывая ногу на ногу и достает пачку сигарет, прикуривая, — Будешь? Малфой улыбается и качает головой. После того, как Забини перешел в отдел по связи мира маглов и волшебников, он начал исследовать все темы обычной человеческой жизни, и оттуда взял много нужной и совершенно ненужной информации. Отсюда и аудио-подкасты, и походы в театр, и даже турецкие сериалы про любовь и криминал. Когда он проходит мимо его кабинета, то не раз может услышать звуки стрельбы и вздохи Блейза под аккомпанемент грустной музыки. Забини тем временем делает длинную затяжку, давая себе собраться с мыслями, и поворачивается к другу: — Поступило новое дело, сегодня на собрании расскажут, но я, как самый лучший друг, готов с тобой поделится уже сейчас. Малфой кивает, показывая увлеченность и собирает руки в замок перед собой, облокачиваясь на стул. Его другу всегда хотелось рассказать новости быстрее всех, и только Салазар знал, с помощью каких связей ему это удается. Одно Малфой знал точно: если Блейз закуривает — дело обещает быть интересным. — Вчера ночью одного из маглов заметили недалеко от Эбни-парка. Все бы ничего, но там находится одно из наших подразделений, и когда авроры заметили его ночью с ножом, они решили его допросить. Парня задержали, но не успели ничего сделать, потому что он зарезал сам себя. Но знаешь что самое интересное? — Блейз прищурился и улыбнулся, выдерживая паузу, такую длинную, что было слышно обрывок фразы Джинни «… к черту мужиков!» — Самое интересное, что перед смертью он произнес «Все ради Волшебной лампы!». Понимаешь, что это значит? Малфой понимал. Они уже не один раз за этот год слышали о так называемой «Волшебной лампе», какой-то организации из мира волшебников, деятельность которой скрывалась. Когда в отдел по криминалистике магов поручали дела, связанные с этой темой, то кто-то сверху очень быстро их закрывал, и в общем все старались не говорить об этом и придерживались нейтралитета. Всё-таки, ничем существование этой загадочной группировки или места нельзя было доказать, поэтому оставалось только идти по следам крови и жертв, которые еще больше путали и не давали толковой информации. Забини снова делает затяжку, как бы давая Малфою впитать эту информацию, и продолжает, уже с менее радостным видом: — Тео был там. Он рассказал, что они пытались вылечить этого бедолагу, даже зелья ему в рот пихали, но ничего не помогло. На ноже была магия, нейтрализующая все попытки восстановления. И дураку понятно, что это было сделано специально, но зачем? Какой смысл заходить на территорию магов и показывать это шоу? Почти все, кто был там, предполагают, что парень был под Империусом. Малфой кивает, обдумывая услышанное. Очевидно, что это провокация, но непонятно, с какой целью. «Волшебная лампа» не часто делала такие представления, тем более привлекая обычных людей. Как только он получил должность руководителя операциями по борьбе с криминалом в отделе, то такие ситуации начали возникать чаще. Он не связывал это со своим повышением, потому что это звучало как бред. Но теперь, когда число жертв увеличивается, каждая деталь была важна. Блейз тем временем продолжает: — Конечно, сегодня ты это еще услышишь на собрании, поэтому за неточность информации я не переживаю. — Гудок телефона прерывает его, и он хмурится, читая сообщение. После этого он встает, поправляя свой плащ, ругаясь, что один край всё-таки замялся, бормочет заклинание, приводя внешний вид в нормальное состояние, и поворачивается к выходу, кивая другу, — Ладно, я пошел, наметились кое-какие дела в отделе, нужно сверить данные. Увидимся. Малфой кивает, прощаясь с другом, и встает с кресла, подходя к окну. Оно встречает его жестокими ударами дождя о стекло, и Малфою нравится этот звук. С тех пор, как он здесь работает, ни одно дело его не зацепило так, как «Волшебная лампа». Таинственность и загадочность этого места поражали, но больше всего в нем разгорался интерес от того, как оно может так нецелесообразно выставлять напоказ свое нелегальное существование, и в то же время оставаться самым неизвестным местом в мире. Человек, который управляет этой системой, действительно достоин восхищения. И казни. Публичной. Но восхищения больше. Малфой дожидается, пока Уизли-младшая проводит своего друга из кабинета, и зайдет к нему, чтобы уведомить о месте встречи для руководителей. Собрание проходит в одном из главных кабинетов отдела правового регулирования, на нем зачитывают общие задачи и передают их определенному отделу. Каждому из руководителей всегда было нужно присутствовать на собрании — именно поэтому сейчас в кабинете находятся от силы человек десять. После Блейза, третьего опоздавшего, Малфою уже перехотелось считать. — Что насчет дела о пропавших вещах домовых эльфов, то его мы поручаем отделу по безопасности магических существ, — мужчина в очках передает кипу бумаг одному из руководителей, явно не настроенный на разговор. Как и все, ему хочется побыстрее сделать свою работу и пойти домой, поэтому, когда он видит следующий документ, то на долю секунды сомневается, стоит ли о нем говорить, но все же начинает — Далее дело о самоубийце возле Эбни-парка… На несколько секунд все замолкают, ждут подробностей. Мужчина, уже пожалевший, что начал говорить, прокашлялся, чтобы зачитать дело. Все это время Блейз сидел рядом с Малфоем и слушал, выискивая что-то, что он не подметил при их разговоре. Но после того, как мужчина закончил на моменте, где парень убивает себя, два друга удивленно переглядываются. Руководитель правового регулирования решил умолчать о фразе, брошенной убийцей, и поэтому все посчитали, что это просто один из способов привлечь внимание каких-то магов, которые использовали для этого обычного человека. Мужчина передает дело Малфою, и тот быстро пробегает глазами по бумагам, но не находит ничего, связанного с «Волшебной лампой». Ни одного упоминания, даже намека нет. Он переглядывается еще раз с Блейзом, и тот понимает его взгляд. После собрания они решили остаться в кабинете Блейза, чтобы обсудить этот случай. Когда Малфой заходит к нему, то сразу берет в руки сигарету, поджигая фитиль. В голове были тысячи мыслей, и все они были связаны с недавним событием. Он садится на диван, поправляя перед этим плащ, и выдыхает дым, оглядываясь на друга и замечая у того помятый край такого же цвета плаща рядом с вышитым золотыми нитками узором. У каждого отдела была своя индивидуальная вышивка, это не было связано с рабочими моментами, скорее для красоты. Блейз носил плащ, на котором была вышивка с пожиманием рук, условный договор связи между мирами маглов и магов, в то время как у Малфоя был вышит пистолет. Выглядел он конечно устрашающе, и многим из его отдела не нравился этот отличительный знак, он, по их мнению, показывал их как наемных убийц, но Блейзу так нравилось, что он уже был готов опять метнуться в их отдел только ради этого значка. Кроме этого их формы ничем особым не отличались, и, если не приглядываться, то можно было предположить, что они работают в одном месте. Когда они зашли в кабинет, то не сразу заметили фигуру, стоящую за стулом и смотрящую на полки с книгами. Кабинет Блейза был буквально завален всякими романтичными историями, и он постоянно отнекивался, что этот кабинет ему передали после бывшей работницы, и почти все здесь — не его, но с каждым разом количество книг на полках такого же содержания увеличивалось, поэтому вопросов возникало еще больше, но не у Малфоя. — Тео, ты всегда умел эффектно появляться, теряешь хватку, — Забини зашел в кабинет и сразу заприметил своего друга, уводя его от полок. — Ты, конечно же, не был на собрании, эдакая ты свинья, но я, как твой лучший друг, расскажу тебе новости… Малфой пожал Тео руку, тот сел возле него, отказываясь от сигареты, и, окинув Блейза ироничным взглядом после его слов, стал внимательно слушать. Тео был единственным, кто за это время завел семью, и его жизнь кардинально поменялась. Постоянные вечеринки сменились прогулками с дочкой Элизабет и ее любимым псом Рексом возле дома, а алкоголь и сигареты он заменил на яблочный сок и макраме. Даже его жена, бывшая студентка Когтеврана Полумна, была крайне удивлена таким резким переменам в поведении своего мужа. Сам он это объяснял «осознанием своей жизни» и тем, что он «преисполнился» после выпуска, получив работу. Как ни странно, но этот милый на вид парень, пьющий сок, который он купил, пока шло собрание, работал в отделе секретного назначения. Никто не знал, какие дела им поручают, но никто также не рисковал спрашивать, заметив на их плащах знак — череп. Знак смерти. После того, как Блейз вкратце попытался рассказать произошедшее, прошло двадцать три минуты. Двадцать пять, если считать отступление про новую серию его любимого сериала. Тео вздохнул, опираясь руками на локти, и сжал переносицу пальцами, пытаясь собрать весь хаотичный рассказ Блейза в одно целое. — Я знал, что об этом не расскажут, потому что после того инцидента наших сразу предупредили, чтобы они не распространялись об этом. Но также у меня есть хорошая новость, — Тео оглянулся на них, отпил из стакана, и заговорщицки подмигнул — Кажется, я знаю, где находится эта «Волшебная лампа». — Для этого я и привел тебя сюда, — Блейз кивает на Малфоя, который удивился настолько, что потерял дар речи. Вопросы в голове удваиваются, нет, утраиваются, и мысли, ранее просто плывшие в его голове по реке, теперь тонут и плещутся в ужасном шторме. — Он захотел встретиться сегодня после собрания и рассказать об этом, — тем временем объясняет Малфою Забини, — И я сразу понял, что это дело передадут тебе, поэтому сложил два плюс два. Ну как, круто? Друзья проигнорировали его вопрос, и уже активно обсуждали все нюансы будущего задания, поэтому Забини пришлось вклиниться в разговор, оставаясь неуслышанным. — Я часто вижу своего соседа около парка, — начал Нотт, — и не один раз слышал от него, как он где-то «поднимает бабки». Мне оставалось только догадываться, что он там поднимает, если каждый раз он выносил на продажу всякую утварь из дома, но я не обращал на это внимания до одного момента. Позавчера, до случая с мужиком-самоубийцей, я увидел своего приятеля опять около парка, заходившего в темный проход. Он нес что-то, похожее на яйцо Фаберже, я еще удивился, как у него осталось что-то такое дома, ну и решил за ним проследить. Он обогнул дом, и за ним я увидел мусорные баки, он отодвинул их, чтобы пролезть в какую-то щель. Только после того, как он пропал там, я залез и увидел, что это камин! Малфой нахмурился. Нелегальное использование камина грозило немаленьким сроком, и факт того, что, скорее всего, этот камин не единственный, вызывал в нем еще больше интереса. — Можно уже догадаться, куда он полез, и что это за место. Я решил, что это «Волшебная лампа», потому что тот парень из вчерашней истории выходил примерно с того же места, справа от входа в парк. Так как я не должен был об этом распространяться, вы сами понимаете, что зайти туда под предлогом «обыска» мы не можем, как и доложить об этом вышестоящим. Поэтому остается только один выход. Тео ухмыляется. Его ямочка на щеке становится заметнее, а лицо приобретает свежий розовый оттенок. Он возбужден и ему нравится вся эта история. И он на этом празднике жизни не один. Как так получилось, что все трое слизеринских друзей стали работать в Аврорате? Драко задавался этим вопросом вот уже семь лет, и нашел только один ответ: чудо. Поистине, только с такой позицией он мог спокойно принять, что прямо сейчас они идут в маскировке в то самое место-которое-нельзя-называть. Малфой, Забини и Нотт-младший идут исследовать самое криминальное место под прикрытием. Он усмехнулся, понимая, что, если бы услышал это, то только из глупых фильмов, очевидно давно просмотренных его другом. А Блейзу эта идея так понравилась, что именно он стал главным разработчиком их спецодежды: черные кофты с длинным горлом, брюки такого же цвета, и, конечно, лакированные туфли. Когда его друзья увидели эту «тихую роскошь», то, не думая, передали важную миссию по переодеванию Нотту, так как он был единственным, кто видел примерные образы входящих и выходящих оттуда. Они не могли войти под оборотным, потому что была огромная вероятность, что на здании, в котором они окажутся, стоят все чары, препятствующие и не дающие им свободно передвигаться. Поэтому оставалось надеяться лишь на то, что их не заметят в спортивках и футболках-поло. — Мы что, едем на гольф к моей маме? Какого черта вы просто не оставили это на меня? — Блейз в очередной раз ругается себе под нос, пиная камни, и сердито оглядывая двух парней. — Потому что мы посоветовались, и нашли для тебя задачу получше, — легко посмеиваясь, почти вприпрыжку шел Нотт, — какую, я, конечно же, как «лучший друг», расскажу тебе уже на месте. Кстати, мы пришли, поворачиваем! Он мягко подтолкнул Драко и Блейза к тесному темному проему между двумя домами, отодвинул баки мусора и готов был искать порох, уже начиная открывать баки, позеленев от запаха. Но показалась лишь стена, покрытая недавно засохшей краской. Сука. Запал Малфоя мгновенно спал, и он даже не ожидал, что его всегда здравый разум и холодная расчетливость, которых он придерживался вот уже несколько лет, так быстро затуманятся фантазиями о том, как он увидит то самое место. Выдохнув и признавая в мыслях свое поражение, в очередной раз убеждаясь в уникальности и проницательности главного преступника, он стал осматривать местность. Почему именно Эбни-парк? Почему камин пропал только после того, как они решили его проверить? Или это очередная магия, название которой от него скрыто? Драко оставалось только думать и пытаться предугадать дальнейшие действия его оппонента. После общей проверки и грустной речи Теодора о том, что «он точно видел» и «это по-любому кто-то сверху», они решили вернуться к работе, пока оставляя этот вопрос открытым. Так, по крайней мере, они думали, пока Драко, который вышел на работу на следующий день, не заметил на своем рабочем столе красный конверт. «У тебя есть только три желания. Так что же ты выберешь? Джин» Драко опешил, но буквально на секунду. Пазл собирался в одну большую картину, и оставался только один кусочек, поэтому он быстро пытался придумать, как же его достать. Никакие заклинания не помогали найти подсказку, поэтому был только один вариант. И он знал, изначально догадывался, что именно его выбрал тот, кто прислал ему это загадочное письмо. Он поджег лист, подставив его на кончик своей палочки, и, увидев результат, усмехнулся. Пепел, образовавшийся от бумаги, начал соединяться, а где-то, наоборот, отталкиваться друг от друга, образуя две буквы: Г. Г. Когда Малфой это увидел, то в очередной раз убедился в своих догадках. Загадка была разгадана, пазл сложился. И Драко, проведя рукой по волосам и запрокидывая голову вверх, удовлетворенно выдохнул. — Маленькая ведьма, так вот что ты задумала.