Если это ад, то я готов быть в нём вечно

Выйдя из палаты, которая находилась в старшем корпусе, Нил глянул за спину. Эндрю тихо гудел, пытаясь найти второй носок. Когда ткань всё же оказалась на второй ноге, Эндрю быстро надел кеды и пошагал за Нилом. На них светило солнце, трава приятно щекотала икры, не спрятанные под тканью носков и шорт. Нил дёрнул ногой, сбрасывая букашку с кожи, которая, как раз таки, неприятно его щекотала. Эндрю покосился на него и резко сел на поляну, а Нил шлёпнулся рядом. Нил покрутил головой туда-сюда, рассматривая виды этого места: лагерь окружал густой лес, из которого цвиринькали птицы. Сам лагерь состоял из нескольких корпусов для разных отрядов, а посреди всего этого стояла громадная столовая, куда Эндрю любил ходить больше всего. Покосившись на детей, которые шлёпали своими ножками и притопывали такую мягкую траву, Нил обрадовался, когда на них гаркнули и дети убежали на свою площадку. Тут, по-хорошему, любой категории возрастов, кроме вожатых и администрации, не разрешалось быть. Место уединённое и тихое, где взрослые не могли бы следить за ними, но так как Эндрю и Нил были самыми тихими здесь, на них закрывали глаза. К тому же, они сразу бы могли прогнать малышню, которая норовила сбежать в лес. Нил повернулся к Эндрю, он смотрел куда-то вперёд, медленно моргая. По всей видимости, Эндрю отчаянно хотел спать, а Нил бесстыдно выгнал его на улицу. Откинувшись на спину, Нил почувствовал, как вокруг было мягко. Трава здесь была длинной, тая в себе всевозможную живность, она сейчас лезла в лицо, чуть-чуть заслоняя по бокам вид на Эндрю и небо. Тёплый ветер подул на них и волосы Миньярда совсем неаккуратно раздуло по бокам, из-за чего Нил улыбнулся себе в кулак. Когда они были в городе, то не могли так тихо сидеть и наслаждаться друг другом. Нет, конечно, они оставались наедине, разделяя воздух и поцелуи между собой, но у них не было возможности быть рядом, окутаться такой нежной, тёплой, и по-своему детской атмосферой. Дома они не могли быть детьми, хотя так нуждались в этом, но тут, они были никем другими, как глупыми влюблёнными подростками, которые через пару недель вернутся в жестокие реали. Нил потянул руку к Эндрю и аккуратно зажал ткань футболки между указательным и большим пальцем, а после легонько потянул на себя. Если бы Эндрю не захотел, Нил бы никак не сдвинул его с места, но сейчас он почувствовал, как чужая макушка и плечо приятного касаются его. Между ними не было разговоров, они им не нужны, куда лучше вместе, лёжа на мягкой траве, смотреть на облака, которые плавно плывут. Нил повернул голову и начал разглядывать профиль Эндрю: такой красивый и аккуратный, нос с горбикой, которую Нил иногда не мог не цемнуть, а потом хихикать от того, как Эндрю морщит нос. Он бы соврал, если бы сказал, что не восхищается Эндрю. Нил легонько дунул на Эндрю, а второй плавно повернулся к нему. Они были близко, их носы почти соприкасались. Над ними пролетела пара бабочек, Нил отвлёкся на них, но Эндрю мягко одним пальцем повернул его голову назад. Нил не удержался и легонько чмокнул его в кончик носа и улыбнулся, потому что Эндрю, как всегда, забавно сморщил нос. — Сходим в лес? — тихо спросил Нил. Эндрю повернул голову и пару раз моргнул, снова садясь. Он снова что-то высматривал. — Нельзя же, — передразнил Эндрю Нила. — И что? — Нил тоже сел, но смотрел не на лес, а на Эндрю. Нил глянул вверх, и сразу начал щуриться, так как споткнулся о солнце. Вернув взгляд на Эндрю, Нил заметил, что он уже смотрит на него. Эндрю резво встал, хрустя спиной и шеей. Он развернулся к нему, протягивая руку, и, о чёрт, это было как в кино: Эндрю обдувал ветер, волосы развевались в разные стороны, он протягивал руку и Нил бы просто не смог не сравнить его с принцем. Нил схватился за руку и ему помогли встать. Они стояли совсем рядом, глядя друг на друга. Им никогда не нужны были слова, чтобы передать эмоции внутри - досточно взгляда, прикосновений (всегда аккуратных и заботливых, даже во время секса), поцелуев в лоб или, любимых Нилом, в нос Эндрю. Над головами пролетели птицы, дополняя всю эту картину. Они буд-то где-то далеко-далеко в горах, где-то, где нет цивилизации, и Эндрю, который спас его от чего-то. Нил не мог знать, как это выглядит для Эндрю, но он мог знать, что так же захватывающе, как для самого Нила. — Пойдём, — мягко улыбнулся Нил, не отпуская руку, начиная бежать по траве, разгоняя всех бабочек. Они бежали в унисон, запыхаясь, но дыша воздухом свободы. Бег для Нила был чем-то вроде спасения и глотка счастья, в котором можно забыть обо всём, но когда с ним бежит Эндрю — это сравнимо с безумием. Всегда такой злой и сердитый Эндрю, бежит с ним в лес, за руку, пугая всю живность под ногами. Со стороны это выглядит так глупо, но когда ты находишься в этом пузыре эмоций, даже мысли такой не приходит в голову. Если это был ад, котрый заключался в том, что Нил всегда будет таким счастливым, но в голове будет мысль «это всё не вечно», а потом он провалится в реальный мир — он готов на это, каждый раз попадая в эту петлю времени. Самое ужасное, что было сейчас — это упасть или споткнуться, но Нил бы потащил Эндрю за собой, а потом смеялся, слушая его недовольство. Но не отпустил бы его руку. Кто Нил такой, чтобы жаловаться на грязь под ногами? Вероятно, это дорога в горячий ад, но походящая всеми вещами из рая: ёлки, котрые благополучно спасали от солнца, пение птиц и потная рука Эндрю, крепко держащая Нила. К слову, Нил всё же споткнулся и совсем не мягко упал, носом пройдясь по земле. Эндрю упал рядом, чуть-чуть завалившись на спину Нила. Они прерывисто дышали, Нил перевернулся на спину, так как рука, так и не отпустившая Эндрю, неудобно лежала под животом. Они снова лежали на спинах, но теперь резво дыша, пытаясь вернуть лёгким жизнь. — Идиот, — высказался Эндрю, не прекращая быстро поднимать и опускать грудь. Нил засмеялся от иронии, он только что про это думал и прыснул смешок себе в кулак, в потом засмеялся. Ничего смешного не было — нос болел, рука тоже, но он был таким счастливым идиотом под взглядом Эндрю. — Мне кажется, — задыхался Нил, — или мы пробежали марафон? — Ваймак бы нами гордился. Нил ткнул его в бок и закрыл глаза. Он чертовски счастлив, с больным носом и рукой, потный и такой глупый со стороны. Он готов отдать Эндрю своё сердце в такие моменты. — Определённо, — сказал Нил, чмокая его в нос.