Сказка для взрослых детей

Август проснулся от назойливого стука в окно, будто кто-то снаружи бросал в него камушки. Он все еще сонный, обернувшись в лоскутное одеяло, сполз с кровати и пошлепал босыми ногами к окну. Он с трудом раскрыл деревянные створки, впустив в дом поток холодного горного воздуха. За окном никого не было видно: солнечные лучи только начали пробиваться из-за высоких склонов хребта, а трава у дома мерцала крупными каплями росы. Август потер заспанные глаза и снова вгляделся утро. Все еще никого не было видно и как только он потянулся закрывать створки, его прямо в лоб что-то больно кольнуло. Послышался смех, больше похожий на писк. Мальчик глянул под ноги, предмет, которым в него кинули, судя по стуку не мог далеко отлететь. И он был прав. Прямо под лавкой, стоявшей сбоку от окна, валялся маленький белый голышек. Август с недовольным видом подобрал камень и швырнул его в окно. «Не смешно!», прошипел он в след камню. Но снова послышалось хихиканье и мальчику снова прилетело в лоб. Разъяренный брюнет вновь разыскал на полу камень. Тот оказался абсолютно таким же белым голышом, как и первый. Август подскочил к окну и по пояс перевалился через подоконник на улицу: под окнами вокруг всего дома валялась уйма таких камней. Маленьких, гладких и белых. «Если этот тупица Кристофер так решил пошутить, я ему действительно пятки подполю», бухтел Август наспех натягивая штаны. -Куда ты собрался, молодой человек? Донеслось из полутемноты комнаты. - На улицу, за водой – быстро соврал Август. У него выступил холодный пот. Он в торопях спрятал камень в карман и повернулся к отцу, сидевшему на стуле в самом темном углу комнаты.  - Твоя кружка стоит полная у самой кровати – угрюмо пробормотал Геворг и тяжело выдохнув продолжил – ты можешь перестать врать? Я растил тебя двенадцать лет и могу понять, когда ты лжешь. Август нервно сглотнул. С момента, когда Геворг нашел их у мельниц прошло уже больше недели. И мальчик понадеялся, что рассказ Мириам про неудавшуюся игру у реки был достаточно правдоподобным, и он поверил им. Август даже не заходил в лес все это время, дожидаясь момента, когда отец забудет о том происшествии. «Кто-то из них все рассказал» подумалось ему, и эта мысль только добавила нервозности такой странной ситуации. Мальчик закоченел от предвкушения скандала. - Август – снова окликнул его отец – как ты думаешь, почему я не вывожу тебя из деревни – устало выдохнул он, вставая со своего места и направляясь к сыну. - Не знаю – обреченно ответил он, не понимая причем тут деревня и его общение с жителями темного леса. - Потому что там, таких как ты, казнят. И это в лучшем случае, сын - Геворг положил свои большие шершавые ладони на плечи Августу и твердо взглянул ему в глаза: «Я не знаю, откуда в тебе такая чертовщина, не знаю, зачем ты околачиваешься подле леса, но если другие про эти твои штуки кто-то прознает, тебе не сдобровать. И я уже ничем не смогу тебе помочь.». Август в ужасе отпрянул: «Чертовщина?» мальчик посмотрел на свои руки. Он никогда не считал свою способность чем-то нехорошим. Конечно, былоненормальным, что в детстве он мог проснуться от падения на свою же кровать. Или то, что с его обидчиками случались различные неприятные ситуации: то руку сведет, у того, кто замахнулся на него, или выскочит типун на языке, или бородавка где-нибудь выползет. Но это случалось не всегда. И все всегда ограничивалось только мелкими неприятностями. Да и годы проведённые с частымипрактиками в лесу, в месте с Ламарой и Зигвардом принесли свои плоды и Август хотя бы понимал, когда и почему с ним случаются такие вспышки волшебства. Он даже немногонаучился контролировать свои силы. - Но как? – Август растерянно посмотрел на отца - Твои волосы, как бы это сказать… -Белели – чуть слышно шепнул Август. Его пугал этот разговор. Он все время думал, что отец ни о чем не догадывается. Конечно, не каждый первый ребенок в селе мог проворачивать такие фокусы, как он, а если быть точнее он ни одного не уличил в волшебстве. Отчего и не бегал по округе, трепя направо и налево о своих способностях. Он понимал, что такое могло по меньшей мере напугать. -Именно – Геворг устало потер переносицу и продолжил – знаешь, я встречал колдунов и чародеев. Но все они так или иначе создавали свое волшебство.  Август, все еще стоящий и обернутый в одеяло поежился от пробежавшего по спине холодка. Отец всегда был серьезен с ним. Он не был щедр на ласку или добрые слова. И как бы Август не старался заслужить той самой похвалы, ничего не выходило. Ни прочтенные книги, которые Геворг привозил со своих вылазок в мир, ни бои на деревянных мечах, ни помощь по дому не впечатляли Геворга. Август видел, как иные мальчишки катаются верхом на лошадях, под пристальным наблюдением отцов, как те играют в той же реке, катаются с заснеженных холмов на ледянках или водят хороводы в сельские праздники. Геворг же всегда оставался на расстоянии и смотрел издалека. Только раз он одобрительно похлопал Августа по плечу, когда мальчик каким-то чудом переломил отцовский шуточный меч. Здесь же все сложилось таким образом, что Геворгу не только не за что было хвалить его. По странному поведению отца, который судя по всему просидел подле его кровати всю ночь, можно было с легкостью догадаться, что добра из этого разговора он точно не вынесет. - Когда-то я встал на их защиту, и потерял все, что у меня было – Август взглянул на ногу еще более помрачневшего отца. Тот же притянул в свои медвежьи объятия мальчика. Август замер от неожиданного прилива нежности. «Что с ним?», пронеслось у того в голове.  - Но на помощь мне уже некому было прийти. Они все сгинули в подземельях Адельхельма – тихо закончил отец. И они оба погрузились в шипучую тишину. А следом Август услышал звук, похожий на звук режущегося пергамента о нож и тихие слова на непонятном ему языке. Как вдруг мальчик почувствовал небывалуюлегкость в теле. Брюнет озадаченно заглянул в глаза отцу – они были полны слез: «Прости, Август. Я не могу позволить, что бы кто-то отнял тебя у меня», мальчик отшатнулся и с ужасом разглядел в руках у отца кинжал и пучок своих черных волос. Брюнет судорожно схватился за голову – их кончики еле доставали до мочек ушей. - Так не могло продолжаться вечно. Я почти четырнадцатьлет наблюдал за тем, как ты творишь магию без заклинаний и артефактов. Твои волосы – Геворг до белых костяшек, сжал в кулаке черный хвост -  всему виной твои волосы, волосы- речь мужчины уходила в бредовый хрип. Август осел на пол и бестолково уставился в закрытое окно, все еще ероша короткие черные волосы. Сейчас ему хотелось все крушить, но стул и лавка мерно стояли на своих былых местах. Кружка с водой не опрокинулась и даже фитиль свечи, стоявшей у изголовья его кровати оставался холодным и черно- обугленным. «Что он мне нашептал?». Отец уже вышел из комнаты, не закрыв за собой двери. Август все еще сидел на том месте и смотрел как рассвет окрашивает утро за окном. «На этом все закончится? Я больше не могу колдовать? Теперь я не увижу Зигварда?»,Август тряхнул головой, что бы отогнать дурные мысли, но в воспоминаниях всплыла Ламара, поющая ему колыбельную. Видение разрушил камень выпавший из его кармана, который он убрал с глаз отца. «Все из-за этой дряни» зло выдавил Август.  Он вскочил на ноги и босым выбежал на улицу прямо к сенокосу. Сельчане, с вечера наточившие свои косы, уже во всю были заняты делом. Август знал, что Кристофер там вместе с отцом. И знал, что именно Кристофер брякнул про лес кому-то из взрослых. Мальчик бежал по мокрой траве, от гнева совсем не замечая веток или острых камней под своими ногами. Он пронесся стрелой мимо отскакивающих от неожиданности взрослых и взлетел на шею сивому, повалив того на землю.  -Кто это? – взвизгнула Катарина, еле удержав от неожиданности свою косу. -Что происходит? – подбежал к ней ее жених, отодвигая в сторону девушку, что бы ту не задели летящие во все стороны камни и щепки. -Чей ребенок? – громко гаркнула старуха Изергиль ( ехехе ) -Это сын Геворга – кто-то выкрикнул из толпы - Да чего ж ты стоишь? Разними их быстро! – Катарина толкнула, защищавшего ее Луи, к дерущимся мальчишкам - Чего уставились? Разнимайте! – всполошились женщины -Зовите Геворга! Куда он смотрит?!- кудахтала Изергиль, топчась вокруг клуба пыли и брани, из которого взмывали руки и ноги, потом обрушиваясь на своего противника все новыми и новыми ударами. Кто кого бил было не разобрать. Мальчики кубарем катались по мокрой траве и дубасили друг –друга что есть мочи. - АВГУСТ – прогремел бас над полем. Из толпы, еле прорываясь и тяжело пыхтя, выполз Марк. Мальчик ему не ответил. Тот уже сидел верхом на лежащем навзничьКристофере и душевно колотил его кулаками по чему придется. Бедный Кристофер даже не мог прикрыть лицо руками, так как они было крепко прижаты к земле коленями Августа. Марк кинулся к сыну друга и за шкирку снял его с сивого. Август брыкался в обхвативших его руках и плакал, неразборчиво выкрикивая обзывательства в сторону своего противника: «Кобылья жопа!», четко выпалил он, прежде, чем получить жгучую оплеуху от Марка. Август обмяк и понурил голову, содрогаясь от безмолвных рыданий. Женщины кинулись к Кристоферу наперебой причитая о том, какое ужасное происшествие случилось и как бедный мальчик пострадал от рук неуравновешенного Августа. Мужчины сурово глядели в сторону Марка, у которого в руках все еще висел всхлипывающий мальчишка. «Извините», громыхнул Марк. Старуха Изергиль сморщила свои густые седые брови над длинным крючковатым носом и внимательно смотрела на брюнета, чьего лица ей видно не было: «Полно вам!», каркнула она. Кудахтанье вокруг Кристофера утихло и женщины наконец выпустили из цепких рук сожаления затисканного Кристофера, который до этого момента никак не мог выкрутиться из них.  - Извините, он хороший малый! Что ж на него нашло? – сокрушался Марк, окруженный обступившей его толпой мужчин и уже подбирающейся толпой женщин. - Это не хорошо, вы видели, как он колотил Йенерсена? Так и убить можно – ворчал Луи, все еще потрясенный дракой и возмущенный, что мальчики могли задеть его прекрасную невесту. - Луи, это мальчишки. Ты видел этого хиляка? Кристоферу это что от мухи отмахнуться – ответил Маркл, задорно хлопнув Луи по плечу, от чего храбрый жених чуть согнулся в коленях. - Дааа – хохоча протянул Вим, один из плотников села – как от мухи! – Вим толкнул в бок стоящего рядом Марка – Ты посмотри на Кристофера, у него левый глаз заплыл! Вот это муха. Упаси Боже такая ко мне в дом залетит. Марк густо покраснел и сильнее прижал Августа к себе. - Где отцы-то ходят. Они им бы преподать урок своим сыновьям. Работу нам застопорили! – кто-то негодовал из толпы женщин. - Не знаю, что вам мешает ей заняться сейчас – вперед вышел отец Кристофера обтирая косу тряпкой. – Что за невидаль такая мальчишеская драка, что пол сенокоса переполошилось? У вас работы мало? - Йенерсен, видел как твоего парнишку отдубасили? – все еще от чего-то веселился Вим - Видел. Ничего страшного. В следующий раз будет лучше держать удар. Не все ему других задирать. – Йенерсенстарший глянул на поколоченного сына – Пусть сами разбираются. Я знаю Августа и Геворга. Мальчишка просто так никогда-бы не кинулся в драку.  - Если не хотите что бы вас Полуднеца заморочила, вам бы лучше поторопиться – встряла Изергиль – Что ты в парнишку вцепился? Отпусти ты его уже. – обратилась она к Марку. Марк еще раз недоверчиво оглядел толпу. Изергильпродолжила: «Иль тебе думается. Мы тут расправу над малолетним совершать собрались?». Марк аккуратно поставил Августа на землю и пихнул того в спину: «Извинись сейчас же». Август отрицательно мотнул головой, все еще буравя взглядом землю. За что Марк снова вознаградил мальчика оплеухой. «Тебе старший сказал извиниться. Быстро сделал, то, что тебе говорят» жестко процедил мужчина. Август нехотя промямлил «Простите, я больше так не буду», Марк удовлетворенно кивнул, снова извинился перед сельчанами и повел мальчишку с сенокоса. Так они дошли до яблоневых садов. Марк, все это время тащивший мальчика за руку наконец остановился и присел перед ним на корточки. - Август, что стряслось? Почему ты налетел на того паренька?- Август, всю дорогу молчавший, не проронил ни слова. Марк понимающе кивнул и уселся на траву. Разговор ожидался достаточно долгий: «Я понимаю, всякое случается. Но тебе не стоит забывать, что твой отец генерал. Нужно помнить кто ты, даже если ты отрезан от мира. Ты обязан держать лицо.». Август округлил глаза и наконец поднял голову на Марка. Тот сидел перекинув ногу на ногу и рассматривал уже поспевшие яблоки. Он был расслаблен и щурился от взошедшего солнца, будто его больше не волновала ситуация на сенокосе. Август не мог прикинуть в своей голове что к чему. Он знал, что отец служил и потерял ногу на войне. Но Геворг никогда не упоминал в какой должности он там находился и при каких обстоятельствах лишился ноги. Марк, заметивший, что Август пристально на него смотрит продолжил: «Я вижу, он не особо поспешил с тобой поделиться своим славным прошлым. Что ж», Марк задумчиво почесал густую бороду: «Я был еще новобранцем, когда меня перекинули на пограничные районы. Вся заваруха только начиналась, так что когда я прибыл, то свято верил, как и многие другие, что буду защищать страну от иноземцев. Кто ж знал, что мне нужно будет защищать ее от своих же.». Август заметил на лице бородача, что сидел напротив него, такое же выражение, что принимало лицо Геворга, когда Август в детстве расспрашивал про войну, пытаясь разузнать побольше о собственном отце. «Наш гарнизон располагался в крепости поодаль от самих границ. И там было тихо. Если захочешь, я тебе покажу где стоят ее руины, ту местность хорошо видно с твоего двора.», он откашлялся и продолжил: «Нам не пришлось долго сидеть на месте. Буквально через несколько дней после моего прибытия пришел приказ о том, что мы должны убить всех жителей в той округе, так как они либо утаивали колдунов, либо сами занимались колдовством.». Август машинально дотронулся до своих волос и на всякий случай отошел на пару шагов от Марка, искоса поглядывая в сторону леса. Мужчина, не заметивший испуга своего собеседника продолжал свой рассказ: «До чего это было по уб», он еще раз прокашлялся, видимо вспомнив, что с ним все же рядом не сам Геворг, а его сын и бранью в речи лучше мелькать. «Там жили только старики да жены наших же солдат со своими детьми! Генерал написал отказ от выполнения приказа, взяв на себя всю ответственность за принятое решение. Никогда не встречал до того момента честной знати. Да и сослуживцы мои тоже. Так что поначалу мы все его приказы да команды мимо ушей пропускали. Ну знаешь, генерал был не намногостарше нас, знатный не бывавший в сражениях, а уже генерал. Граф одним словом. Холеный, малосольный. Чего уж говорить. Со столицы не было никого, кто бы мог за него поручиться. Заносчивый был до жути. Постоянно к нашему внешнему виду придирался. А что к нему придираться было? Сам весь в обмундировании, а мы в мешках из подкартошки. Хоть оружие выдали мало-мальское. Я слышал, некоторые вилами орудовали. Но у нам генерал оружие обеспечил. Сейчас-то я понимаю. Что из своего кармана, но тогда не до ума нам это все было». Марк нахмурился и посмотрел на Августа: «Его решение не прошло ему даром. Он поставил на кон свое слово, звание и титул графа. Дух солдатский он конечно таким поступком поднял, только вот это нам не помогло». Август изумленно выдохнул. Из куцего рассказа следовало, что он абсолютно ничего не знал ни только об отце, но и о себе. - Так что ты должен помнить, кто твой отец и не позорить его своим поведением. Драка является самым последним делом, что тебе следует предпринимать в споре. Твой отец спас жизнь не одному десятку людей. Хотя, он думает иначе. Но перед тобой находится самое что не на есть настоящее доказательство, что думает он не верно.  - Что там произошло? – спросил Август. - Если генерал тебе не рассказал сам, то и я тебе всего рассказывать не стану. Просто теперь знай, как тебе следует себя вести. Ты не обычный сельский мальчишка. Формально, конечно да, но не по сути. Во всяком случае, пока еще жив твой отец, и дышат те, кто его знает. - Марк посмотрел на ободранные босые ноги брюнета и усмехнулся – а теперь иди домой, приведи себя в порядок и хорошенько подумай над тем, что я тебе сейчас рассказал.Ну, а мне пора на сенокос. - С этими словами Марк встал и пошел обратно, в сторону сенокоса. Когда он почти уже вышел из яблоневого сада, то обернулся и крикнул все ещестоявшему на том месте Августу: «И не слова отцу о нашем разговоре!». После чего махнул ему на прощание рукой и скрылся за последними яблоневыми деревьями.