То, о чëм вслух не говорят

Размеренными шагами Август подходил к кабинету Марии. В руках был букет цветов, который по его мнению, мог бы полностью разрешить их неловкую ситуацию. Ещë он думал, что этот небольшой презент избавит его от нервозности, от которой и происходят яркие вспышки энергии, а страдать от них невыносимо. Каждая мышца в теле находится в неприятном напряжении уже несколько дней подряд, что сказывается отвратительно и на отдыхе и на работе. Правда, подчинëнные не дадут соврать, если скажут, что таким разгорячëнным начальника не видели давно. Казалось, те неприятные сцены, во время которых Хольт показательно избивал подчинëнных были забыты... Сейчас всë возвращалось в прежнее русло, что пугало сотрудников. Когда рука сама показательно направила дуло пистолета на одного из телохранителей, он понял, что дело плохо... Ему ничего не светит даже если он перебьëт добрую половину офиса, но с каждым ударом вся боль, будто бумерангом, возвращалась к хозяину. Хотелось протяжно выть от усталости, одиночества и предательского, отвратительно чувства, застрявшего в теле. Даже сейчас, идя по коридору в дорогом тëмном костюме, он ощущал всю тяжесть своего состояния. Тело, буквально, перерубали на мелкие кусочки, а он, пытаясь сохранять лицо, делал вид, что всë идëт по плану. Изящно завëрнутые в яркую бумагу лилии, должны были оказаться в руках Архиповой через несколько минут, если бы на пути к еë кабинету он не встретил того дерзящего лейтенанта. Глянув на него с пренебрежением, он хотел уже пойти в другом направлении, но голос его остановил. Он не мог не отреагировать. — Красивые цветы, мистер Хольт. Надеюсь, это не попытка дать взятку одной из сотрудниц. Резко он отшатнулся. Да так, что чуть не впечатался в стену, на которой красовались памятки на тему: «Что делать, если вы попали в заложники». Иронично вышло. Слова на русском позабылись совершенно. — Ich bin gestorben? Warum geht es mir wieder so gut? Дима не понял иностранный язык, потому просто смотрел на загадочного собеседника. Тот, казалось, находился в шоке, будто прямо сейчас разворачивалось что-то грандиозное, а не простое нахождение в коридоре. Дубин уже собирался уходить, не зная как ответить на эту выходку Хольта. Тот, хотел дотронуться до сотрудника, но вовремя сориентировавшись, просто сказал: — Постойте. Пару минут можете не уходить? — настоятельно то ли просил, то ли приказывал владелец оружейного бизнеса. Дубин, даже не видя взгляд собеседника, понял, что тому нехорошо. Он кивнул, остановился. Почему-то захотелось помочь потенциальному преступнику. Видимо гуманистические идеи брали верх над статусом человека в обществе. — У меня сейчас будет обед, поэтому давайте выйдем на улицу. Если захотите, то расскажите причину вашей растерянности. Хольт не в силах говорить просто пошëл на выход с букетом цветов. Уже не было не желания, не сил дарить его той женщине. Просто выкинет по пути, а ей пришлëт новый. Дима, приняв направленное движение как согласие, пошëл по следам за Августом. Владелец "HOLT" пытался сдержать порыв радости из-за облегчения. Волшебство, не иначе. Они стояли у участка и молчали. Кончились темы, не было смысла задевать работу, они просто случайные незнакомцы. Но почему эти незнакомцы знают друг о друге столько личной информации? Август проигрывал Дубину, потому как тот видел его уязвимость. Он просто принял еë как должное, видя его странное поведение в участке. Отрешённость, потерянность... А искать пропавшие вещи тоже ведь часть работы Дмитрия? Человечность перекрывала все остальные качества работника полиции. Даже в неудобном положении Дубин рисовал. На весу, глядя перед собой. Бизнесмен не мог удержаться, поэтому съязвил: — Опять рисуете что угодно, но не меня? — он недовольно хмыкнул, видя на небольшом листе рисунок цветов. — Если они вам так нравятся, можете забрать. — Уж лучше выкините, — неожиданно ответил дерзостью на дерзость работник. Несколько раз повторять не пришлось. Букет отправился прямиком в урну. Дима, который уже успокоился, вернулся к сути их нахождения в этом месте. — Может, вам стоит выпить воды или кофе, чтобы успокоиться? Нужно отвлечься, чтобы не думать о проблеме. — Je suis trop calme. ça fait peur. Le calme avant la tempête... — признавался Хольт, зная что собеседник не поймëт ни слова. — Я понимаю, что русский язык сложный, но говорите хотя бы на английском. Его я неплохо знаю. — уже недовольно отозвался Дима. Обидно было за то, что прямо перед ним что-то рассказывают, а он не может выслушать, путаясь в языковых конструкциях. — Entschuldigung!— по привычке выдал на другом языке он. — Извинитесь, сложно говорить. Буду благодарен за кофе. Мужчина неловко поправил очки и спешил исправить иностранца: — Не "извинитесь", а " извините". Вы же просите прощения, а не хотите, чтобы я раскаивался тут перед вами? — Дима кротко улыбнулся и отправился до ближайшей кофейни, которая стояла напротив отделения. Телефон полицейского остался лежать на лавочке, возле которой они находились. Хольт смотрел на средство связи, как на запретный плод. Но трогать не смел, в благодарность за собственное улучшенное самочувствие. Когда Дубин придëт, то обязательно услышит лекцию о кибербезопасности. «А как моя логическая цепь успела связать выплеск энергии и этого мальчишку?» — пронеслось в голове Хольта. Оставив эти рассуждения, он стал ждать. Многие эмоции были ему незнакомы, но ждать он правда умел. Ждал улучшения самочувствия, ожидал визита Мико из другой страны, надеялся на плодотворную работу, не жалея ни одного человека, вставшего на его пути. Дима вернулся, держа в руках два стакана кофе. Август глянул на него с усмешкой и взял в руки чужой телефон. Пальцем он показал на экран и сказал: — Вас не было две минуты. За это время я мог взломать ваш аккаунт, получить доступ к вашим скромным счетам, а еще посмотреть архивные дела и вашу нысыщенную историю поиска в браузерах. Никогда. Ни при каком условии. Не оставляйте гаджеты. Телефон должен быть с вами везде. Дубин немного смутился. Он точно не открывал его телефон? В его истории — потëмки со всех уголков интернета. Он же полицейский. А в нерабочее время он тоже активно ищет определенного рода контент, он же не робот, в конце-концов. — Знаете, я прислушаюсь. Но не смейте никогда лезть в моë личное пространство. От слов разило лëгкой неуверенностью. То ли общество Хольта было всë-таки приятно Дубину, то ли намëк на характер просмотренных материалов ему не понравился. Он кратко поблагодарил Диму за компанию. Кофе так и остался нетронутым. Телохранитель, который до сих пор сидел в машине, получил приказ о срочной поездке к команде медицинских работников. Отдав приказ на немецком, он ждал, когда автомобиль подъедет прямиком к зданию. Младший лейтенант пришëл обратно на работу со странными эмоциями. Вроде, он хотел успокоить мужчину, а оказалось, что с ним просто изыскано поиграли. Не верилось, что тот потерявшийся человек в отделении и откровенно смеющийся бизнесмен одна личность. Стоит ли говорить, что после прощания боль Хольта усилилась стократно? Захотелось вернуться, отмотать время назад, чтобы хотя бы пару секунд вновь ощущать прелесть существования без страшных мучений.