Принцесса

Генри сидел за столом с Вальтером и Стеллой. Пока его одноклассники оживлённо обсуждали домашнее задание, он задумчиво ковырял лист тетради ручкой. Рисунки выходили сами собой, пока Генри пропускал мимо ушей всë, что ему говорят, изредка поглядывая на Вилли и Еву, сидящих вместе с Фелис. Генри лениво наблюдал за тем, как принц сдержанно улыбается своей подруге (а только ли подруге?) в ответ на её реплику, а принцесса молча смотрит в свой загадочный блокнот и, кажется, что-то в нём рисует. Аккуратное лицо с мягкими чертами не выражает ни единой эмоции, отчего выглядит строгим, но в светло-карих глазах присутствует какая-то… Мягкость? Нет, быть не может. Ненавязчивое наблюдение за Евой быстро перетекло в пристальный взгляд. К удивлению Генри, глаза принцессы оторвались от блокнота и устремились прямо на него. Не ожидая такого поворота, рыжеволосый парень быстро сменил позу и прокашлялся. — Ты чего это? — Стелла смерила Генри взглядом. — Да так, просто показалось, что паук ползет. — Не бери в голову, — поддержал Вальтер, — Генри сегодня немного нервный, — от него, само собой, не ускользнули взгляды друга и Евы, поэтому Вальтер прекрасно понимал причину испуга Генри. — К Борису заглянул бы, может… — протянула блондинка, приподняв бровь. Снова взглянуть на Еву парень больше не решился. Да и вообще, с чего бы ему смотреть на эту холодную статую, прикидывающуюся человеком? — Ева, ну покажи-и, — до его ушей донёсся голос Фелис. — Нет, — холодно ответила Ева. Слышать её мелодичный, не низкий, но и не слишком высокий голос было непривычно. В присутствии Генри принцесса лишь несколько раз отвечала на уроках, а прямых разговоров у них и вовсе никогда не было. — Не будь букой, Вилли рассказывал, что ты хорошо рисуешь. — Это личное… К тому же, тут только наброски, — ответила Ева, захлопнув блокнот. В голосе девушки не было резкости, раздражения. Лишь холодное безразличие, которое ужасно раздражало Генри. Ему так и хотелось встряхнуть её, заставить быть хоть немного человечнее, живее. В этом плане они с Вильгельмом совершенно не были похожи на двойняшек. Принц пусть и вёл себя сдержанно, но никогда не старался выстроить стену между собой и окружающими, мог пошутить, поболтать с кем-то, не думая о своём статусе. В поведении Евы же всë кричало о том, что она принцесса. — Эй, Генри, — Вальтер ткнул попкой карандаша в лоб друга, который уже некоторое время неподвижно сидел с сосредоточенным лицом и смотрел в стол. — А? — он поднял взгляд. — Ты знаешь, как пятое задание делать, говорю? — А-а… — Генри облизнул губы и стал быстро бегать взглядом по строчкам открытого учебника, — Ну… Вроде как… — Возвращайся на землю, друг, — со вздохом сказал Вальтер. — Мне надо отлить, — тихо пробубнил Генри и встал со стула, после чего поспешил в туалет. Парень физически ощущал висящее в воздухе напряжение. Возможно, касалось оно только его, но спровоцировано было другим человеком, а именно — Евой. — Как же раздражает, — прошипел парень, быстро проскользнув в кабинку туалета. Впервые он отходит подрочить во время выполнения домашки не из-за скуки, а от давящего напсихику и яйца присутствия кого-то. Стоило Генри прикрыть глаза, как тут же сознание вырисовывало ненавистный изящный образ. Шелковистые густые волосы, длинные ресницы, аккуратные брови, губы, которых никогда не касается улыбка… Покончив со своими грязными делишками, Генри вернулся за стол к Вальтеру, Стеллы за ним уже не было. Парень взглянул в сторону, где сидели Вилли, Ева и Фелис. За время его отсутствия королевские детишки успели уйти, а к их подруге присоединилась Сара. — Фелис позвала Вилли и Еву на просмотр ужастика в пятницу, — заговорщически прошептал Вальтер, наклонившись к другу. — А мне что с того? — фыркнул Генри. — Да я так, просто, — с широкой улыбкой парень пожал плечами, — Информирую. — Ясно, — он кивнул и уткнулся в учебник. К парням подошёл Август. Он похлопал Генри по плечу, после чего приземлился на свободный стул. — Привет, молодёжь. Учитесь? — Как видишь, Август, — Генри пожал плечами. — Не засиживайтесь сегодня допоздна, — он прищурился, — На утренних тренировках еле ноги тащишь, — заметил Август, глядя на Генри. — Исправлюсь, — парень поджал губы и запустил пальцы в свои светло-рыжие волосы. — Вальтер, проследишь. — Так точно, Август, — он уверенно кивнул. Иногда Генри казалось, что их староста вездесущ: всë видит, всë контролирует, всем руководит. *** В комнате Евы было почти опрятно. Нотку творческого беспорядка вносили принадлежности для рисования, разбросанные по столу. Рядом с кроватью лежала папка с бумагой, акварель и пенал с кисточками, а на столе располагался открытый блокнот с эскизом, лист крафтовой бумаги и сухая пастель. Волосы Евы были собраны в небрежный пучок, а свободная белая футболка была местами покрыта следами искусства. Девушка старательно намечала аккуратный профиль, черты лица, идущие волной волосы. Поглядывая на эскиз, сделанный в блокноте, она наносила штрихи на крафтовую бумагу, где-то растирая их средним пальцем. — Черт, какой оттенок лучше… — прикусив губу, она быстро бегала пальцем по двум соседним мелкам, — Персиковый, — наконец решила принцесса. Раздался тихий звук в дверь, отчего Ева подскочила, чуть не сделав лишний штрих. Если бы это и случилось — не страшно, клячкой можно исправить такие оплошности, но ошибаться в этой работе девушке совершенно не хотелось. Этот портрет был особенным. — Ева? Это я, Фелис. — Ну какого хрена сейчас… — пробубнила она себе под нос и подошла к двери, — Что-то случилось? — Одолжишь укрепляющий лак для ногтей? — Да, сейчас, — Ева прикрыла дверь перед лицом подруги и отошла к шкафу. Взяв пузырёк, она вручила его Фелис. — Спасибо… Слушай, мы с девочками завтра хотели посидеть, поболтать, поделать маски, поиграть в правду или действие, ну знаешь, типа небольшого девичника. Если хочешь — можешь присоединиться. — Ага, я подумаю, — Ева поджала губы, — Ну… То есть… Да, я приду. Будет круто, — девушка выдавила неловкую улыбку. — Будет круто, — Фелис уверенно повторила её слова с широкой улыбкой и кивнула, — Ой, у тебя на щеке что-то оранжевое, — девушка присмотрелась. — А, это пастель, — Ева махнула рукой, — Прости, я немного занята, творческий процесс, понимаешь, лучше не отвлекаться… — Да, конечно, — сделав вид, что понимает, Фелис кивнула, — Не буду отвлекать. — Спас-с-сибо, — смущённо поджав губы, принцесса медленно закрыла дверь. Закончив до жути неловкий разговор, Ева облегченно выдохнула и села за стол. Не то чтобы ей не нравилась Фелис, но Ева чувствовала, будто при ней нельзя облажаться. Девушка всегда делала ей комплименты и была очень дружелюбной, что лишь снова напоминало о статусе и нужде держать лицо. Экран телефона загорелся от уведомления, которое сообщало, что Винсент прокомментировал новую фотографию принцессы тремя огоньками. *** Когда Генри и Вальтер зашли в комнату отдыха, в ней бурно спорили Винсент и Нильс, пока староста внимательно изучал что-то в своём телефоне. — Я тебе говорю, бро, Ева сама на меня вешаться будет уже к концу этого полугодия! — самоуверенно выдал блондин. — Не пори горячку, при всём уважении, до королевской киски тебе не добраться, — с лёгкой ухмылкой ответил Нильс. — Эй, — Август оторвался от телефона, — Не надо тут строить сексуальные планы на мою младшенькую! Хотя бы не в моём присутствии, парни, имейте совесть. Услышав разговор старших, Генри недовольно фыркнул и завалился на диван. Вальтер сел рядом, параллельно предложив Нильсу сыграть в шахматы. — Генри, — обратился к парню староста, вставший с кресла, — Не засиживайся, — в своём привычном тоне сказал Август, после чего покинул комнату. — Ну так что, Нильс, почему я не достоин того, чтобы ублажать нашу принцессу? — задирчиво спросил Винсент, пересев с подоконника на спинку дивана. — Она в твою сторону даже не смотрит, друг, смотри на ситуацию трезво. Лучше бы подкатил к Стелле, у вас с ней характер похож. — Чел, она стерва, — Винсент закатил глаза, — Да ты и сам понимаешь, по степени сексуальности тут с Евой ни одна девчонка тягаться не может. — Что вы все на ней зациклились? — вспылил Генри, — Подумаешь, сенсация, в школе учится красивая девушка… — Не душни, — Винсент потрепал парня по рыжим волосам, — Глядишь и твой пеструнчик оживится. — Да пошёл ты, — недовольно ответил парень и встал с дивана. Знал бы Винсент, как жив «пеструнчик» Генри, до такой степени жив, что покоя ему не даёт…