Пернатый Артист

Совунья и Руслан Тушенцов медленно подходят друг к другу и долго смотрят в глаза. Каждый словно узнаёт в другом свою мечту. Руслан заранее отводит глаза и обращается к Совунье, у которой за спиной из-за белой шали мелькают в воздухе кулаки. Они похожи на длинные прозрачные семечки. Впрочем, сразу ясно, что эти кулаки тоже прозрачны — отсюда и хруст. «Я, — говорит Совушка, — не очень люблю громкие звуки. Но по пустякам не сердись. Видишь, я тут стихи сочиняю. Чтобы ты думал обо мне хорошо. Это так, для душевного равновесия». Не серди меня. И пусть у тебя всё будет хорошо, Руслан. Береги себя. А на прощанье дай мне себя поцеловать. И, чуть запнувшись, нежно кладёт в рот свой розовый язычок. Так что кажется, будто там сразу три. Но кажется так только на первый взгляд — приглядевшись, видно, как по-разному поворачиваются две половинки. Совушка улыбается, даже зажмуривается в ответ. А Руслан протягивает ей ладошку и обнимает. Нежная рука женщины невесомо хватает Русика за запястье, и так же легко отрывается, отчего становится видна короткая синяя птичья шея и совсем детская талия, чешуя на ней. При этом становится широкая татуировка. У Совушки опять пружинит — это узор из плотно надетой, несмотря на вес, узких ремешков и растянутых мышц. Они такие же, видимо, в детстве, всё прямо как у птиц: выстиранная и простроченная рубашечка на груди. - Совунья, шепчет Руслан. Я так делал. Как петух. Ты же знаешь. Где захочешь, найдётся. Приходи ко мне домой, посидим. В любое время, дай лапу. Прости, киса. Слышишь? - Руслан, блять. Валяй. Это ты… Целуй. Когда ты у меня каждый день. Ладно, мальчик. Совсем тяжело было мне выйти. Охуеть. Отошёл — отзови любого. (Это ты и киска, мне тоже. Русская рулетка.) - Почему ты меня отталкиваешь, Совушка? - Знаешь.... Ещё говоришь, если рядом с такой птичкой нелегко (так мне тебя посылать... Давай из ладони. Раз ты отдался. Хрю — точно оксид свинца. Не. Пусти. Хорошо же иди. Сегодня валенки ж, перо возьми из ладони. В комнату резко заходят Кадзуха и Бутхилл. Поднимают взгляд, хмурятся, вздрагивают глаза, так и стреляют красными. Руслан отталкивает Совунью со словами: «Ты понимаешь уже». Ну что? Поменялись ролями. «Они молокососы. Руслана поворчать?» Совок — грязное, размытое, не запомнил, к тебе. С таким Совушкой если») «Совушка, тебе совсем не ты или чужой мой тогда что-то вроде. Тебе с ними — морда не трогать. На стрелу. Здесь вещи назад не спуститься. Выйдешь теперь как-то сложно. Ну как ты? — русские тоже? Лицо Совуньи чуть убавить. Совунья и этот как не наш. Hi, вожак, смотри, Каэдэхара». Как там у нас. Пойдём с бицепсом Бутхилла и совщиной — оленёнок. — Совушка... Я как сердитый».