Леди Брак и Супер-Скуф

Телевизор работал тихо. Флафф, поднатужась, перекричал его: — Камамбер! Кам! Мам! Бер! Силь-ву-пле. — Чего? — прокряхтел Адриан. — Забыл, в какой стране живешь? — Без сыра скоро вообще жить перестану. Адриан проверил холодильник. В дальнем углу, за банкой мутного рассола, покоился надкусанный брикет «Дружбы». Извлекая его, Адриан сковырнул плесневелый край, и под ноготь забился черно-зеленый мякиш. Сыр полетел в приоткрытую дверцу кладовки. Раздалось чавканье. — Faute d'une blanchisseuse, on baise un concierge. Мерси. Адриан не ответил. Он продолжал изучение холодильника. Где чертово пиво? Оставалось же с обеда полбутылки. Или нет? У него появилась вредная привычка: задумавшись, накручивать на палец волосы. Их немного осталось, зато никто не ограничивал их роста, что казалось полезным: перед выходом в свет можно было сладить прическу, под которой тускнел блеск лысины. Завтра это особенно пригодится! Маринетт вернулась в шесть. У нее хорошая работа: не засиживается допоздна. Значит, может уделять ему столько времени, сколько он заслуживает. Адриан встретил ее в дверях. — Добрый вечер, миледи, — сказал Адриан и поклонился, опираясь на согнутые колени, чтобы не упасть. Разгибаться он не стал: тормошил авоську жены. — Ага! Он выудил пластиковую баклаху и довольно хрюкнул: — Мань, глянь-ка! СУПЕРЖИВО-О-О-ОТ! Адриан вложил горлышко бутылки между складками брюха, крутанул. Из-под пробки зашипело. Хорошо, что натянул майку, иначе крышка проскользнула бы по сальному пузу и осталась закрытой. Как в прошлый раз. — Ты всегда умел меня удивить, — улыбнулась Маринетт. — Но до сих пор самое удивительное — это то как ты умудряешься растолстеть на нашей диете. — Опять женский абьюз? Несправедливо! Сама-то осталась такой же тощей, как в день знакомства. — Интересно, почему. Не потому ли, что ты сжираешь все запасы, стоит мне отвернуться? Маринетт разложила покупки. Пачка риса, банка тушенки, серый хлеб. — А чипсы? — Пока не хватает. Зарплата послезавтра. И так пива на половину чека взяла. — Пффф! Бедное мышление. — Чего? — Я тут учился, между прочим, пока ты в офисе прохлаждалась. Ага, — Адриан назидательно поднял палец. — Я тебе покажу ролик, где об этом рассказывается. Ты, наверное, у Вселенной вообще ничего не просишь? Ни календаря желаний у тебя нет, ничего. Пальцем не пошевелила, а жалуешься, что денег нет. — Дорогой, что с тобой? — Вот и я говорю — дорогой! — не унимался Адриан. — Я, может, самое дорогое, что у тебя есть. А ты не ценишь. Риса какого-то накупила. Хотя знаешь, что я не ем его. — Перестань, пожалуйста, — сказала Маринетт, — мне страшно. Ты какой-то…другой. Адриан остыл. — Да. Прости. — Что случилось? — Случилось. Хм. Что-то очень хорошее, — он улыбнулся. — Присядь. Помнишь, мы планировали снимать видео для фанатов, нацепив наши супергеройские костюмы? Ну, для того сайта — «Только Фанаты»? — Не мы. Ты. Я не соглашалась. — Хорошо, ну так вот… — А ты и в костюм не влез. — Хорошо. Ну так вот. — Даже выше колена не смог натянуть. — Хорошо! Ну! Так! Вот! — Мы триста рублей отдали, чтобы его зашить. — Хорошо-ну-так-вот-нам-не-придется-это-делать-потому-что-я-снова-буду-фотомоделью! — успел выпалить Адриан. Маринетт опешила. — Что? В России есть плюс-сайз агентства? — Нет! Это Диор! Реклама их парфюмерной линейки «Champ de rêves». И еще они запускают линию молодежной одежды. — Молодежной? Дорогой, нам уже по 35, мы не подходим для… — Ерунда. Агент сказал, что я — идеальный кандидат. Искали меня целую вечность. Был у них с утра. Договор уже подписан. Аванс можно будет покрыть уже первой съемкой! — Стоп. Какой аванс? — Пришлось немного смазать колесницу успеха. Сечёшь, о чем я? Там еще тетка такая ушлая из бухгалтерии. Хотела меня нагреть. Говорит, «с вас миллион рублей». А я ей: «Откуда у меня миллион!» А она мне: «А сколько есть». А я ей: «Не более чем 427 тысяч рублей, сударыня». А она мне: «Ну хорошо, только для вас». — Но Адриан! Это ведь все наши накопления! — А вот и не все. Ты что думаешь, муж у тебя совсем того? У нас было 428. Косарик я сэкономил. Вот пива к обеду взял. — Это были деньги на билеты до Парижа! — Ты что, — нахмурился он, — не рада моему успеху? Меня предупреждали, что так будет. Это называется «ведро с крабами», я тебе покажу ролик. Дескать, близкие всегда будут тащить на дно, если попытаешься вырваться из нищеты. — Мы и пытались вырваться из нищеты, вернувшись в Париж! Адриан посмотрел на нее с сочувствием. Какая глупышка! Совсем как в школе. — Пойми, дорогая, — мягко сказал он. — Нам не нужен Париж с такими доходами. Здесь мы проживём лучше. А давай знаешь что? После первой же съемки устроим отпуск. На Оку рванём! Карася наловим! Маринетт закрыла глаза и прошептала: — Адрес. Она говорит шепотом только когда злится. За всё время их совместной жизни такое случалось лишь дважды. В такие моменты она была главной. Во всём и без возражений. Он сказал ей адрес. Она ушла.