Вместо глупой речи

Открыв папку и текстовый документ шатен увидел лишь три слова, которые говорили об очень многом. «Я тебя люблю». Ло отпрянул от ноутбука, как от огня. И к Дилану тоже не горел желанием подходить. — Дилан, ты наверно слишком пьян… Я… Я… — Лошка очень сильно замешкался, а перед глазами встала картинка порезов брюнета. Надо очень. ОЧЕНЬ аккуратно сказать ему, что, скорее всего, это не взаимно. Только вот как? Разбить итак израненное сердце нёрда, а потом неизвестно что будет? — Дилан, давай об этом поговорим, когда ты протрезвеешь? Мне кажется твоё состояние сейчас не подходит для таких разговоров. — А Дилан сразу всё понял. Как он отошёл от ноута, как он больше не подходит к нему. Даже не прикасается, хотя обычно, нет-нет, да руку на плечо положит. Промычав что-то на подобие «Ага» Ди повернулся лицом к стене и уснул. Вот так сразу, просто взял и уснул. Он был расстроен, как никогда. Опять он доверился и опять его сердце разбивают на мельчайшие кусочки. Но он больше не будет. Зачем? Показать, как ему больно? Ло сам когда-нибудь поймёт, он не глупый. Выплеснуть всё? Уже довыплескивался, что в какой-то момент превратил одно из запястий в кровавое месиво. Шрамы всё помнят, шрамы не дают забыть. Вечер. Дилан проснулся, алкоголь больше не влиял на сознание, но влиял на состояние. Очень сильно болела голова. Голова просто раскалывалась и это если выражаться культурно. А если не культурно, то там много слов, подходящий под ситуацию. Дилан сел и только сейчас осознал очень важную деталь. Он спал на кровати Ло. Брюнет хотел пойти за водой, за таблеткой, но всё уже лежало на тумбочке. Выпив всё это, Ди вышел из комнаты. — Дилан! Ты совсем дурак? Устраивать тут казино и бухарню! — Этому слову он от Ди научился. Дилан, всё время, когда уходил на подобные посиделки, как они сидели утром с Ло, говорил, что он в буханю идёт. — Карл, не ори. Голова и так раскалывается. Мы только пили. Казино не устраивали. Ло просто мелочь из кармана выложил, потому что она ему мешала. — Дилан достал из холодильника бутылку с ледяной водой и приложил ко лбу. — Дилан! Вы какого чёрта это утром устроили, а не вечером? Вечером я бы ещё всё понял, но вот утром! — Ди зашипел. — Карл! Прошу перестань орать. Я же тебе сказал, что голова рассказывается. А на счёт того, что мы утром выпить решили… С вами бы делиться пришлось. Да и не интересно с вами. — Дилан закашлялся. — Ага, значит с нами неинтересно, а с Ло очень интересно! А то, что вы больные алкоголь пили, как мне это понимать?! А что вот было бы, если бы я антибиотики вам давал, но не говорил об этом! — Казалось, что ещё немного и Карл с крика перейдёт на писк. Дилан не сдержался и рявкнул на соседа. — Карл, хватит! Я по-человечески попросил не орать! — Ди, только сейчас понял, что Ло он после культурно проведённого времени, он его не видел. Да и половину этого времени он не помнил. Может он и вспомнит, но позже, ночью, флешбеками. — А где Ло? — Вопрос сам сорвался с губ, прежде, чем Ди его осмыслит. — Он фрилансом пошёл заниматься. Предупредил, что сегодня он ночует не дома. Избегание. Самое простое решение проблемы. И самое сложное, когда тот, кого человек избегает, является его соседом. Прошла неделя с той пьяной посиделки и за всё это время Ло ни разу не поговорил с Диланом. Что такого мог сделать Дилан, чтобы его избегали. Избегали, а когда избегать невозможно, то игнорировали. Вот и опять, ровно седьмой день подряд, Ди пытается вытянуть из Ло ответ. — Ло, скажи, что я сделал? Я что-то сказал очень обидное? Я, может, вред тебе причинил? Кого-то из твоих друзей оскорбил? — Без толку. Ло даже не смотрит на него. Так ещё и молчит, как партизан. — Ло, пожалуйста, скажи, что я не так сделал? — Ло всё так же молчал и Дилан решил отстать от шатена. Какой толк снова пытаться, если тот молчит? Прошёл месяц. Ло всё так же его избегал. От их старой дружбы нее осталось ничего и Дилан понял почему. Он, в пьяном угаре, признался ему. Вот дурень! Понял он это из-за того, что нашёл тот самый текстовый файл и сразу после находки вспомнил часть диалога. Он снова лишился человека, который заменял ему целый мир. Даже Карл, который обычно в их дела не лез, забеспокоился, заметив, что ребята больше вообще не контактируют. Дилан успокоил его, что они поссорились, но скоро помирятся, только вот… Когда настанет это «скоро» и помирятся ли они вообще? Дилан этого знать не мог.