Утро в чёрной комнате

***

      Немного тускло. Утро было особенно спокойным. За окном идёт дождь, убаюкивая и медитативно успокаивая голову Спектры после ночных событий, а рядышком, слегка задевая рукой его спину, спит Гас.       Большая, широкая кровать с чёрной постелью была занята лишь с одного края. Фантом любил спать посередине, но если ночевал с Гасом, то предпочитал сдвигаться ближе к краю, ограничивая место голубоволосому весту, что иногда и так падал на пол.       Не сказать, что Спектра считал забавным ночные падения Гаса. Скорее им руководило банальное желание всегда контролировать и касаться. Он испытывает удовольствие, когда видит, что его зверёк не может никуда сбежать и деться от него. Даже на какие-то сантиметры в кровати.       Тело за спиной поёжилось и развернулось на бок, прижавшись плотнее, слегка царапая белую кожу Спектры, в попытках сжать несуществующую ткань. Вест ухмыльнулся лёгким царапушкам, тихому сопению и недовольному мычанию где-то в районе левой лопатки.       В комнате довольно холодно, от того спящий Гас и прижимается непроизвольно к мастеру. А тот и не против. Даже наоборот. Это очередное средство для удовлетворения его желаний.       Спектра сам по себе любит жар, тогда как Гас совершенно наоборот. Обычно Фантом в своей комнате поддерживает жару, но зная, что придёт его зверёк, специально снижает температуру.       Казалось бы, он мог и не делать этого. Но тогда Грав тяжело спит, ещё и на пол уползает, лишь бы не вариться от дополнительного источника тепла - Спектры. А так, он мило посапывает, и плотненько прижимается к мастеру. Ради этого можно и пожертвовать удобством.       Спектра принял решение развернуться к своему весту лицом. Подпирая рукой голову, лёг на бок. Рассматривает как Гас сквозь сон ерзает от смены положения тела рядом с ним. По итогу он всё же замер в попытке свернуться калачиком, которая не удалась из-за лежащего слишком близко Спектры и такого же близкого края кровати за спиной. Головой уткнулся в грудь, поджимая колени насколько возможно и прижимая к себе свои же руки.       Голубые глаза продолжительно рассматривали переливчатые синие локоны, эти вьющиеся завитки, что с особым трепетом будут расчёсаны через несколько часов своим хозяином. Он протянул руку, мягко, чтоб не разбудить, еле касаясь, огладил овал спящего лица. Рассматривал линию ресничек, в чёрные ряды которых пробивались голубые засланцы, и даже пару розовых, что немало удивило веста в первый раз.       Он сначала даже было подумал, что Гас крашенный, когда обнаружил на затылке маленькую прядку нежно розовых волос. Как позже выяснилось, сам парень и не подозревал у себя их наличие. Спектра какое-то время посмеивался, считая, что тот тоже изначально с розовыми волосами. Но изменил своё мнение, когда решил однажды рассмотреть лицо Грава пока тот спал. Розовые волоски крохотными вкраплениями присутствовали на бровях, ресницах, а так же по всей площади волос. Они были разбросаны поштучно, что и делало их незаметными. Но не для упёртого Спектры, который чётко поставил себе задачу, перебрать каждый миллиметр Гаса и каждый его волосок. Второй явно выражал свое недовольство по этому поводу, но был бессилен сделать с этим что-либо.       Спектра слегка навалился на векса, прильнув к его губам своими. Он крепко обхватил Гаса и прижал к себе плотнее. Тот что-то промычал на своём морфейском языке. Возможно и на веставском, но Спектра и так в жизни иногда не мог разобрать звуки исходящие изо рта Гаса, что уж говорить о сонных бормотаниях.       Он окончательно устроился на боку и уже было хотел спать, как тело в объятиях резко развернулась к нему спиной. В целом это не помешало Спектре вновь обнять и слегка навалиться.       Гас немного поёжился, прежде чем сквозь сон ощутил близость к невесомости и проснулся. Край кровати был слишком близко, Спектра в его понимании, совсем обнаглел. - А можно мы отодвинется ближе к центру кровати? - Подал голос Гас. Спектра на вдохе сдавил грудную клетку парня в своих руках, чем выдавил из первого тихий скулёж. Услышав нужный ему звук на выдохе расслабил хват. - Зачем? - Его голос был чертовски язвительным. Он знал причину, но ему было принципиально необходимо позлить своего зверька. - Я. Слишком. Близко. К краю. Я. Могу. УПАСТЬ! - На последнем слове Гас повысил голос, что встречено было лишь смешком где-то за ухом. - Ну отползай тогда. - Спектра улыбнулся и зарылся в голубые волосы, так и не сдвинувшись ни на миллиметр, оставив Гаса наедине с его недовольством. - Я не хочу упасть. - Стараясь сохранять спокойствие, парень выдавил таким жалобным голосом, насколько это возможно было в его силах. - Не упадёшь. - Спектра ещё крепче обнял парня, слегка утягивая и подминая под себя. -..мнгм..- Гас расслабил руки и ноги, чтобы лучше уложиться в новое положение. Тяжесть чужого тела и горячие дыхание на шее действовало на него, как снотворное.       Спектра погладил рукой бок Гаса, после перебрался на плечо, крепко сдавливая, чтобы потом сползти к локтю.. Запястью.. И так же сильно сжав, прижать, как можно сильнее, к себе всего Грава. Тот лишь тихонько пискнул, стараясь уснуть.       Вест любил свою власть и силу. Ему нравилось показывать своё превосходство во всём. Так было с детства. Но, как ни странно, это не доставляло ему удовольствия в той же мере, как банальная забота о ком-то. Но в этом он себе признаваться не хотел.       Каждый раз, когда его тело наполнял дофамин, ему казалось, что он счастлив. На арене, когда враги падали к его ногам, на работе, когда окружающие лишь злобно и могли, что шипеть.. В жизни.. Когда весты перед ним трепетали, пока он делал с ними, всё что вздумается.       Но в один день в его жизни появился вест, что смог раззадорить его сердце. Сначала он злился, от непонимания, как кто-то может так близко дышать ему в спину. А после вошёл в азарт. Впервые был тот, с кем Спектра мог не только сиять, но и гореть настоящим пламенем. Разжечься, не боясь обратить в пепел. Он впервые может выкладываться на полную, не опасаясь, что за это его возненавидят ещё больше.       Верно. Он опасался. Опасался зависти в чужих глазах, зная, чем это чревато. Но Гас был другим. Он не завидовал. Не желал отобрать первое место. Не стремился подчинить себе.       Гас казался потеряшкой, который будто не понимает где находиться. Как жить, куда идти, что говорить. Он выглядел уязвимым настолько же, насколько преступно недосягаемым.       Сабтерра в чистом виде. Как боец, воплощал в себе всю мощь своей стихии. Холодный, бесчувственный, твёрдый и непроницаемый. Как вест с душой и эмоциями, превращался в сыпучий песок, в вихрь. А иногда внутри него будто-то было целое землетрясение, где он раскалывается на множество кусочков.       Спектра всегда уважал бойцов, что следовали своей стихии. Ему лично, так же близка была сабтерра. Он любил эту стихию, она нравилась ему, как и её бойцы. Но сам совершенно не подходил для этого. Пайрус была и остаётся единственной стихией, что отзывается в его сердце так же сильно, как сабтерра в сердце Гаса.       Зверёк вновь умиротворённо заснул в горячих руках хозяина. Спектра слегка улыбнулся. Это было непроизвольно. Губы словно сами, в такие моменты растекаются в дуге. Он испытывал искреннее удовольствие от покорности Гаса, при всей присущей вредности.       Спектра лишь воспользовался моментом, чтобы словить растерянного хорька, прежде, чем тот ускочит под землю. А малыш был будто-то и не против попасть в ловушку.       Изначально он планировал сделать Гаса просто помощником в своих делах. Но по итогу превратил в слугу, а после в питомца. Подчинил себе не только воина, но его волю и свободу.       Он слега отстранился, что бы поцеловать красную, от безлажостных укусов, шею. Мягко. Не так как ночью или когда Гас бодрствует. Приподнялся полубоком, продолжая наваливаться и сжимать парня одной рукой, а второй погладил голову. Он спустился к хребту, ещё больше осторожничая с израненной плотью, нежно касаясь губами и вдыхая запах.       В такие моменты Спектра не испытывал похоть или вожделение. Ему просто хотелось быть ласковым. Потискать свою зверушку. Как желание погладить спящего котика за ушком.       Он знал, что не является добрым хозяином. Что бывает излишне жесток с Гасом. Но он иначе и не мог. Он ни раз видел, чем это заканчивается. Как быстро тобой начинают пренибрегать и пользоваться, стоит расслабить поводок.       В жизни Спектры не так много было моделей для подражания, но зато были несколько лет личного опыта и наблюдений.       Первой моделью была мама, что была настолько мягка, что не могла удержать отца и тот вечно пропадал на работе. Сестра, что лишь пользовалась его добротой, и вечно пренебрегала его чувствами. Многочисленные девушки, друзья. Всегда только мама и была рядом, но держала ещё тогда Кита крепкой хваткой. Он был тем единственным, кого та могла удержать.       Он вечность слушал её советы, наказы и множество жалоб на неудачно сложившуюся жизнь.       Спектра не хочет себе такой судьбы, поэтому решил, что не станет ослаблять поводок. Как бы ему ни хотелось иногда просто подойти, обнять, приластить, уткнуть голубую макушку себе в грудь и просто наслаждаться обычным простым теплом. Всё это слишком опасно. Кого кого, а Гаса он категорически не хочет отпускать от себя.       Гас стал ёрзать, меняя бок. Спеткра сначала отпрял полностью, позволяя лечь тому как удобно. А после, заметив недовольное мычание, насел, придавливая Гаса к кровати. Забавно, но парень так быстро привык к грубому обращению, что чувствовал себя неспокойно, когда давление резко прекращалось. Фантом не знал, радоваться ли ему, такой гибкости или же злиться на себя, что доводит до такого.       Зверёк успокоился, вновь мирно посапывая, под сдавливающими его запястья руками. Спеткра любовался им. Улыбка сама собой возникла при виде разбросанных по чёрной ткани голубых волос, парня что умиротворённо спал, пока его собственные руки сдавливали чужие, словно оковы. Спектра уложил их над головой Гаса, сжимая запястья в замок, чтобы освободить одну.       Он перебрал пару голубых прядей, мягко поцеловав кончик одной из них, после чего та, выскользнув из расслабившейся ладони, упала на шею своему хозяину. Огладил ключицы, грудь, живот.       Сделав упор на самого Гаса рукой, приподнялся под сдавленный стон. Чуть опустился, чтобы примкнуть губами к серой коже. Спектра ни за что бы не сделал это, знай, что Гас не спит. Он не позволяет этого. Для него подобное значится слабостью.       Оглаживая бок, еле касаясь одной рукой, другой он отпустил запястья, чтобы перехватить ей же горло. Он бы и рад не делать этого, но иначе зверёк заподозрит неладное и проснётся. Привычка страшная вещь.       Свалившись поверх, располагая свою голову на животе, Спектра смог отпустить несчастную шею. Давления на живот и так было достаточно, чтобы зверушка не заметила подвоха.       Сердце у Гаса билось значительно медленнее, чем у большинства вестов, с коими Спектре доводилось иметь дело. Он изначально опасался, что мог перестараться и навредить, чем и вызвал такой тихий стук в грудной клетке Гаса. Но со временем успокоился, поняв, что слабый пульс, с медленным ритмом и еле ощутимое дыхание, для парня норма. Особенно когда тот спит.       Дождь за окном прекратился, но тучи никуда уходить и не планировали. Он крепче обнял тело под ним, уткнувшись в живот носом. Из Гаса так себе подушка выходила. Но Спектре было плевать, ему просто нравилось вот так лежать и дремать, вслушиваясь во внутренний мир целого организма. Особенно он любил кожу Гаса. Её шероховатость с жёсткостью, а так же запах.       Если бы вест мог сделать для себя парфюм с любым ароматом, то выбрал бы запах Гаса. А после спрятал бы флакон куда подальше, чтобы никто не узнал об этом.       Глаза уже начали слипаться от сонливости. Но позволять себе уснуть в такой позе он не мог. Да и разрывать контакт тоже не хотелось.       Всё же по велению разума отступил и разместился с боку от питомца. Всё так же выступая гранью между Гасом и основной площадью кровати, оставляя парня ютиться у края. Заведя руку под чужую голову Спектра прижал его к себе, крепко сжимая за плечи.       Гас, тихонько поёрзав, разместился так, чтобы обнимать своего мастера. Тот ещё крепче прижал, наматывая на кулак волосы, чтобы зафиксировать голову. Спектра мягко вновь поцеловал искусанные губы. Немного потупив и разглядывая лицо спящего, решил поцеловать ещё раз. Уже более грубо, настойчиво. Словно это последний поцелуй. Что в целом было не далеко от истины. На сегодняшнее утро, это точно был последний.       Гас приоткрыл глаза. Может он и спокойно спит, когда его дербанят и давят, но от физической, жгучей боли просыпается как по щелчку. Губы опаляло и кололо. Спектра встретил его усмешкой. Зелёные глаза непонимающе смотрели, пока голубые смеялись. - Спи. - Скомандовал своему слуге и улегся спать, прижимая к себе растерянного парня. - Ты мне волосы больно захватил. - Гас попытался убрать от своей головы чужую кисть, но обнаружил, что та просто замотана в волосы. - Спи. - Вновь повторил Спектра и второй рукой подтянул к себе зверька, прижимая словно плюшевую игрушку.       В комнате ещё какое-то время слышалось недовольное бурчание и шуршание постели, прежде чем два веста приняли свою окончательную позицию. Гас немного насупился от столь возмутительного обращения с собой. А Спектра, еле сдерживая мурлыканье крепко сжимал веста в объятиях.

Доброго утра и сладких снов~

***