Непоследняя смена

ДЕТСКАЯ ОЗДОРОВИТЕЛЬНАЯ КАМПАНИЯ

Мы очень рады, что Вы выбрали лагерь «Космос» для отдыха Вашего ребенка!

Мы стараемся сделать отдых в нашем лагере безопасным, интересным и насыщенным на положительные эмоции. В этой памятке мы собрали всю самую важную и полезную для Вас информацию.

… Сбор и посадка детей в автобусы осуществляется 9 июня с 8:30 до 9:20 на площади *** рядом с Оперным театром им. Секретовой В. Д.…

… Общие корпуса рассчитаны на проживание в комнатах до 10 детей. Спальные комнаты отдельные для мальчиков и девочек. В каждой комнате располагаются кровати, тумбочки и шкафы для одежды. Туалетные кабины, душевые и умывальники, помещение для чемоданов и две сушилки мокрой одежды располагаются в центральной части корпуса. Также по краям корпуса находятся два просторных холла для общих собраний отрядов…

… Возвращение из лагеря 29 июня ориентировочно в 17:00-18:00 к Оперному театру им. Секретовой В. Д.…

ДОЛ «Космос» — место, где сбываются мечты и исполняются самые заветные желания.

***

      Чёрная «Тойота Камри» подъехала к театру в девять часов утра. Из неё вышли шестнадцатилетний парень и светловолосая женщина. Открыв багажник, она достала оттуда чемодан с вещами и передала сыну.       — Антош, тебя надо ещё провожать, или ты сам дойдешь? — поинтересовалась Майя. Она сложила руки у груди и оценивающе посмотрела на Антона.       — Не стоит, мам, не впервые, — отмахнулся он. Он обнял женщину, которая поцеловала его в лоб — ему пришлось наклониться из-за разницы в росте, — и добавил: — Ну, я пошёл. Не скучай сильно! Люблю!       — Да как же не скучать! Звони мне хоть иногда! — улыбнувшись, Майя помахала ему на прощание, а как только сын отошёл, села в машину и поехала домой.       Антона отправили в детский оздоровительный лагерь. Как бы прискорбно это ни звучало в его шестнадцать лет, когда хочется днями и ночами напролёт гулять вместе с друзьями, но это так. А он, по правде говоря, и не расстроился: сдал все экзамены, а планов на лето как таковых у него не было (кроме того, что ему пора бы определиться с профессией и местом, куда он будет поступать после школы). Так что новость о проведении июня в компании таких же бедолаг, как он, даже обрадовала парня. Ему всегда нравилось работать в команде: вместе решать какие-то вопросы, слушать каждое предложение и на основе этих идей выбирать лучшую. И лагерная тематика здесь как нельзя кстати.       До этого он часто посещал такие места (вернее, мама отправляла его туда, чтобы дома не мешался — в хорошем смысле). Наверное, оттуда и пошло желание собрать всех друзей и вместе разыграть какую-нибудь постановку или сценку. Лагеря привили ему ощущение, что все зачастую равны: на протяжении одного месяца вы живете в одинаковых условиях — разве что, кому-то могут попасться не очень хорошие соседи — и участвуете в одних мероприятиях. Однако ему ни разу не удавалось встречать нехорошего окружения — везунчик Шастун, ничего не скажешь.       Попрощавшись с мамой, он вытащил ручку от чемодана и пошёл в сторону площади, где должен был проходить сбор детей. Ещё издалека он услышал громкую музыку, а приближаясь к месту, увидел танцующую толпу. На ступенях входа в театр удобно расположились будущие вожатые, которые как раз и показывали движения. Ох уж эти флешмобы.       Пройдя немного дальше, всё ещё везя за собой чемодан, Антон заметил знакомую макушку, а затем и самого человека, активно повторяющего за вожатыми. Егор Булаткин — парень, с которым они уже не в первый раз попадали на одну смену. Так что, не теряя ни секунды, Шастун побежал к нему сквозь народ, дабы поздороваться и пообщаться спустя год.       — Кого я вижу! Антоха, ты, что ли? — Егор раскинул руки, а после протянул правую для рукопожатия. — Опять мы с тобой встретились. Что в этот раз устроим? Как в том году начнем ночью бегать по корпусу в одеялах? Как в позапрошлом — измажем всех зубной пастой?       — И тебе привет, Егор, — Антон поздоровался в ответ. — Я думаю, мы ещё успеем обсудить, как запомнимся в этот раз, в автобусе. Я сяду рядом с тобой, ты не против?       — Нет, конечно, брат, ещё спрашиваешь. А теперь хватит болтать — танцуем флешмобы! Активней, активней, Антон!

***

      По истечении нескольких минут, когда время на часах показывало девять десять, танцы закончились, а вожатые начали разбредаться по разным сторонам к автобусам, в которых поедет их будущий отряд.       Антон и Егор — а также некоторые их сверстники — направились к транспорту, рядом с которым стояла девушка с надписью «Первый отряд». Все всегда знали, что он лучший: в нём состояли самые старшие участники смены, готовые серьезно отнестись к заданиям и выполнить их в идеальнейшем виде. Зачастую именно Первый отряд побеждал на сменах. Конечно, организационные моменты обычно не учитывали, такие как периодическое нежелание половины делать хоть что-то, лень, но это не мешало им на всех совместных с другими отрядами мероприятиях гордо кричать «Первый всегда первый!».       Собравшись небольшой группой, которую выстроили в форме полукруга рядом со входом в автобус, толпа вначале загудела, а потом смолкла, как только из транспорта вышел мужчина и встал рядом с девушкой.       — Здравствуйте, ребята! — начала она. — Я поздравляю Вас с началом смены, и я уверена, что мы проведем эти двадцать дней незабываемо. Меня зовут Екатерина, но вы называйте просто Катей, а это, — девушка указала на парня рядом с собой, — Дима, и уже в лагере Вас также ждёт Серёжа. Мы будем Вашими вожатыми, и по всем вопросам обращайтесь к нам. Сейчас Дима, — Катя улыбнулась, кивнула ему, и он спустился к ребятам, — поможет Вам убрать чемоданы, а после подходите ко мне с документами. Я проверю всё на наличие нужных бумажек и документов, и Вы сможете зайти в автобус. Я надеюсь, никого не укачивает во время дороги?       В толпе одна девочка робко подняла руку.       — Не страшно! Можешь сесть рядом со мной, я дам таблетку от тошноты, если что. Так, давайте приступать к посадке.       Антон и Егор спустя несколько поездок знали: чем быстрее ты отделаешься от вещей и документов, тем быстрее окажешься в автобусе, а, соответственно, есть шанс выбрать лучшие места. Все по большей части старались занять кресла на последних рядах, так как там, как известно, интереснее всего. Поэтому Егор протолкнул Антона к Диме в числе первых, а сам встал за ним.       — На последние не получится, там уже заняли наверняка, так что занимай перед ними, — проинструктировал Булаткин, когда Антон уже зашёл в автобус, а сам ещё был снаружи. Как только Катя удостоверилась, что у него все документы на месте, тот прошел вглубь транспорта, замечая Шастуна на предпоследних сидениях у окна. Он сел к нему.       — Эй, пацаны, — послышалось сзади. Парни синхронно повернулись, — не хотите в карты сыграть, пока их не отобрали? Я, кстати, Андрей.       Антона очень раздражало правило о запрете карт, как азартных игр. Ну неужели кто-то правда думал, что дети и подростки будут играть в «Дурака» на деньги? А они будут.       — Ещё спрашиваешь, конечно! Антон, — он пожал руку Андрея, развернувшись в кресле лицом к парням сзади. Егор последовал за ним.       Пока автобус заполнялся, они успели сыграть один кон. Не замечая ничего вокруг, они то скидывали, то набирали карты. По итогу проиграл Егор, а выиграл какой-то блондин — Антону первое время было трудно запомнить имена, так что у себя в голове он выделял какую-то черту внешности, легко бросающуюся в глаза — кажется, его звали Саша. А когда они начали мешать колоду для второго раунда, неожиданно снова заговорила Катя.       — Вот мы все уже здесь, — она стояла в начале автобуса между двумя креслами, — а теперь небольшой инструктаж. Послушайте, пожалуйста. Итак, прямо сейчас мы выезжаем к лагерю — надеюсь, все отписались родителям, — поэтому попрошу Вас пристегнуть ремни безопасности, а во время поездки лишний раз без особой надобности не вставать с сидений. Если что-то понадобится, то мы с Димой сидим спереди, так что просто позовите нас, и мы попробуем решить Вашу проблему. Ясненько?       Отряд воодушевлённо поднял шум. Дима встал рядом с Катей, попросил всех быть потише, а после предложил всем вместе спеть какую-нибудь песню, чтобы развлечься. Выбор пал на «Батарейку».

      

Холодный ветер с дождём усилился стократно.

Всё говорит об одном, что нет пути обратно.

      Под эти строки автобус сдвинулся с места и направился к «Космосу». Антон мысленно усмехнулся словам — пути обратно ведь действительно не было, — а потом продолжил диалог с Егором.

Что ты не мой лопушок, а я не твой Андрейка,

Что у любви у нашей села батарейка.

      Антон чувствовал: смена будет необычной. По-другому и быть не может.

***

      Спустя десять песен, несколько игр в «Слова» и одну попытку в «Крокодила» автобус добрался до территории лагеря. Они оказались последними — самые взрослые могут и подождать. Автобус остановился у Контрольно-Пропускного Пункта, и ребята вылезли наружу. Вожатые построили их в колонну по парам и, пересчитав, двинулись в сторону корпуса. Каждый домик на их пути, будь то место жительства персонала или сбор Старших вожатых, худруков и спорт-инструкторов, или новая обитель для детей, прибывших туда на смену, был подписан. Над крыльцом висела яркая эмблема с нарисованным и подписанным созвездием. Так, например, административный корпус оказался «Овном», а домик Восьмого — младшего из отрядов — «Львом».       Колонна первого отряда подошла к зданию с красивой табличкой и каллиграфическими буквами на ней — «Рыбы». «Была у меня пара знакомых рыб, прикольные ребята», — первое, что всплыло в голове у Шастуна.       У корпуса группу встретил молодой человек немного ниже Димы. Видимо, тот самый Серёжа. На нём, как и на других вожатых, была чёрная футболка с принтом «Космос» в районе сердца. На шее красовался оранжевый платок, завязанный в узел ака пионерский, а за воротник футболки были зацеплены солнцезащитные очки.       — Всем привет, леди и джентльмены, Ваши прекрасные вожатые — Екатерина и Дмитрий — наверняка уже представили меня, но, если вы вдруг забыли, то перед Вами Сергей Борисыч, так же известный как Серёга, — представился третий вожатый. — Если что-то понадобится, то обращайтесь: по вопросам — это больше к Кате и Диме, а я здесь отвечаю только за хорошее настроение и рандомные анекдоты.       — Именно поэтому Серёже Вы особо не доверяйте, — пробубнил поднявшийся к нему Дима. — Сейчас Вы зайдёте в корпус, мальчики живут с правой стороны, девочки — с левой. Прошу, не передеритесь за комнаты и кровати, везде условия одинаковые.       — А когда нам вернут наши вещи? — крикнул кто-то из толпы.       — За вещами мы сходим после того, как вы разместитесь. Но, когда мы придём уже с чемоданами, не торопитесь раскладываться, у нас будет общий сбор в холле, где мы расскажем вводную и самую основную информацию. А сейчас прошу всех пройти в корпус для ознакомления.       Дима подвинулся с прохода, чтобы его ненароком не снесли с лестницы. В отряде двадцать пять человек — двенадцать девочек и тринадцать мальчиков, — а ощущение, будто стадо слонов. Серёжа сразу вбежал в корпус за ними, как бы поддерживая свое амплуа «на одной волне», а Катя ещё немного постояла рядом с Димой. Она положила руку ему на плечо и, сказав: «Мы обязательно справимся с ними», зашла в здание. Он в ответ улыбнулся и последовал за ней.

***

      — Моя кровать крайняя у стены, и это не обсуждается! — с таким возгласом Егор ввалился в комнату.       — А моя — рядом с ним! — добавил Антон, пропихиваясь за ним. Четверо парней — соседей окинули их странным взглядом, но лишь на секунду, а потом, будто узнав в них своих, к ним на встречу вышел один из них.       — Опа, приятная компания, — протянул уже знакомый Андрей. Следом за ним подошёл тот самый светловолосый Саша.       — И не поспоришь, — Антон снова пожал руки знакомым, а потом представился для новых людей: — Антон!       — Хочу ответить в рифму, но вдруг ты заплачешь сразу же и к мамаше убежишь, — к нему подошёл достаточно крупный парень. — Эдуард, можно просто Эд.       Ещё одного парня, как оказалось, звали Фёдором.       Эдуард сразу же начал отстаивать свои права, убеждал, что его полка в шкафу, который, к сожалению, был общим для всех, обязательно должна быть самой большой, а ещё на уровне рук, чтобы вещи было удобно доставать (Антон усмехнулся, не первый год зная, что все полки там одинаковые). Мда, первое впечатление об этом парне не очень, но время ещё покажет, кто есть кто. Им как-никак жить вместе ещё двадцать дней.       Антон и Егор быстро сдружились с Андреем и Саней, которые, по их рассказам, познакомились на одной смене в том году, поэтому ходят вместе. «Вот с ними можно было бы неплохой такой контакт словить», — подумал Шастун перед тем, как из коридора донеслось громкое Димино: «Первый отряд, в холл!».       Собравшись в зале, они снова разбились по парам — не без критики Эда: «Какой идиотизм!», который, кстати и остался один, — Катя быстро пересчитала всех, и отряд выдвинулся на футбольное поле, куда должны были привезти все чемоданы. По дороге Антон и Егор вновь разговаривали с новыми товарищами обо всём, что только придёт в голову, начиная шутками и анекдотами, заканчивая личной жизнью. Их дискуссия также затронула и тему их общего соседа — Эдуарда, который прямо сейчас в гордом одиночестве шагал где-то в начале строя. Перекинувшись парой смешных фраз, ребята поняли, что уже дошли до места. Каждый, естественно, принялся искать свою сумку. Вытащив свой серый чемодан, особо ничем не выделявшийся, Шастун немного отошёл ото всех, чтобы не мешаться чужим поискам, как вдруг заметил до боли смешную картину. Тот самый агрессивный Эд сейчас вылезал из кучи сумок, озираясь по сторонам, чтобы никто не видел его. Антон решил узнать, в чём же причина такого поведения.       — Ой, да ладно! Никогда бы не подумал, что ты смотришь «Май литл пони»! — подойдя к нему он понял, что дело, судя по всему, в наклейке на полчемодана. — Все сезоны успел посмотреть?       — Заткнись, — строго отрезал.       — Тебе Пинки Пай нравится? — Антон указал на розовую поняшку на наклейке. — Мне тоже, прикольная.       — Я непонятно выразился?! — разъярённый Эд был похож на воробушка, не ожидавшего сильного потока ветра. — Это сестра младшая приклеила, — обречённо сказал он. — Сказала, что я похож чем-то на... это.       — Так ты видимо не такой уж плохой, как сначала показался. Ну не может агрессивный человек быть похожим на Пинки.       Возвращаясь к «Рыбам», Антон всё время разговаривал с Эдуардом, периодически ловя на себе неодобрительные взгляды Егора и остальных. И правда, некрасиво вышло — сначала осудил, а потом вёл разговор, будто ничего не было. «Надо будет рассказать пацанам, что он нормальный чувак. Просто нужно получше его узнать, — пометил в голове Шаст. — И спросить, кто ему нравится, кроме Пинки Пай».

***

      Они вернулись в корпус, и все двадцать пять подростков расселись на стулья по кругу зала, поставив чемоданы рядом с собой. Трое вожатых встали посередине между проходами в коридор.       — Итак, для начала нам нужно познакомиться. Многие, наверняка, уже подружились в автобусе и за время, пока мы ходили за вещами, но целостность отряда строится на взаимоотношениях каждого из вас, — процитировала Екатерина. Сергей поправил свой галстук и продолжил:       — Поэтому мы хотели бы предложить вам игру «Снежный ком» по стандартам всех лагерей. Вы говорите своё имя, а потом какой-нибудь интересный факт о себе, а следующий человек повторяет за вами, добавляя своё. Мы начнём, а вы продолжите. Например, я Серёга, и я пытаюсь обменять скрепку на дом.       — Очень хорошо. Это Сережа, меняющий скрепку на дом. А я Катя, и я знакома с ребятами уже около десяти лет.       — Серёжа меняет скрепку на дом, Катя знакома с нами десять лет, а я Дима, и у меня есть два высших образования.       «Как же не повезло последним, — подумал Антон, считая сколько людей до него. Только ребята из его комнаты. Неплохо. — А что сказать про себя вообще?»       — … А Егор сочиняет и поёт свои песни. Меня зовут Антон, и я уже однажды работал вожатым, — заметив интересующиеся взгляды наставников, пояснил, — я проходил школьную практику, где выбрал быть вожатым в пришкольном лагере для началки.       — Как чудесно! — воодушевилась Катя. Наверное, она больше рада тому, что Шастун понимал их обязанности, хоть и не в полной мере, но зато мог оценить насколько сложно бывает командовать.       Игра продолжалась примерно до третьей ошибки, а после их прервал звук горна, раздавшийся по всему лагерю. Антон взглянул на наручные умные часы — час дня — это же время обеда!       — К сожалению, мы пока не можем доиграть, но познакомиться дальше, мы надеемся, вы успеете за время, что мы дойдем до столовой, и за тихий час, — Дима сдвинулся вперёд, кивнул Кате с Серёжей и пошёл в быстром темпе куда-то самостоятельно. «Накрывать в столовой, видимо», — решил Антон.       — А мы тоже пойдем, — пожал плечами Сергей и последовал на улицу. — Первый отряд, строимся!       — Запомните эту фразу. — Катя подмигнула подросткам. — Это значит, что вы должны как можно быстрее встать по парам и ждать, пока мы вас посчитаем.       — Каждой твари по паре, — шепнул Булаткин Антону. Тот усмехнулся.       Они с парнями встали где-то в середине строя, всё ещё держась вместе. Пока они были единственными, за кого можно было зацепиться в этом обществе.       Когда они шли, где-то спереди встретили другой отряд, кажется, третий — четырнадцать лет. Ребята из «Козерога» добирались до столовой гораздо менее организованно, чему Антон мысленно улыбнулся.       К тому моменту как первый отряд оказался у крупного здания — понятное дело, нужно кормить одновременно восемь отрядов, — внутрь уже заходил четвертый. А им нужно было ждать, пока ещё две группы зайдут, и только после смогут попасть туда. Шастуна всегда раздражало это неравноправие — ну и что, что они самый взрослый отряд, кушать всем хочется одинаково, — но по установкам все должны заходить туда от младших к старшим, а работникам и вовсе приходилось задерживаться порой на полчаса.       Спустя время, когда сквозь стеклянные двери было возможно разглядеть второй отряд, выходящий из комнаты с раковинами, настал и их момент. Тогда Серёжа дал сигнал и встал у прохода, что-то еле слышно бормоча себе под нос.       Отряд зашел в здание — впервые на этой смене — и сразу двинулся к раковинам. СанПиН требовал, чтобы все без исключения мыли руки перед едой. А в первый же день нарушать что-то пока не хотелось — Антон тщательно намылил руки, смыл всё водой и пошел к залу со столами. Рядом со входом стоял Дима с вытянутой рукой, как бы прося дать «Пять».       — … Семь, — сказал он, когда его ладони коснулся шедший перед Шастуном Егор. — Восемь…       Они протиснулись к столам, по праву принадлежащим их отряду, и заняли места рядом с Андреем и Сашей. Чуть позже к ним присоединился Эд.       — Заметили, что Федя с нами вообще не разговаривает? — невзначай спросил Андрей, обращая на себя внимание соседей. Тайны заговора против соседей продолжились. — Странный он какой-то.       — Да ладно тебе, вон Эдик тоже сначала придурком казался, — Булаткин пожал плечами.       — Ставлю на то, — проигнорировав высказывание Егора, — что этот Федя, — Выграновский склонил голову в его сторону, — не выдержит с нами и переедет в другую комнату.       Оставшееся время приёма пищи они продолжили обсуждать всё, что могло посетить их светлые головы.

***

      На тихом часу — который, к слову, длится не положенный «час», а два с двух до четырех дня — вожатые посоветовали разобрать чемоданы, чтобы уже к вечеру ребята смогли сдать их в специальные помещения для хранения. Забавно, что гардеробы Егора и Андрея, например, отличались совершенно, как по стилю, так и по количеству вещей. Кстати говоря, теория Эда оказалась правдивой, и Фёдор правда перебрался в соседнюю комнату к парням, с которыми успел сдружиться. Ребята заведомо назвали его предателем.       Кроме этого, Сережа так же попросил ребят начать думать над названием и девизом для отряда, да таким, чтоб отражало все главенство и превосходство легендарного первого отряда. Чтобы не опозорились.       И ребята правда пытались подумать об этом. Первые десять минут. А после, к сожалению или к счастью, почему-то моментально переключились на Андреевские карты. Так прошёл первый тихий час.       После четырех часов дня первый отряд проделал тот же путь, что и в обед, в этот раз на полдник. Обычно там давали сок, печеньки и фрукты, а не невкусные каши или несъедобные супы — по крайней мере, по мнению Антона, — так что полдник был его любимым приёмом пищи.       После этого физруки принесли в «Рыбы» разные мячи: для футбола, баскетбола и волейбола. Тогда вожатые предложили разделиться по интересам: с Димой идти на футбол, с Серёжей — на волейбол, а с Катей остаться в корпусе и подумать о названии. Антон, Егор и Андрей решили погонять мяч по полю, поэтому отправились с Дмитрием, а Саша и Эд предпочли корпус. И если первый — потому что ему правда было интересно, то Эдуард назвал это любимым словом «лень».       По возвращении обеих групп игроков на свежем воздухе в здание отряда, их встретила Екатерина и некоторые другие.       — Я предлагаю устроить общий сбор, и девочки тогда расскажут, что мы придумали! — видимо идея и правда очень интересная. Так что уже через мгновение по корпусу раздалось «Первый отряд, в холл!», которое совсем скоро станет роднее гаджетов, что сдали ребята перед тихим часом. Детский оздоровительный лагерь, ничего не поделать.       — У нас, в общем, есть идея, — начала рассказывать девушка, которую, кажется, звали Ириной. Она с подругой вышла в центр зала, достала блокнот, и они вместе начали искать что-то. Перелистывая страницы, полностью замазанные, видимо, идея не понравилась, кое-где виднелись случайные рисунки глаз, цветочков и просто непонятные закорючки, девочки всё-таки отыскали текст.       — Мы подумали, — это сказала Оксана, — что раз мы первый отряд, то нам нужно такое же красивое и звучащее название, поэтому мы предлагаем назваться «Империей». — Они оглядели всех, и Окси продолжила: — И мы подумали над девизом.       — «Империя Первого отряда       Всегда видеть Вас рада.       «Космосу» мы пример подаём,       Трудности нам вообще нипочём!       — По-моему, звучит великолепно! — радовалась Катя.       Отряд оживлённо загудел, обсуждая услышанное. Девочки заметно занервничали, но уже вскоре остальные подростки начали аплодировать, одобряя идею. Ира и Оксана выдохнули с облегчением, присаживаясь обратно на свои места.       После начались мероприятия по типу выбора командира и его помощников — Антон и Егор всё пропустили, обсуждая что-то своё. Оба знали, что гораздо приятнее провести смену без дополнительных обязательств, как сдача рапорта каждое утро на линейке, про неё вожатые тоже успели рассказать, из чего все поняли, что уже завтра вечером им нужно присутствовать там. Все отряды собирались на специально отведенной для этого площадке, на небольшой сцене выступал Старший вожатый смены, потом все представлялись. А на следующий день должен был пройти концерт, посвященный открытию смены: каждая возрастная группа выступает со сценкой, которая должна раскрыть замысел названия. Им ещё предстоит за день расписать сценарий, разобрать роли, а потом желательно подкрепить всё танцем или песней.       После всего отряд снова успел сходить в столовую на ужин — Антону уже надоело ходить туда-сюда, а ведь это только первый день — и по возвращении начал думать про скорое выступление. На удивление Шастуна в этом были заинтересованы все, а не пару человек, однако к пятому питанию (Антон мысленно начал возмущаться из-за того, что отвык ходить так много) никакой сценарий всё ещё не родился. Тогда это занятие решили перенести на следующий день, подкрепив фразой «утро вечера мудреннее».       На время, пока они вновь добирались до ненавистной столовой — Шаст поклялся, что под конец смены скинет десять килограмм, если продолжит ходить так много — им выдали телефоны, чтобы связаться с родителями, сообщить, что всё хорошо, рассказать, как они разместились.       После разговора и двадцатиминутного убеждения мамы в том, что всё в порядке и Антон уже не маленький — постирать носки и трусы в состоянии, телефоны забрали вновь. Хорошего понемногу. Затем ребята из первой комнаты — а оказалось, что на их комнате висит табличка «Рыбы 1 комната» — отнесли пустые чемоданы и сумки в комнату хранения и под новые обсуждения вернулись к себе, чтобы начать готовиться ко сну. Шастун и Булаткин отправились занимать душ: к огромному сожалению оказалось, что он один на тринадцать парней — в то время как другие товарищи стояли у раковин и умывались. Потом они поменялись.       Антон, стоя под струями горячей воды, задумался. Задумался о том, что что-то исходящее из глубины души прямо сейчас утверждает, что смена пройдёт не так, как ему хотелось бы. И, быть может, это то самое его предчувствие о необычном месяце, последней поездке, но оглушительный крик «Будь осторожен!» набатом бил по ушам, предостерегая от чего-то... Шастун даже не мог представить, через что ему придётся пройти за эти двадцать дней, раз его интуиция — обычно лежащая бездыханными бабочками где-то снизу — так яростно предвещает неожиданные повороты. Она работала нечасто, но каждый раз, получая такие послания от высших сил, Антон настораживался. Прямо сейчас те самые бабочки словно ожили, они порхали своими синими крылышками — Шаст всегда представлял морфидов внутри себя, — задевая и раздражая органы. Это чувство заставляло выворачиваться наизнанку, чтобы только избавиться от липкого страха, сковавшего его мысли после предсказания.       Он быстро постарался сменить тему рассуждений. Получилось донельзя хорошо, ведь как раз в этот момент вода стала холодной. Антон, матернувшись про себя, решил расценивать это как ещё один подарок судьбы, поэтому поскорее покинул душевую.       В комнате его встретили Егор и Эдуард, мило общавшиеся о чем-то из разных углов комнаты — и кто кого ещё днём засирал уже не было ясно. Шаст, чтобы отвлечься, подключился к ним, высказывая свою точку зрения на их вопросы. К дискуссии вскоре добавились и Андрей с Сашей. И вот почему-то тема, меняющаяся по щелчку пальцев, дошла их соотрядников, точнее, девочек. Уж не думал Антон, что такое короткое время кто-то может понравиться, но пока Андрей болтал о Марине из третьей комнаты, Шастун ненароком услышал, что Эдуард определяет себя как представителя нетрадиционной ориентации. А затем он в шутку — а хотя кто его, пубертатного подростка, знает — пообещал за смену переспать с Егором.       Сам для себя Антон подметил, что из его отряда Ира — девушка симпатичная, но дальше тему он развить не успел, к ним кто-то постучался. Андрей выкрикнул: «Входите!», и дверь открылась.       — Раз, два, три, четыре, пять... — прошептал зашедший Серёжа. — Ну что же, ребята, очень надеюсь, что первый день с нами вам понравился, — протараторил он. — А сейчас очень советую лечь спать, завтра в восемь утра я обязательно разбужу всех и каждого. Спокойной ночи!       — Спокойной, — ответил ему Антон, и вожатый покинул комнату, оставляя дверь открытой.       Пока соседи продолжали разговаривать, теперь уже шёпотом, чтобы не привлечь внимание наставников, Шастуна снова хватили мысли о предстоящем. Чтобы не обдумывать это ещё раз, он постарался заснуть как можно скорее. У него получилось.