Вспомнить

      Солнце палило нещадно. Кузнечики приглушённо стрекотали в высокой траве, а редкие облачка лишь дразнили измождённых жарой гуляк, что отважились показаться на улице в полдень, когда безжалостные обжигающие лучи стали падать под прямым углом. Впрочем, эта жара казалась Смиту ничем по сравнению с девушкой, на которую он хищно смотрел, плотоядно облизываясь. Ещё немного, и он точно не устоит.         – Бе-ет, – протянул он.         – Нет, – сразу же улыбнулась девушка, легко и непринуждённо.         Раньше она боялась отказывать Смиту, опасаясь, что он просто уйдёт от неё к другой, более доступной, более лёгкой на подъём, более красивой и более интересной. Как оказалось, влюблённый волк уже не хищник. Запав на Бет, другими он интересоваться перестал. Оказалось, другие девушки, пустышки, ему и не были нужны. Только Бет. И её отказы он терпел хоть и не без нытья, но преданно.          – А когда-а? – жалобно прохныкал Роберт, почти повисая на девушке. Та закатила глаза.         – Когда я скажу, – она улыбнулась.         – Ну Бе-ет, – он был в том настроении, чтобы строить из себя наивного мальчика. Впрочем, Бетти прекрасно знала, что его настроение может меняться каждые пять минут.          – Там, кажется, Том идёт, – девушка решила тактично отвлечь внимание Смита. Это сработало.         – Где?! Том! – Роб тут же помчался к другу. Тот потерял всякую надежду не опозориться на людях и просто стоял в ожидании своей незавидной участи.          Роберт влетел в Эдисона и обнял его, буквально захватив в свои длинные руки. Томас молча ждал конца этой публичной пытки. Когда Смит его отпустил, он даже отряхнулся. За это время Бет подошла к ним и скромно поздоровалась. Том в ответ только кивнул.         – Ну что, готовы повеселиться?! – Роберт едва не подскакивал на месте. Он, пожалуй, был единственным, кто так радовался происходящему.         – Конечно, – неловко улыбнулась девушка. Блондин в своём репертуаре молча кивнул. Он вообще пошёл с ними исключительно для того, чтобы приглядывать за Робертом.         – А у меня с собой кое-чего есть, – заговорщически заулыбался Роб и из рюкзака достал пару зеленоватых бутылок холодного чая.          Бет и Том переглянулись. Если бы там был чай, Роберт бы не стал уделять ему внимание.         – Это… Много, мне кажется, – неуверенно осмелилась начать разговор девушка.         – На троих это мало!         – Я пас, – сухо отрезал Эдисон.          – Зануда. Ну и чёрт с тобой, нам больше достанется, – улыбаясь, Смит посмотрел уже на несчастную Бетти, не знавшую, как отказать, чтобы не обидеть.         – Боюсь, для меня это многовато…         – Тогда ты будешь пить за себя, а я за нас с Томом, – улыбка Роберта стала только шире.         – Это очень много, Роб, тебе же плохо станет.         – Ха! Ещё чего! Не станет! – и, гордо просияв, Смит отвинтил крышку у первой бутылки.          Через несколько часов это «не станет» уже блевало в туалете дома у Бет. Повезло, конечно, что её мамы не было дома. Том романтично держал ему волосы, а Бетти приносила воду в стакане.         – Блять… Чё вчера было… – Роберт снова сунул девушке в руки пустой стакан. Его трясло от слабости в теле, а по шее неприятно стекал холодный пот.         – Сегодня, – тихо поправила его Бет, но её тут же перебил блондин.         – Ах, ты ещё и не помнишь? Ну так вспоминай, – и с подзатыльником от Тома Робу в голову влетело несколько обрывочных воспоминаний.         Очень яркий свет. Много людей. Целая толпа. Он залезает прямо по кому-то. Поднимается и пьяным взглядом с чужих спин видит огромную толпу, прыгающую, кричащую, вопящую, свистящую, горящую. Стало хреново до рези в глазах, он на секунду выпал из воспоминаний.         – Я что… Плавал по толпе, типа как рок звезда?         – О, если бы. Всё гораздо хуже. Вспоминай, что было дальше, – блондин помрачнел, а Бетти тревожно взглянула на него.         Смит скривился от головной боли, но продолжил вспоминать. Свет ослепительный. Микрофон. Откуда у него микрофон? Голос его, но как будто совсем не его. Весь мир кружится. Люди кричат. Звуки такие громкие. Музыка бьёт по ушам. Хочется спрятаться. А ещё хочется прыгнуть в толпу, как звезда.          Он отнял гитару у одного из музыкантов. Господи, когда только успел и как это сделал? На сцену уже выдвинулись охранники. Гитару сломал красиво – об голову одного из них. Потом он, кажется, поскользнулся, с грохотом ударившись, но боли не почувствовал и даже продолжил бегать по сцене после этого. Отрывками он вспоминал, как швырялся какими-то предметами, а потом с разбегу прыгнул со сцены прямо в толпу.          – Блять… Мне не приснилось, я?..         – Ты сначала по головам людей выбежал на сцену, а потом с неё свалился, придурок, – Том, судя по интонациям и лицу, явно злился. – Я думал, тебя ни одна скорая не соберёт.          – Ты так сильно ушибся… Тебя осматривали в машине… – Бетти встревоженно глядела на Роберта, будто и не верила, что он жив.          Смит попытался вспомнить. Что-то проклёвывалось: его под руки несли мимо толпы, вокруг было страшно шумно, держали его как-то неудобно, а он висел совсем безвольно и не мог пошевелиться. Его, кажется, и правда осматривали в скорой, но он совсем не помнил, чтобы было больно. Пьяному море по колено, правду говорят.         – Дайте таблетку от головы, я сейчас сдохну нахуй, – пробурчал Роб, от отчаяния скривив лицо в болезненной гримасе. Бет тут же убежала и вернулась всего через пару минут. Смит быстро проглотил пару таблеток. – Скорая… Так… А дальше?          – Участок, ну? – Том рыкнул, злясь.         – Участок?! – Роберт принялся скорее копаться в памяти.         Ну точно. Решётка. Холодно было. Он, кажется, там лёг спать. Больше он ничего не помнил. Но спрашивать, на какую сумму его оштрафовали, даже боялся. Только взглянул на друзей немного мутно, кое-как поднимаясь с пола на подрагивающих ногах. Том на всякий случай придерживал его.         – Чёрт… Сколько… Сколько должен? – Роб взглянул на Тома. Тот только хмыкнул в ответ, скептично смерив друга взглядом.          – Со мной потом рассчитаешься. Сначала с ней, – Эдисон кивнул в сторону Бет.         Роб обернулся на неё и поджал губу, поняв, что они, видимо скидывались. И она тоже. Всё, чтобы его выпустили. Виновато потерев шею, Смит подошёл к девушке почти вплотную и взял за руки. О том, что дыхание у него после рвоты далеко не первой свежести, он, по всей видимости, забыл, но и Бетти совсем не обращала на это внимание, целиком сосредоточившись на главном – на честных глазах Роба.         Он говорил тихо, чтобы только она могла услышать. Впрочем, более чем понимающий Том сразу ушёл подальше, делая вид, что пустой стакан надо срочно отнести на кухню.          – Бет, ты это, я верну всё. Наверное, я вчера немного перебрал. Больше так не буду, – заветное «извини» так и не смогло сорваться с кончика языка, как бы Смит ни был к этому близок. Прикусив его, Роб потупил взгляд в пол.         – Я обязательно за тобой присмотрю, чтобы больше так не делал, – мягко улыбнулась ему Бетти и, плавно скользнув чуть ближе маленьким шагом босых ног, обняла его за шею, нежно прижавшись.         Роберт мгновенно почувствовал, как от этих объятий исцеляются его душа и тело.