День мёртвых

      Фестиваль мёртвых — время занимательное и полное событий жутких, но вместе с тем преисполненных радостью и весельем. Местные были людьми на редкость суеверными, и проведение подобных празднеств успокаивало их души на ближайший год. Ходило поверье, словно если ты сам обрядишься в мертвеца, демона или призрака, то настоящая нечисть примет эти места за обжитые собратьями и обойдёт стороной.       Попасть сюда на девятый день девятой луны — большая удача. Мало в каких провинциях ещё были живы эти странные, немного архаичные поверья. С особым рвением они выжигались в местах, где своё влияние крепко держали великие заклинательские семьи.       Но бродячего заклинателя ноги несли именно в такие места, чуть диковатые и не попавшие под влияние богатых заклинательских семей. Работы здесь всегда было больше, а потенциальных проблем с негласными хозяевами земель — меньше. Но какова же удача — попасть сюда на девятый день девятой луны!       Сяо Синчэнь с восторгом разглядывал ярморочные прилавки, украшенные под гнилые разваливающиеся постройки, дома, завешанные жуткими гирляндами из болотных водорослей и разнообразной формы фонарями. Сколько бы времени он не провёл в миру, да всё не переставал удивляться красоте и масштабу праздников даже в самых маленьких городках, словно в первый раз. Сун Лань лишь молчаливо наблюдал, улыбаясь, за тем, как его спутник суетливо бегал меж натуралистичных и не слишком украшений, касался их пальцами и разглядывал вблизи, пытаясь угадать, что и из какого материала было создано. — Украшения такие, словно и не для того, чтобы украсить, а чтобы изуродовать — так что же это за праздник? — удивлённо проговорил Синчэнь, глядя на большую горку из всё той же болотной травы, лежащей прямо посреди улицы. — Так недолго и подумать, что забрёл в затопленную деревню-призрак…       Сун Лань улыбнулся одними уголками губ: — Праздник мертвецов. Старый праздник, живой только в отдалённых местах, вроде этого. В этот день все живые облачаются мёртвыми. Верят, будто то отгонит настоящую нечисть — в больших провинциях такого не увидишь, давно уже эту традицию согнали на нет. Считай большой удачей, что мы так вовремя подоспели именно сюда.       Солнце клонилось к западу, а значит, вскоре все местные, от малышей до стариков, должны были облачиться в подготовленные одеяния и выбраться на большое общее шествие, кульминацией которого становились пляски демонов на центральной площади — большое шоу танцовщиц, облачённых в самые роскошные костюмы кровожаднейших демонов-предводителей, верховенствующих над толпой низкоранговых духов и призраков. — А знаешь, что? — склонившись чуть ближе к уху Синчэня, прошептал Сун Лань. — Вопреки поверью, духов этот фестиваль никак не отпугивает, а наоборот, притягивает. Любопытные низкоранговые создания обязательно кажут свой нос, чтобы подглядеть на яркие пляски и громкие песни. Может, тоже устроим себе небольшую игру и, нарядившись демонами, попытаемся выловить настоящих духов посреди сотен притворщиков?       Синчэнь тихонько рассмеялся, прикрыв губы рукавом. Идея поиграть с мелкими демонами и впрямь пришлась ему по душе: хоть навредить обычным людям слабенькие духи вряд ли могли, но то вышло бы забавным развлечением и тренировкой для двух заклинателей. Согласие своё он утвердил молчаливым кивком.       Вырубленные деревянные маски, выкрашенные в чёрный и белый, они нашли в первой попавшейся лавочке, а вот украсить их должным образом, подходящим к фестивалю и отображающим дух двух злобных демонов в полной мере, было делом хитрым. Украшения в виде сухоцветов и косточек мелких животных они вручную нанизывали на тонкую нить и крепили на деревянной основе, сидя прямо на пороге торговой лавки.       Розовощёкий лавочник даже и не подумал бы прогнать двух статных юношей, которые одним своим привлекательным обликом заманивали покупателей лучше любого зазывалы. А уж стоило раздаться их звонкому смеху, как уж вовсе никто не мог пройти мимо, не засмотревшись, а засмотревшись, уже никак не могли не зайти внутрь небольшой лавчонки и не докупить что-то к своему праздничному облику. — Брат, глянь, как тебе? — Синчэнь приложил свою маску к лицу.       Светлое дерево красиво оттеняли белые сухоцветы с жёлтыми сердцевинками, которые Синчэнь переплел со светлыми перьями, похожими на утиные, и расположил по правой стороне маски. — Недостаточно жутко для страшного демона. Ты больше похож на доброго, славного духа-помощника. Взгляни лучше на мою.       Сун Лань расстарался, помимо украшений, ещё и разрисовать свою маску из чернёного дерева. Брызги киновари напоминали кровавые капли, несколько чёрточек белого с прожилками красного вокруг отверстий для глаз изображали налившиеся яростью глазные белки. — Как хорошо! — от восторга Синчэнь даже захлопал в ладоши. — Тогда пускай я буду выглядеть светлым духом — разве ж мало злобных созданий выглядит удивительно прелестно? А твой демон и на вид вышел злым — тоже славно!       За этим увлекательным занятием и пролетело несколько часов, близилось само празднество, и в конце концов два заклинателя сами облачились духами, чтобы присоединиться к потоку всё высыпавших из домов ряженных жителей.       Самые старательные целиком разукрашивали и преображали собственные тела с макушки до ступней, кто-то попросту надевал маски демонических зверей. Образы двух юных заклинателей тоже могли бы показаться ленивыми, но из-за выправки фигуры, контраста чёрных и белых одежд и оружия лучшей работы за их спинами, демоны их выглядели вполне законченными и цельными, словно и впрямь большие труды были вложены в роскошные костюмы.       Слившись с толпой, они двигались рука об руку, вслушиваясь в песни и разглядывая украшения маленьких улочек, пока не добрались до главной площади, широкой и самой нарядной. И именно здесь, в шуме гуляний они поделили меж собой сосуды для запечатывания духов и разбрелись по разные углы, чтобы приняться за дело.       Сун Лань и впрямь не обманул: стоило лишь приглядеться к разнообразной толпе ряженых, как зоркий взгляд Синчэня сразу же выхватил среди них маленького лесного духа, прикинувшегося ребёнком. Быть может, одинокий мальчик в шумном празднестве уже сам по себе был зрелищем странным, но выдала его неумело прикрытая маской звериная наружность, которую иной непросвещённый и не слишком приглядывающийся к лицам чужих людей принял бы за часть умело слепленного наряда для праздника. Дух до того заинтересованно глазел на бумажные фонари и ярки лавки с разнообразными блюдами, что ловить это любопытное создание и запирать под печатью ни за что даже показалось поступком подлым и неправильным, но всё же азарт спора с товарищем оказался куда сильнее, чем любые восклицания совестливости. Вскоре крошечный сосуд с запертой печатью Синчэнь бросил в поясной мешочек. — Прости, друг, скоро я выпущу тебя, — тихонько прошептал он, будто безвинный лесной дух мог его услышать.       Подобных этому крохотному созданию любопытных духов оказалось бесчисленное множество. Каждый тянулся за своим: кто-то глазел на людей, кто-то подворовывал фрукты или горячие блюда с прилавков, кто-то завороженно следил за танцами и песнями, но, в конечном счёте, все создания эти совершенно безвинны и безобидны. Поясной мешочек Синчэня постепенно заполнялся запечатанными сосудами, и каждый раз, кладя их внутрь, заклинатель тихонько извинялся. Он и сам не заметил, как ноги вынесли его на самую окраину, оставив шум праздника где-то в отдалении. Пройди ещё пару шагов, и окажешься в лесу — разве ж было по правилам вылавливать духов вне городка? Синчэнь кивнул сам себе и развернулся обратно, как тут же из-за поворота на него вылетел Сун Лань.       Глаза его были так широки, словно заклинатель был невероятно испуган чем-то, а движения столь резки и неестественны для него — подойдя ближе, он схватил ничего не успевшего сказать или предпринять Синчэнь за щёки и крепко обхватил его в объятиях, не давая двинуться ни на цунь.       За спиной Сун Ланя тут же раздался задорный женский смех: дух в обличии юной девушки тут же явил себя, срывая с обоих заклинателей поясные мешочки и быстро убегая в сторону самой чащи леса.       Кажется, то и была хозяйка местного леса и всех мелких созданий, в нём обитавших. Но как же теперь им можно было разрешить свой маленький спор?