Третий вариант

      Наконец, в Нокфелле наступили летние каникулы. Не самый яркий город хотя бы чуть-чуть начал приобретать краски, а свобода от уроков и домашнего задания ещё больше красила эти выходные перед новым семестром.       Планы компании Сала были расписаны на неделю вперед. Все нюансы, связанные с их отдыхом тоже были улажены ещё несколько дней назад и теперь они с легкостью заявляли, что это лето пройдет круче предыдущих.       Салли собирал в свой рюкзак необходимые вещи. Он собирался на рок-фестиваль с друзьями. Вроде как он длится все выходные, но компания решила провести там один день и, возможно, половину ночи и вернуться домой. Продолжать веселье они хотели в подвале у Ларри. За время сборов количество народу сократилось. Тодд заявил, что проведет эти каникулы с Нилом, да и что роком он особо не увлекается. Но он всё же одолжил свою машину Ларри и теперь они могли попасть на фест и без него.       Три человека тоже неплохая компания, тем более когда это компания из Салли, Ларри и Эш.       Самое главное, по словам Джонсона, надо было взять еду и что-то мягкое под задницу. Ведь на таком «элитном» мероприятии сидений не будет. Все обычно сидят на траве или в привезённых палатках. Кстати, палатку должна была захватить Эшли.       Сал с нетерпением ждал этой поездки и как же классно, что она уже сегодня. Он положил в рюкзак пару бутербродов из овощей, а сверху прикрыл подушкой. Он рассчитывал на то, что на ней можно посидеть и поспать. На подушку легли две холодные жестяные банки пива, украденные из холодильника. Когда Сал смог еле-еле застегнуть рюкзак, он поспешил из дома, пока отец не заглянул в холодильник и не заметил пропажу.       Он вышел на улицу перед апартаментами. Недалеко уже стояла чистенькая машина Тодда, а на месте водителя сидел Ларри. Сал подумал, что все уже внутри, а он как всегда задержался, поэтому быстро потопал к авто. Он сел вперед рядом с Ларри, обернувшись, он заметил девушку. Они пристегнулись и поехали.       Шоссе тянулось тонкой прямой линией, рассекая чистое поле. Трава зеленела. Вдали от обочины росли красивые луговые цветы. Салли смотрел в окно машины, рассматривал длинные полосы разных цветов. Он перевел свой взгляд на лобовое стекло и заметил мелкий силуэт, идущий по обочине трассы. Парень стал присматриваться, это был человек. — Эй, ребят смотрите, — Сал привлек внимание своих друзей, указав на незнакомца. Машина всё ещё была далеко от него. — Кто это? — спросила Эш, выглядывая с задних сидений и щуря глаза.       Ларри немного прибавил скорости. Они становились ближе. Силуэт приобретал знакомые черты, через пару метров девушка воскликнула: — Какого черта, это же Трэвис! — О черт! Проезжаем мимо, — разочарованно сказал Ларри. — Нет, давайте подберем.       Друзья переглянулись. Идея Сала удивила ребят. И если Эш будто бы была согласна, то Ларри не был готов к внезапному благодеянию, особенно в сторону Трэвиса Фелпса. Иногда доброта Сала поражала, так же как его умение прощать. Буквально пару дней назад, когда школьные дни пролетали так быстро в ожидании каникул, Трэвис опять напал на Салли в коридоре. Драки не было, но он оскорбил его пару раз за весь день. После подобных действий он должен был его ненавидеть, но видимо относился достаточно нейтрально.       Как бы странно это не было, никто из друзей наверняка не знал о чем думает Сал. Особенно насчет Трэвиса. — Чувак, ты шутишь? Он испортит наш день, — пытался переубедить Джонсон. — Да ладно, давайте хотя бы узнаем чего он тут делает, — предложила Эш.       Ларри раздраженно вздохнул и нажал на тормоз перед блондином. Трэвис остановился и с непониманием смотрел на машину, она казалась знакомой, но он не мог вспомнить где он её видел. Заглянув в окно автомобиля, Трэвис заметил Сала. Он сглотнул и нахмурился, скрестив руки на груди.       Со стороны задних сидений опустилось затонированное окно, из него выглянула Эш. — Привет, Трэвис. Куда шагаешь? Подвезти? — Свалите, фрики.       Из окна послышался голос Ларри, он возмущался, говоря, что он предупреждал их и толку от этого никакого не будет. Сал тоже опустил стекло. — Трэвис, садись к нам. Мы подвезем.       Открытое шоссе было не самым уютным местом. Фелпс чувствовал, что его язык связывался узлом. В школе он был куда смелее. Задняя дверь открылась, парень молча залез в машину. — Чудесно, — пробормотал Ларри и машина сдвинулась с места.       Ребята продолжили путь вчетвером. Девушка впихнула парню банку пива в руку, но за всё время дороги он так и не выпил ни капли. — Рассказывай, что с тобой стряслось, — сказала Эш, попивая из банки. — Я не обязан. — Обязан. Как только ты попадаешь в эту машину, ты следуешь нашим правилам. Первое правило: отвечай, когда тебя спрашивают, — говорил Джонсон, не отводя глаз от дороги. — Тупое правило, — процедил Фелпс. — Слышал, Сал? Твои правила назвали тупыми. — Бывает. Так что там у тебя Трэвис? Как ты оказался на дороге?       Наступила минутная тишина. Все ожидали ответа, даже Ларри наблюдал за эмоциями парня в зеркало заднего вида. Он заметил пару новых синяков на лице, в последний день в школе их не было. Вздохнув, Джонсон отвел взгляд, кажется он понял в чем причина, но не стал опережать ответ блондина. — Поссорился с семьёй, ничего особенного. — Так ты стал плохим мальчиком? Святоши точно не сбегают от родителей, — сказала Эш с улыбкой и чокнулась с ним банками, но реакции со стороны парня не последовало. — И куда же ты шел? — спросил Сал, обернувшись, чтобы посмотреть на Трэвиса, теперь и он заметил ушибы на лице. — Просто шел… А куда вы едите? — глаза Фелпса забегали, лишь бы не пересекаться со взглядом Салли. — На рок-фест. И похоже ты едешь с нами, — недовольно хмыкнул Ларри.       Похоже Трэвис не до конца понял куда они едут, ведь до самого пункта назначения у него не возникало вопросов.       Как только машина остановилась, припарковавшись в специально отведенном месте. Ребята вышли из авто, захватив с собой рюкзаки. Перед ними было широкое поле. В его конце стояла большая сцена, именно на ней должны были выступать сегодняшние группы. У самой сцены уже скопились люди, все ожидали начала фестиваля. За сценой находились большие палатки, предназначенные для приезжих выступающих. Организация на таких мероприятиях было очень простой, но всё же с уважением относилась ко всем артистам. Одним словом: всё могло быть и хуже.       Люди расставляли палатки. Можно было заметить целые группы байкеров и фанатов рока. Приходя на такие фестивали, нужно быть готовым к разношёрстному контингенту. Люди здесь выглядели очень необычно. От таких же простых школьников до ярых рокеров с татуировками и проколами по всему телу. На целую толпу парней могла быть всего одна девчонка (наша компания не исключение). Девушки здесь тоже были, но точно гораздо меньше, чем парней. Эти фанатки скорее ждали красивых вокалистов, чтобы потом провести с ними время за сценой.       На часах было около четырех вечера. Ещё светло и народ ещё только прибывал, поэтому друзьям было легче найти лучшее место.       Заметив кучу людей с ирокезами и пирсингом в самых ужасных местах, Трэвис испугался. — Погодите, рок-фест — это сбор фриков для слушания бесовской музыки? — все посмеялись над определением Фелпса. — Да, видимо на твоём языке это так, — согласился Сал, положив руку на плечо Трэвису. — Раз уж ты сбежал из дома, то обязан провести этот вечер в компании бесов. Идём, твой отец не узнает.       Эти слова его успокоили, хоть и в глубине души он знал, что Сал не мог этого гарантировать.       Они прошли на поле. Место нашлось в 10 метрах от сцены, но всё происходящее всё равно было видно. Ларри поставил палатку и ребята достали подушки. Трэвис был совсем без вещей, но Эшли поделилась с ним картонкой. Он был в сомнительном ожидании. В руке до сих пор была полная банка пива. Её содержимое его смущало, было страшно это пробывать, но, видя как все легко пьют эту жидкость, он всё же сделал глоток.       На сцене начали выступать мелкие неизвестные группы. Выходя на сцену перед толпой агрессивных любителей металла, нужно быть очень рискованным, а ещё до неприличия уверенным в себе, ведь такие люди никогда не скупятся на оскорбления. Музыка была неплохой, но, по словам Ларри, к вечеру становится круче. Ночью тут выступают лучшие группы округа.       Прежде Трэвису не приходилось слушать такую музыку. Вообще большинство песен разных жанров считались «бесовскими», единственными легальными произведениями в его доме были молитвы и церковное пение. Услышав рок, от которого компания друзей и другие посетители фестиваля покачивали головой, у него начала пульсировать голова. Ему не было неприятно. Он просто не привык. В надежде заглушить пульсации он стал чаще глотать пиво и банки, пока оно не кончилось.       Людей становилось всё больше с каждым часом, а небо окрасилось в розовый, прощаясь с солнцем. Трэвису становилось хуже, на секунду он подумал, что в него и правда вселяется бес. — О боже, — Трэвис схватился за голову, а пустая банка выпала у него из рук. — Что с тобой, чувак? — спросил Сал. — Голова раскалывается, ужас. — Ясно-ясно, идем, — он встал и поднял за собой Фелпса. — Ребят, мы отойдем, скоро будем.       Ларри кивнул головой, а Эш соединила большой и указательный палец, показав им «ОК».       Они прошли дальше от поляны для просмотра концерта. Звуки музыки и крики ещё были слышны, но чуть тише. Стало немного легче. Парни сели на траву. Салли беспокойно смотрел на Трэвиса. Он ждал того, что ему станет плохо, но блондин держался.       Через пару минут отдыха здесь Сал предложил вернуться, все переживают. Но в ответ Фелпс опустил голову и захныкал. Он заплакал на глазах у Салли. «Вот позор» — подумал он, но слезы не останавливались. — Эй, Что случилось? — Салли подвинулся к парню и обнял его за плечи. — Это из-за отца? — Ты ничего не знаешь. — Расскажи.       Трэвис бросил на него взгляд, а после сказал, что не может. Сал продолжил настаивать, говорить, что они могут помочь и справиться с этим. Да, он не мало говна вылил на него и его друзей, но все они понимающие и смогут его простить. — Я не могу… Потому что это нельзя исправить, я пытался. — Что имеешь в виду? — Я гей, Салли. — И что?       Они замолчали. Трэвис заплаканными глазами смотрел на спокойный взгляд Сала. Из-за протеза нельзя было понять, что у него сейчас на лице, но Фелпс чувствовал, что он улыбается ему. — Ты мне нравишься, Салли.       Сал отпустил Трэвиса. Теперь он не понимал, что тот чувствует. — Ты очень странный, Трэв. — Почему? — на автомате спросил Трэвис. Он сильно удивился, когда Салли назвал его «Трэв». Ему это понравилось. — Знаешь, я реалист. И знаю, что я не самый красивый парень и протез точно не прибавляет мне брутальности. — С чего ты взял, что брутальные парни — это эталоны красоты? — Трэвис успокоился и наблюдал за поведением Фишера. — А что? По-твоему, я — эталон красоты? — засмеялся Сал. — Знаешь, тут два варианта: либо у тебя странные кинки, либо ты уже сошел с ума в окружении святош с перекошенными лицами. — Либо мне просто нравишься ты, — неуверенно сказал Фелпс. Ему стало спокойно говорить с Салом, вот так легко.       Сал посмотрел на Трэвиса, а потом завел руки за голову, расщелкивая замочки на ремешках протеза. Сняв его, он отложил протез на траву. Трэвис открыл рот. Он не испугался, он изучал его лицо с интересом. Салли приблизился к Трэвису. — Ч-что ты делаешь? — голос блондина сорвался, он сильно покраснел. — Как это у вас называется? Грех? — он подвинулся ещё ближе и поцеловал парня. Трэвис хотел его оттолкнуть, мысль о том, что отец узнает где он и с кем всё ещё сидела в голове, но он отбросил эту мысль. И подвинулся в ответ.       Они отстранились. Салли надел протез обратно, встал с травы и подал руки Трэвису. Он взял её и поднялся. — Ты знаешь, я не буду пока говорить с тобой по этому поводу. Но обещаю подумать, — сказал Сал, пока они приближались к палатке их друзей. — Подумать над чем? — Над тем, чтобы стать твоим парнем.       Салли сказал что-то ещё, но из-за громкой музыки Трэвис этого не услышал. Друзья обрадовались приходу парней, а Трэвис хорошо провел с ними время. Эшли и Ларри решили, что он не такой уж плохой. Может немного сумасшедший, но вроде как осуждать это тупо, они сами не самые здравомыслящие люди.       Весь оставшийся вечер Трэвис наблюдал за Салли. То, что произошло будоражило всё его тело и одновременно заставляло бояться. Но, видя как парень скачет с друзьями под «бесовскую» музыку, он улыбается и верит, что что-то правда можно исправить.